Чтение онлайн

Балтасар Косса поджал губы.

— Да-да, вот только надо будет во саду ли в огороде вашем полить слезой одно весьма приглянувшееся нам с кардиналом дерево, — поддержал Лис. — Эх, как оно будет тосковать в разлуке!

Герцог Бургундский удивленно поднял брови, силясь понять, о чем речь. Но тут в залу, тихо постучав, вошел давешний слуга, отправленный на поиски кардинала Теофила.

— Ваша светлость, — поклонился он, — мы нашли второе высокопреосвященство.

— Где же он?

Посыльный замялся.

— С позволения сказать, кардинал нынче пребывает на том самом пустыре, на котором вы совсем недавно собрали богатый урожай монет.

— Что же он там делает?

— Как рассказали нашедшие его стражники, сидит, пригорюнившись. А до того бросил во вспаханную землю пригоршню золотых, отслужил мессу и теперь, стало быть, ждет урожая.

Кристоф де Буасьер оглядел светлую, чуть голубоватую полосу клинка. Аккуратная ровная заточка. Ни пятнышка ржавчины. Мессир рыцарь останется доволен. Оруженосец вложил меч в ножны, подержал, разглядывая тисненый на коже узор и маленькие рубины по всей длине рукояти. Затем легко выдернул меч, сделал несколько рубящих взмахов и ловко вернул оружие в прежнее положение. «Надо еще бригандину уксусом обработать», — вспомнилось ему.

Кожаная стеганка с металлическими пластинами, вшитыми внутри, принадлежала Рейнару. Для смягчения удара под стальные пластины набивалась верблюжья шерсть, и все было бы хорошо, когда б не блохи, норовившие поселиться в бригандине. Поэтому время от времени доспех приходилось обрабатывать винным уксусом. Это придавало воинскому снаряжению невообразимый аромат. Впрочем, такое средство не слишком помогало, да и выветривалось быстро, но, увы, ничего другого не было. Кристоф совсем уже было собрался приняться за бригандину, но тут дверь распахнулась, впуская господина рыцаря и его верного соратника.

— Собирай вещи, мы уезжаем, — с порога объявил Вальдар.

— Но… — замялся де Буасьер. — Как же, мы же…

— Никаких мыжей. Родина Петрарки совместно с отечеством Цезарей заждалась нас. Она лежит и бредит: ну что же он не едет!

— Кто?

— Ну не Петрарка же.

— А это кто?

— Не занимай свою голову вещами, не сопряженными с боевой и политической подготовкой. Даже если для всех прочих Петрарка — это певец Лауры, то для тебя это — небольшой камнемет. [27]

При этих словах Кристоф де Буасьер окончательно потерял суровую нить Лисовской мысли, ибо неосторожно попытался вообразить себе камнемет, исполняющий канцоны неведомой Лауре. Лицо его стало задумчиво, и он чуть не отхлебнул из бутыли с уксусом, которую до этого неосторожно взял со стола.

— Э-э, мальчик мой, не пей, козленочком станешь! Все не так фатально.

— А как же Анна? — со слезой в голосе выдавил оруженосец. — И… и портрет. — В глазах юноши появился огонек надежды. — Она нас не отпустит.

— Все учтено могучим ураганом, — заверил Лис.

Кристоф снова напрягся.

— Не волнуйся, — обнадежил мессир рыцарь, — мы обо всем позаботились. Анна поедет с нами.

Если бы в этот миг на Бургундию обрушился обещанный Лисом могучий ураган, Кристоф удивился бы меньше.

— И… и… я сейчас, — не сводя с Камдила удивленно-восторженных глаз, пообещал Кристоф. — А как же герцог? — вдруг насторожился он.

— Ты знаешь, — Лис положил юноше руку на плечо, — мы решили оставить в Бургундии прежнего герцога. А шо, хороший мужик, опять же, Бесстрашный. Щас соберет армию и тоже в Италию притопает. Там нынче хорошо. — Он на секунду задумался. — А когда мы приедем, еще и весело будет.

— Это уж точно, — подтвердил Вальдар. — Ладно, Кристоф, друг мой, вели подавать завтрак.

— Слушаюсь. — Кристоф склонил голову и метнулся к двери. Его окрыленный любовью юный организм мчал так быстро, что де Буасьер едва успел распахнуть дверь перед собой. Необходимость увернуться от нее заставила сына лесничего остановиться. Он повернулся к рыцарю, достал из поясной сумы невзрачного вида колечко и протянул Камдилу.

— Моя почтеннейшая родственница велела передать это вам, монсеньор.

Вальдар принял сувенир и стал разглядывать его.

— Это шо, то самое, в которое она асура упрятала? — восхитился Лис.

— Не знаю, но моя прапрапра…

— Мы поняли. Что она сказала?

— Она сказала, что вам оно пригодится. И очень скоро.

— Как интересно, — присвистнул Лис. — А оно как, трехзарядное или безлимит?

Кристоф с подозрением глянул на Лиса и осторожно спросил:

— Так я распоряжусь насчет завтрака?

— Давай, — кивнул Вальдар, и юноша скрылся за дверью.

— Капитан, дай поносить, не жлобись, — требовательно заявил Сергей, как только оруженосец исчез из виду.

— Пожалуйста. — Камдил протянул другу кольцо. — Но только, может, не стоит торопиться? Ты помнишь историю с Лаис [28] и ее перстнем? А она — не чета нам, потомственная жрица прародительницы Эстер. Даже у нее, невзирая на все предосторожности, дело пошло сикось-накось. А что у нас тут заключено, ни ты, ни я не знаем.

— Капитан, вот ты сравнил! То ж кольцо Соломона, демон развесистый, шо та клюква в родном краю. А у нас шо? Чему нас учит уважаемая подруга Шахерезада? Кольца надо время от времени протирать и не терять. Ну, сам посуди. Стала бы прапрапра вручать двум недалеким размахаям перстень, который не работает без инструкции толщиной со строевой устав?

— Вряд ли.

— Тогда давай попробуем. — Сергей нацепил перстень на палец и начал усиленно тереть его, как в дни службы ременную бляху, чтоб довести до зеркального блеска.

— Что пожелаешь, мой господин? — перед оперативниками сгустился из воздуха давешний ромейский купец.

— Да так, — Лис оглядел джинна, — поздороваться решил, собеседование устроить. Ты же теперь у нас работаешь.

Купец исподлобья поглядел на Сергея:

— Я раб перстня.

— Да, я в курсе. Это у вас традиция такая: раб перстня, раб лампы.