Чтение онлайн

Она скинула с головы капюшон накидки, и совершенно седые прямые волосы рассыпались по плечам. Ей было лет шестьдесят, длинное, в пол, платье темно-синего цвета с кожаным коричневым поясом делало ее похожей на постаревшую хиппи.

– Кэпа? – переспросил Иван, пожимая неожиданно сильную, можно даже сказать, агрессивную руку.

– Ну да, – подтвердила женщина, – Кэпа. Сергея Егоровича. Вот только не могу понять, зачем искать того, кто, может быть, не хочет, чтобы его нашли.

– Почему вы считаете, что Новиков не хочет, чтобы его нашли? – быстро спросил Иван.

– Да вы присаживайтесь, – женщина указала на кресло у стола. – В ногах правды нет. И девушке тоже стоит присесть. Да и нам не помешает. Садись, Варя!

Обе гостьи, не снимая обувки, прошлепали к кровати и, сбросив меховые накидки, уселись на идеально ровное покрывало.

Варя, подумал Иван, усаживаясь в кресло, вероятно, бабушка известной писательницы, Варвара Мельникова. Уютная, теплая, неторопливая, в отличие от воинственного вида подруги, она была олицетворением классической бабушки – седая гулька на затылке, очки в коричневой оправе, розовая кофта ручной вязки. А обладательница агрессивного рукопожатия – очевидно, ясновидящая Ариадна Марс. Сейчас как пить дать начнет демонстрировать свои способности.

Ясновидящая, очевидно, прочитала его мысли.

– А ты чего стоишь? – спросила она у Аси и приглашающе похлопала по покрывалу рядом с собой. – Тебе надо отдохнуть, а то вид немного бледный. Разве доктор не говорил, что надо себя беречь?

– Вы считаете, что я больна? – Асины глаза наполнились тревогой, и Рыбак уже было собрался заставить излишне говорливую женщину сменить тему, но она его опередила:

– Нет, конечно! Беременность – это не болезнь.

Ася смущенно посмотрела на свой все еще плоский живот, надежно скрытый объемным свитером.

– Но как? Откуда?

– Думаешь, разменяв девятый десяток, я не в состоянии отличить беременную женщину от небеременной?

– Девятый десяток? – Удивление Рыбака было абсолютно искренним. – Вы хотели сказать – шестой?

– Я сказала ровным счетом то, что хотела, – не повелась на лесть Ариадна Марс. – Это Крым, детка, местный климат невероятно омолаживает. А вам, молодой человек, должно быть стыдно.

– Стыдно? – переспросил Иван, поймав себя на том, что ясновидящая каким-то образом заставляет его повторять свои собственные слова, чувствуя себя при этом полным дураком.

– Ребеночек-то ваш, – пояснила Ариадна. – А колец нет. Нету колец-то.

Она продемонстрировала правую руку с внушительным перстнем на безымянном пальце. Огромный темно-зеленый камень в массивной серебряной оправе – таким при необходимости можно воспользоваться в целях самообороны.

Рыбак заметил, как Ася смущенно спрятала руку в карман джинсов.

Да что за напасть! С минуты на минуту могут заявиться родственники пропавшего Новикова, а он тут пытается разводить политесы с полубезумной старухой, которая строит из себя ясновидящую. Иван машинально открыл верхний ящик стола. Тот был абсолютно пуст, если не считать компьютерной мыши. Он вспомнил о поручении Лебедева.

– Подскажите, пожалуйста, у Новикова был компьютер?

– Нет, – поспешно ответила Мельникова.

– Да! – одновременно с ней выпалила Марс.

– Не было у него компьютера, – чеканя каждое слово, сказала бабушка писательницы.

– А! Точно! – Марс махнула рукой, чуть не врезав при этом перстнем по переносице Мельниковой. – Это был не компьютер, а этот… как его… Ноутбук!

– Да нет же, Ада! Ты путаешь! – с мученическим выражением лица простонала Мельникова.

– Да? Думаешь? – Ариадна помолчала немного. – Все может быть. Я ужасно путаюсь в этих современных гаджетах. Компьютер… ноутбук… тостер… Точно! У него был тостер! Да, Варя? Тостер?

– Тостер – это прибор для поджаривания хлеба, – возразила Мельникова.

– Точно! Для хлеба! Очень, скажу вам, вредная вещь! Помню, мне один благодарный клиент подарил эту штуковину – тостер. Так что вы думаете? – Взгляд светло-серых глаз уперся в Рыбака, и он невольно пожал плечами, давая тем самым втянуть себя в эту малоинформативную перепалку. – Каким-то образом этот гад… то есть гаджет заставил меня есть хлеба в два, а то и в три раза больше, чем обычно. Результаты налицо! То есть на противоположное ему место. Счастье, что тостер долго не протянул, сломался через месяц, и все вернулось на круги своя. Кэп наш, Сергей Егорович, мужчина статный, стройный, а поэтому с уверенностью могу сказать, что тостера у него не было. А вы с какой целью интересуетесь, был у него тостер или нет?

– Вы меня извините, – твердым тоном заявил Иван, – мне очень нужно с вами поговорить, но можно это сделать позднее? Сейчас я бы хотел остаться вдвоем с моей напарницей. Это возможно?

Варвара Мельникова тут же встала и, кутаясь в накидку, пошла к дверям.

У ясновидящей Ариадны Марс, очевидно, дух противоречия был куда сильнее, чем у бабушки известной писательницы, поэтому она искала предлог, чтобы остаться.

– Мне кажется, я могла бы вам помочь, – заявила она интригующим тоном. Но Рыбак не повелся.

– Разумеется, можете. И даже очень. Только позже. Просто я боюсь опоздать на обед, а кушать очень хочется. Особенно моей напарнице.

Последний аргумент, очевидно, показался Ариадне достаточно весомым. Она кивнула и, стянув на груди накидку, направилась к выходу. В дверях она остановилась и сказала, обращаясь к Асе:

– А ты, деточка, обязательно попробуй лекарство Матильды. Уверена, все твои проблемы и тревоги как рукой снимет.

Хлопнула дверь, и Рыбак с облегчением выдохнул.

– Добро пожаловать в наш дурдом, – усмехнулся Глеб, с мрачным видом подпиравший стену между двумя дверями. Одна из них, по мнению Ивана, вела в ванную, а другая – в тот самый таинственный переход между главным домом и флигелем, которым обитатели дома по какой-то причине предпочитали не пользоваться. Двери были совершенно одинаковыми, с круглыми стальными ручками, только на одной имелся фиксатор защелки, свидетельствовавший, что именно за ней находится переход.

– И как вы тут с ними справляетесь? – спросил Рыбак.