Белые флаги
Шрифт:
– Как ты узнал меня?
– спросил я.
– А что тут такого!
– рассмеялся он.
– Ты ничуть не изменился.
На втором курсе Ростом снова куда-то исчез.
Спустя год я встретил его на стадионе. Играли наше "Динамо" и московское "Торпедо". Я немного опоздал, и место мое оказалось занятым... Ростомом. Кое-как устроились. После матча (наши проиграли) мы возвращались вместе. Я не знал, о чем говорить, - все темы разговора ограничились тремя классами средней школы.
– Где ты запропал?
– спросил я из вежливости.
– Трудновато нам пришлось... Начал работать и перешел на заочное, ответил он.
Вот и теперь я не знаю, о чем с ним говорить. И я повторяю свой прошлогодний вопрос:
– Послушай, но куда ты все-таки исчез?
– Говорил же я тебе: работаю.
– Где?
– Какая разница? На хлеб хватает...
– Что-то не похоже, - улыбнулся я и покосился на свою лежащую под тарелкой трешку.
– Все несу домой... Мама совсем состарилась, почти ослепла, шить ей трудно...
– А стоило все-таки переходить на заочное?
– спросил я и понял, что сморозил глупость.
– Стоило...
– ответил Ростом после минутного молчания.
– Стоило... Прихожу как-то домой... Вижу, мать сидит на кровати, опустив голову, а какая-то толстозадая баба вертит в руках перед ее носом пеструю тряпку и визжит: "Если ты совсем ослепла и не можешь шить, то так и скажи! Я б лучше просто подарила тебе деньги!.. Что мне теперь делать?! Где я достану такой отрез, а? Лопни, тресни, а найди, где хочешь! Понятно тебе?!" Это она говорила моей матери...
Ростом выпил. Мне стало не по себе.
– Ну и потом?
– спросил я.
– Помнишь нашу школу?! Мы ходили туда через Варазисхеви*, - ушел Ростом от ответа.
_______________
* В а р а з и с х е в и - название улицы в Тбилиси.
– Помню!
– вздохнул я с облегчением.
– Мне мама по утрам давала по пятнадцать копеек. А тебе?
– Тридцать.
– А напротив школы был завод кувшинов и горшков...
– Кирпичный завод, - поправил я.
– Да, кирпичный. Но там делали и горшки тоже... И ребят с той улицы называли "кирпичной шайкой", помнишь?
– Они подкарауливали нас и отбирали деньги, помнишь?
– Как не помнить! За пятнадцать копеек тогда давали французскую булку с двумя сосисками. И сверху горчица.
– Вот сволочи!
– Мне вдруг стало жаль тех детских тридцати копеек.
– А знаешь, почему они грабили нас с утра?
– Почему?
– А потому что, успей мы войти в школу, и деньги были бы истрачены в буфете!
– Смотри-ка, я и не смекнул!
– Меня рассмешила наивная хитрость "кирпичной шайки".
– Да и я сам смекнул только теперь. Наш председатель профкома поступает точно так же: в день получки караулит нас у кассы...
– А все же, где ты работаешь?
– В гараже, мойщиком машин, - неловко улыбнулся Ростом.
– А еще одна трешка была бы сейчас кстати...
– Он выразительно взглянул на почти опустевшую бутылку, потом на мою трешку.
Вдруг возле нашего стола, откуда ни возьмись, вырос какой-то вдрызг пьяный усатый верзила. В правой руке он держал стул, в левой - бутылку "Саперави"*.
_______________
* С а п е р а в и - сорт вина.
– За процветание и счастье... наш...ш...шего края! Да здравствует!.. Ура!
– провозгласил он заплетающимся языком.
– Ура!
– подхватили мы его призыв.
– В...ваше имя, уважаемый?
– обратился усатый ко мне.
– Заза.
– Ого! А в...ваше?
– повернулся он к Ростому.
– Ростом.
– О-хо-хо! Б...богатыри! "Амиран* сразился с дэвом, задро...ж...жала вся земля!" Так, кажется?! П...пью за красоту нашей земли и ц...целую ваш стол!
– Усач покачнулся.
_______________
* Р о с т о м и А м и р а н - имена героев древнегрузинского
богатырского эпоса "Ростомиани" и "Амираниани".
– Садитесь, пожалуйста!
– подхватил я его.
– Я со своим с...стулом и вином... Ик!.. Принимаете?
– спросил он и, не дожидаясь ответа, проглотил наш последний хинкали.
– Пожалуйста!
– Мы там... кутим... Я и м...мои друзья... один, два, т...три. Я четвертый!
– Усач с силой стукнул себя кулаком в грудь.
– Чего же вы хотите, уважаемый?
– спросил Ростом.
– Я х...хочу... ик! Я ж...желаю "быть с тоб-о-о-ою всегда, быть с тоб-о-о-ою в моги-и-и-ле..." - неожиданно затянул усач.
– Нам пора, уважаемый, - привстал я.
– Ч...что такое?!
– Усач грохнул бутылкой об стол, и вино плеснуло в лицо Ростому.
Побледнев, Ростом медленно привстал, уставился на некоторое время в глаза усачу, потом, не сказав ни слова, утер рукою лицо и выразительно покосился на свою окрашенную в красный цвет ладонь.
– Ваше имя, уважаемый?
– очень тихо спросил Ростом усача.
– Акакий, Како, Каки!* - отрапортовал тот и сел.
– С...садитесь... предложил он и нам.
_______________
* К а к о, К а к и - уменьшительные имена от имени Акакий.
Мы тоже сели.
– Скажите, глубокоуважаемый А-ка-кий, Ка-ко, Ка-ки, - произнес Ростом по слогам, - чего вам от нас нужно?
Я прыснул. Рассмеялся и Ростом.
– Г...грабят, обирают меня, - прошептал вдруг усач и огляделся с видом заговорщика.