Чтение онлайн

– Не беспокойтесь, месье. Они не забудут ни одного из вас. Можете не беспокоиться на этот счет.

Почти не сознавая, что сказала дама, Джастин двинулся к двери и распахнул ее. Он остановился на пороге, с жадностью вдыхая ночной воздух.

– Прошу прощения, – обратился он к Клэю. – Я не хотел разочаровывать тебя. Не знаю, что со мной случилось.

– Я-то знаю, – мягко возразил Клэй. – Но это не важно. Мы вернемся сюда как-нибудь в другой раз.

Джастин только кивнул в ответ. Он пытался выбросить Эриел из головы, и по большей части это ему удавалось. Но иногда, как, например, нынче вечером, он вспоминал женщину, которой имел глупость поверить. Он вспоминал ее тихий смех, ее ум, вспоминал нежную невинную девушку, какой он представлял ее по письмам. Он вспоминал и женщину, с которой занимался любовью, которой он доверял, как никакой другой, и неведомая ему прежде и ни с чем не сравнимая боль пронзила его сердце. Он стиснул зубы.

– Я устал немного сильнее, чем предполагал. Если не возражаешь, я отправлюсь домой.

– Нет, – ответил Клэй, – не возражаю. Береги себя, друг мой.

Джастин кивнул и повернул к дому, ненавидя себя за то, что пришел сюда, и жалея, что увидел хорошенькую маленькую блондинку, так напомнившую ему Эриел, которая, очевидно, была такой же шлюхой, как любая из девушек мадам Шарбоннэ.

Работа у графа Хорвика оказалась тяжелой. В его огромном доме было мало прислуги. В старом особняке, полном пыли, гуляли сквозняки, и его трудно было содержать в чистоте. Хорвик был требователен к слугам, заставляя их работать с утра до ночи, кормили же их почти несъедобной пищей. Но самое скверное, что граф оказался сластолюбивым, как и говорила женщина на ярмарке рабочей силы. Это был омерзительный маленький человечек, тучный и толстогубый. От него всегда пахло виски и сигарами. Он дважды попытался прижать к стене и поцеловать Эриел, встретив ее в коридоре. Каждый раз ей удавалось ускользнуть от его непрошеных ласк.

Эриел было ненавистно оставаться в его доме, работать на него и в течение многих недель отражать его поползновения. Нужно было найти другое место, но она уже слышала, как он вел себя с девушками-служанками, пытавшимися уйти от него. Он не давал им рекомендации и распространял о них гнусные сплетни, а это лишало их возможности найти другое место. И Эриел копила деньги, чтобы не остаться на мели, и в каждый выходной день занималась поисками нового места. Она не теряла надежды уйти, как только найдет что-нибудь приемлемое.

– Нам надо перестелить постели в четырех гостевых комнатах восточного крыла, – сказала экономка миссис О’Грейди, провожая Эриел через холл. – Леди Хорвик приезжает завтра из загородного дома. Она собирается давать вечера, как обычно, и особенно торжественный бал по случаю дня рождения племянницы. Прибудет толпа родственников и гостей.

– Я займусь этим немедленно, миссис О’Грейди. – Эриел сделала книксен полной пожилой ирландке, домоправительнице графа Хорвика, умевшей сводить концы с концами на те скудные средства, которые граф отпускал для этих целей.

Эриел нравилась эта полная пожилая леди, которую она считала почти другом. Она взяла швабру и направилась наверх в надежде на то, что графа Хорвика не окажется поблизости, радуясь, что домой приезжает леди Хорвик. Конечно, этот старый греховодник не посмеет приставать к ней, когда дома будет его жена. Эриел трудилась все утро и значительную часть дня. В отличие от жилых, постоянно используемых комнат гостевые спальни и гостиные были обставлены роскошно, и мебель в них не обнаруживала ни малейших признаков изношенности. Эриел только что закончила уборку в последней из гостевых спален, когда дверь открылась и вошел малорослый бочкообразный хозяин.

– Привет, моя дорогая, – сказал Хорвик. – Я искал вас. Надеялся найти вас здесь.

Сердце Эриел упало.

– Искали меня? Что вам угодно?

Хорвик нахмурился:

– Вы ведь не боитесь меня? Если боитесь, то совершенно напрасно. Сейчас вы, вероятно, поняли, насколько привлекательной я нахожу вас.

– У меня полно работы, – сказала Эриел, осторожно отстраняясь, когда он попытался приблизиться к ней.

– Да, я понимаю. Но в этом отношении я мог бы вам помочь. Если бы вы стали чуть посговорчивее, у вас тотчас же поубавилось бы работы.

– Я не имею ничего против работы. – Она пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в туалетный столик розового дерева. Хорвик сделал шаг вправо, поэтому она, уклоняясь, шагнула влево в надежде ускользнуть от него. – Я выполняю работу, ради которой меня наняли.

– Да, конечно, это так, и должен признать, выполняете ее отлично. Но может быть, небольшая прибавка к жалованью сделает вас чуть приветливее… – Он снова сделал движение, стараясь загородить ей путь к отступлению, и Эриел замерла на месте.

– Я всего лишь горничная, милорд. Для меня немыслимо быть… сговорчивее по отношению к человеку вашего положения. А теперь прошу меня извинить…

Она рванулась влево, но при всей своей полноте он двигался стремительно и легко и оказался прямо на ее пути и стоял там, расставив свои короткие толстые ручки и пытаясь поймать ее, как паук ловит в паутину муху. Эриел вскрикнула, когда короткопалая лапа ущипнула ее за ягодицу. Он хихикнул, но она ухитрилась вырваться, бросилась к двери и выбежала из комнаты с такой скоростью, будто ее преследовали гончие. Лицо ее пылало от стыда и негодования. Она потерла уже появившийся синяк там, где он ущипнул ее. Черт бы побрал этого старого мерзавца! В следующий раз, когда он попытается схватить ее, она… она… А что она могла сделать? Ей была нужна эта работа, по крайней мере на некоторое время. Ей необходимо было найти способ избежать его поползновений. Эриел вздохнула и направилась вдоль по коридору, мысленно награждая графа Хорвика самыми нелестными эпитетами. Она работала до позднего вечера.

На следующий день приехала леди Хорвик. Эриел была безмерно рада этому обстоятельству, надеясь, что присутствие хозяйки избавит ее, хоть на некоторое время, от домогательств ее супруга. В связи с прибытием леди Хорвик и предполагаемыми торжествами количество ее работы удвоилось. Когда леди Хорвик наконец сочла, что дом готов к приему гостей – близких друзей ее мужа, а также его деловых партнеров, Эриел была в полном изнеможении. Но даже после изнурительного дня хозяйка потребовала от Эриел, чтобы она помогла сервировать стол и подавать закуски. Эриел заправила локон под чепчик, и из уст ее вырвался тяжкий вздох. Она слышала, как небольшой оркестр настраивает инструменты в музыкальной комнате. Гости съезжались. К моменту, когда один из престарелых родственников графа Хорвика кончит играть на фортепьяно, в прилегающую к музыкальному салону гостиную следовало подать холодные закуски. Эриел вышла из кухни с серебряным подносом, нагруженным блюдами с холодным мясом разных сортов, и уже дошла до двери в гостиную, когда дворецкий объявил о прибытии еще одного гостя.

– Разрешите вашу шляпу и плащ, милорд.

– Благодарю вас.

Услышав этот немногословный ответ, Эриел замерла, стоя посреди холла и резко повернув голову на звук знакомого низкого голоса. Она увидела высокую импозантную фигуру в черном, и сердце ее мучительно сжалось. Ей захотелось бежать, но ноги не слушались ее. Исчезнуть, скрыться, растаять, как облачко дыма, чтобы он не увидел ее в этой простой черной юбке и белой полотняной блузке с дурацким чепчиком, криво сидящим на голове!