Бессилие
Шрифт:
Она аккуратно прикоснулась кончиками пальцев к маленькой головке одного из новорожденных.
— И не хочется отомстить?
— Зачем? Брата не вернуть, жизнь заново не пережить…
— Ваши дети почему-то вписаны в книгу регистрации магов Англии…
— Я же наследница Гарри! Наверняка, поэтому там мои дети… — проговорила женщина, не моргнув взглядом. — Но они не поедут в Англию. А поедут они в Тибидохс, где им, по всем меркам, моего и Давида, будет лучше… Тем более, это воля моего мужа. Он тоже маг.
Давид согласно кивнул. Грэйнджер покосилась на него с подозрением — но промолчала. Впрочем, не долго:
— А как же пророчество? Ты же знаешь… двое твоих детей…
— Любое пророчество, оно на то и пророчество. — Рассеялась негромко Татьяна. — Оно действительно дает знание, но само будущее зависит только от нас самих. Мы вольны выбирать сами, а не следовать каким-то кривым строчкам выживших из ума волшебников и волшебниц. Мои дети останутся здесь, с нами двумя. А Англия пусть идет… темным лесом.
Маги сами во всем виноваты, в том, что не могут защитить сами себя. Не будь у них самих столько ошибок, они бы смогли жить в собственной стране…
— Это твое последнее слово?
— Это наше последнее слово, — заметил Давид, аккуратно вставая на ноги и одновременно удерживая на руках детей. — Мы больше не хотим видеть вас или… кого-либо из нас в нашем доме. Покиньте, нас, пожалуйста, навсегда… Вы пугаете наших детей…
Действительно. Проснувшийся Константин уже начал хныкать, услыша чужой громкий ему голос.
Гермиона вскочила так быстро, что Таня вздрогнула. Но тоже медленно поднялась со стула.
— Сумочку не забудьте, — проговорил холодно мужчина, отдавая спящего Леопольда жене Татьяне, а хнычущего паренька он начал успокаивать сам, баюкая на руках.
Оба вышли проводить ее; Гермиона, быстро пройдя между грядками и газоном, миновала и калитку, чья створка сейчас захлопнулась с силой. Подошла к машине.
— Пока, — улыбнулась и помахала ей Гроттер. — Пока!
Рев двигателя оглушил их и сильно напугал и спящего Леопольда. Машина, сделав круг, помчалась обратно. Теперь их обоих укачивали счастливые родители…
***
— Тиш-ш-ше-тише, — проговорил Давид, наконец укладывая успокоившихся детей в их колыбель.
— И зачем она только приезжала? — проговорила Таня устало.
— Хотела просто найти козлов отпущения… Мне не нужна такая родина и друзья, где легко верят в шаралатанок, выживших из ума сумасшедших и в бред с чистотой крови. Да еще и обманывают… — пожал плечами он. — Мне нужна ты, дети, наш дом и наша работа…
Женщина улыбнулась ему, а мужчина обнял ее за плечи:
— Нам с тобой было нужно всего лишь обычное, человеческое счастье…
— И мы его получили, пройдя все испытания…
Мужчина, подхватив женщину на руки: та едва сдержалась от того, чтобы не закричать от неожиданности, понес ее в их общую спальню… Дети, накормленные и успокоенные, поспят еще пару часов как минимум… давая взрослым насладиться друг другом.
Уже укладываясь вместе с мужем на широкое ложе кровати, Таня отдаленно подумала, что как же хорошо, что зелье стирания памяти, подмешенное ими Гермионе в чай, сотрет ей память без следа уже через трое суток…