Чтение онлайн

«Все-таки странная у вас, смертных, психика, — буркнул Меч. — Ладно, ты вниз-то пойдешь или так и будешь по потолку коридора круги выписывать?»

«Да иду уже, иду!»

И опять пришлось оставить Инну «на дежурстве» у входа, ограничившись прощальным поцелуем в щечку. Действительно, фантастическим терпением должна была обладать эта девушка. Владимир только головой покачал, думая, сможет ли когда-нибудь вознаградить ее достойно за всю проявленную самоотверженность. Похоже, что нескоро… Ведь до сих пор даже поговорить нормально у них времени не было, постоянно приходится куда-то нестись, от кого-то спасаться, что-то искать… А впереди, похоже, не меньше хлопот.

Он спустился к плите, указанной Мечом. Внешне она ничем не отличалась от других плит облицовки колодца. Судя по описанию, на ней должны были быть какие-то чувствительные квадратики, но пальцы Владимира пока не могли ничего нащупать. Впрочем, площадь плиты составляла около двух квадратных метров, так что шарить на ней можно было долго…

«Назад!!!» — вдруг заорал изо всех сил артефакт.

Даже ловкости вампира было недостаточно, чтобы из положения «стоя на четвереньках на стене головой вниз» совершить десятиметровый прыжок назад и вверх. Поэтому, увидев надвигающуюся опасность, Владимир не стал бежать — все равно бы не успел. Вместо этого он попытался сформировать телекинетический щит. Но опоздал.

Прилетевшие с противоположной стороны тоннеля заостренные колья пробили грудь, живот, плечо и бедро вампира. Тело пронзила резкая боль, мышцы разом задубели, словно у мертвеца (впрочем, почему — «словно»?), перед глазами все завертелось. Сорвавшись со стены, Хранитель-неудачник с тихим стоном полетел вниз и вскоре канул в темноту. Вслед тающей беловолосой фигурке летел, отражаясь от стен шахты, испуганный возглас Инны…

К сожалению или к счастью, вампиры не могут потерять сознание. И удар, переломавший все кости, вогнавший осколки кола глубоко в легкие, Владимир прочувствовал в полной мере. Колодец все-таки имел дно. Твердое и неровное.

«Меч… Скотина… Куда же ты смотрел, мать твою костяную… — сил не было даже на хрип, только на мысленную речь. — Не мог стены раньше просканировать? Ловушки в пирамидах… Это же классика, даже на Земле… А тут, как ты сам говорил, твари посерьезнее…»

«Блин, ну извини, не усмотрел! Сам тоже хорош, вполне мог уклониться, а не строить из себя несокрушимого героя! Я… Я просто не думал, что они применят такие примитивные, механические ловушки. Это же тебе не Египет! То, что может выбраться из здешних саркофагов, упавшим камнем или копьем в бок не остановишь. Тут ловушки намного мощнее и, как правило, магические. А от магии тебя защищал алеан».

«Черт… в следующий раз сам смотреть по сторонам буду, а не на тебя полагаться. Что с Инной? Что со мной? Насколько я ранен? Можешь сделать так, чтобы я мог встать?»

«Сколько вопросов одновременно… С девкой твоей все в порядке, только напугана сильно. А вот с тобой похуже. Потери энергии сами по себе небольшие, их можно восполнить. Но я не могу открыть резервы, пока в тебе торчат эти колья — иначе новые порции тоже будут через них вытекать. А чтобы вытащить колья, нужно избавиться от паралича, для чего влить в мышцы хоть каплю энергии. Такой вот заколдованный круг получается».

«Черт… Ты же говорил — только кол в энергетический центр опасен? А печень вроде не повреждена, я немного разбираюсь в таких вещах…»

«Обычно — да, но эти очень хорошо сделаны. Качественная работа, еще с тех времен, когда настоящая нечисть была, а не нынешние пустышки. Местный аналог осины, только гораздо эффективнее. Да еще с волокнами серебра. Они выкачают из тебя энергию быстрее, чем я буду успевать наполнять. Еще пару дней — и они бы тебя не удержали, но сейчас…»

«Есть варианты? Я не хочу тут лежать вечно».

«Ну, если бы мы смогли вызвать в тебе драконий гнев, сила Предела заставила бы их рассыпаться в прах… Или можно позвать твою девчонку, чтобы колья вытащила».

«Исключено. Оба варианта. Думай еще…»

«Раньше думать надо было! А сейчас мы с тобой влипли…»

«Да вижу уже… Стоп. Мне не нравится твой голос. Ты что имеешь в виду?»

«Ничего особенного. Просто мы, кажется, разбудили одного из здешних спящих…»

Из темноты послышались легкие шелестящие шаги и царапание. Кожу обдало холодом потустороннего присутствия. Что-то древнее и очень мощное приближалось из темноты к парализованному Хранителю. А он даже не мог повернуться, чтобы посмотреть…

Демон склонился над картой, когтем вычерчивая в камне линию атаки.

— Каковы наши потери?

— Приемлемы, Великий. В основном гибнут смертные без магического дара. Каждый из наших волшебников уносит с собой минимум двух вражеских или крупную базу. Монстров, как вы приказали, я держу в резерве, используя чаще для разорения вражеских поселений, чем для сражения с равным противником.

— Великолепно… — прорычал Эйменос. — Эти глупцы хотят продолжать жить… даже сейчас. Это их и погубит. Они не могут атаковать в ответ наши деревни, потому что нам безразлично выживание подданных и потому, что сами надеются использовать их после войны. Тогда как мы навязываем им бой, где хотим и когда хотим, на тактически выгодных условиях. То же самое с тратами энергии — мы можем себе позволить быть расточительными, потому что для нас эта битва последняя. Правильно я говорю, Карогарт?

— В общих чертах правильно, хозяин, но…

— Но что? Не стесняйся, мой маленький советник, говори как есть. Для того я тебя и держу…

— Не слишком ли много внимания мы уделяем войне и не слишком ли мало — поискам Владыки? Если ОН уже здесь, но до сих пор не явился в Храм, не значит ли это, что наше служение неугодно? Не взяли ли мы на себя смелость судить вместо НЕГО? Я боюсь об этом говорить, но возможно Упокоение — слишком милосердное решение? Что если ОН не пожелает отпустить умерших? Ведь для чего-то же возникла Белая Равнина.

Жрец с трудом удержался, чтобы не размазать ящерицу о стену. Усомниться в самой сути их религии — за меньшее Эйменосу случалось отправлять на мучительную смерть. Но ведь сам виноват — разрешил твари говорить. И самое противное, что фамильяр будто угадал грызущие хозяина сомнения, которые демон скрывал даже от самого себя.

— Нет! — прорычал иерарх, ударив по столу кулаком, так что тот треснул пополам. — Не может такого быть! ОН — благороден! ОН — не станет повторно казнить умерших. А если я был неправ, и вина мира слишком велика, то я сам отвечу перед ним за этот грех.