Бес
Шрифт:
– Кофе хочется, – заявил Илья, жуя извлеченную из упаковки булочку и щелкая выключателями. – Где тут кофеварка включается? Ага, есть. А вот и свет… Знаешь, Шон, когда туман спадет, хорошо бы добраться до пожарной техники. Это мощные машины, на них можно…
Илья вдруг застыл с открытым ртом и не дожеванной булкой. Он посмотрел на закипающий чайник, перевел взгляд на товарища.
– Ты думаешь о том же, о чем и я? – поинтересовался Шон.
– Если аккумуляторы не сели, можно протестировать системы, – говорил Шон, пытаясь открыть пилотскую кабину. – А если они шли на взлет…
– …то у них полные баки горючего, – подхватил Илья. – Ну-ка, дай я…
Он оттеснил Шона от двери, приставил к замку ствол пистолета и отвернулся. Три выстрела – и дверь поддалась.
В кабине картина была та же: командир и второй пилот были мертвы, засохшие руки в рукавах форменных рубашек плетьми свисали вдоль скрюченных тел.
Илья склонился над мертвыми экранами приборов. Глянул на Шона:
– Разбираешься?
Вместо ответа тот защелкал тумблерами над головами мертвых пилотов, ткнул пальцем в стекло дисплея. Тонко загудели приборы, вспыхнули экраны, рассыпавшись на виртуальные шкалы и разродившись потоками данных. Шон быстро пробежал взглядом по показателям. Сказал:
– Думаю, по самолету ударили, чтобы предотвратить взлет. Экипаж погиб прежде, чем были остановлены двигатели. Тут везде автоматика, экипаж – скорее дань традиции, для спокойствия пассажиров. Когда бортовые системы зафиксировали гибель экипажа, взлет был остановлен автоматически. Вон, вся процедура проведена, уже выруливали на взлетную полосу. Вот последний запрос диспетчеру – и нет ответа…
– В башне все тоже наверняка мертвы, – констатировал Илья.
– Забавно, – сказал Шон. – У нас есть заправленный самолет, есть взлетная полоса, я могу поднять и посадить эту машину. Можно лететь хоть сейчас. Только вот лететь нам некуда.
– А почему именно лететь? – задумчиво протянул Илья.
Это была авантюра. Наверное, поэтому Илью трясло от возбуждения, он никак не мог усесться спокойно в кресле второго пилота. Тела мертвых перенесли в салон бизнес-класса, кабина ожила звуками, светом приборов. Шон в командирском кресле выглядел уверенно и решительно.
– Следи за навигацией! – приказал он, поправляя радиогарнитуру, и Илья счел нужным подчиниться: сейчас Шон действительно был главным. – Из-за тумана через стекла ни хрена не видно, так что пойдем по приборам. И еще: у меня недостаточно практики, я могу где-то проколоться – будешь страховать.
– Есть, кэп, – поправив наушники, весело отозвался лейтенант. Всмотрелся в экран инфракрасного радара. – Отлично вижу рулежку, выход на взлетную полосу. Тут все просто кишит разными гадами…
– Не отвлекайся на мутантов, давай курс!
– О’кей… Следуя нашему курсу, нам нужно двигаться на запад до конца полосы. А там… Там придется проламывать ограждение и выруливать к шоссе…
Илья поудобнее откинулся в кресле, положил ноги на приборную панель. Тут же в стекло, прямо перед положенными один на другой ботинками, с лету врезалась какая-то мелкая тварь. Брызнула – и сползла по стеклу, оставляя желтовато-красный след.
– Шон, ты в курсе, что мы с тобой настоящие психи? – поинтересовался Илья.
– Еще какие! – отозвался тот и медленно двинул от себя счетверенный рычаг тяги. Мощные реактивные двигатели, свистевшие до этого на прогреве, тревожно завыли. Корпус ощутимо завибрировал.
– Что такое? – пробормотал Шон. – Почему не двигаемся?
– С «ручника» сними, – посоветовал Илья.
– Вот, черт, забыл! – Шон бледно улыбнулся и снялся со стояночного тормоза.
Стойки шасси угрожающе заскрипели, гигантский лайнер вздрогнул и медленно поплыл в тумане.
Подкатив к взлетной полосе, самолет неторопливо развернулся. Замер, придерживаемый тормозами.
– Нормуль, стоим четко по осевой линии, – прокомментировал Илья. Перевел взгляд с инфракрасного экрана на навигационный. – Сейчас нам – прямехонько до противоположного конца полосы. Кстати, полоса сплошь затянута сельвой, тут какие-то крупные гады шныряют, никак не разглядеть, что это такое… Поползем потихоньку или… прокатимся с ветерком?
В голосе морпеха появились провокационные нотки. Шон уловил вызов, усмехнулся:
– Готовься сушить штаны, дружище!
И вывел тягу двигателей на взлетную мощность. Двигатели взвыли, новоявленных пилотов вдавило в спинки кресел.
– Э-э! Я пошутил! – воскликнул Илья, глядя, как понеслись навстречу высвеченные инфракрасными камерами клочья агрессивной растительности и туши мутантов. Туман на лобовых стеклах сконденсировался и потек в стороны обильными «слезами».
– Придержи штаны! – усмехался приятель. – Все под контролем!
Лайнер ощутимо тряхнуло: крыло снесло точащий из прямо полосы древесный ствол. По корпусу часто забарабанило – так бились мелкие и средние туши тварей, которые вдруг бросились со всех сторон на гигантское и съедобное, как им, наверное, казалось движущееся существо.
– Они что, и впрямь нас вместе с самолетом сожрать хотят? – пробормотал Илья. Быстро пробежал взглядом по экранам. – Осторожнее – мы же кувыркнемся на хрен на такой скорости!
– Без скорости нам не прорваться, – сквозь зубы процедил Шон. – Главное – не подпрыгнуть и удержаться на прямой…
Слева ослепительно полыхнуло, в корпус отдалось мощной вибрацией. Самолет швырнуло из стороны в сторону. Шон отчаянно задергал рукоятку.
– Что это было?! – заорал лейтенант.
– Какую-то тварь в турбину засосало! – быстро ответил Шон, колдуя с рычагами тяги. Глянул на показания приборов. – Так, минус один двигатель…
Скорость заметно упала, но самолет уже подползал к срезу взлетной полосы. Тут же туман стал рассеиваться, появились островки видимости.
– Вправо, вправо на тридцать! – крикнул Илья. – Там заграждение сорвано. Так… Теперь по полю – до самой дороги.
Самолет, натужно завывая, чиркнул крылом по столбу ограждения и выполз за пределы территории аэропорта.
– Что-то тянет слабо и влево уводит, – дергая ручкой управления, озабоченно сказал Шон. – Можешь посмотреть, что там, по левому борту?