Чтение онлайн

Наклонившись к ее груди, Грин прислушался к дыханию Мэрилин.

— Врач не нужен, — произнес он.

— Может, все-таки нужен. Мы не знаем, что она приняла…

— Поверьте мне, Дэйвид, я разбираюсь в таких вещах. Мэрилин выпила пару успокоительных таблеток, и все дела. Ничего страшного. Она выспится, и все пройдет.

Я считал, что люди, не имеющие ничего общего с профессией врача, не могут поставить правильный диагноз, но его голос звучал так спокойно, хладнокровно и серьезно —

я не мог ему не поверить. Кроме того, вызывать врача было довольно рискованно. Возможно, ее пришлось бы увезти на “скорой помощи” в больницу “Бельвью”, чтобы там ей промыли желудок под пристальным вниманием сотен репортеров, которые наверняка будут дежурить у дверей больницы.

— Давайте отнесем ее на кровать, — сказал Грин, аккуратно складывая подписанные Мэрилин документы и убирая их в портфель.

Это было не так-то легко сделать. На фотографиях Мэрилин казалась больше, чем была на самом деле: рост — 5 футов 5 с половиной дюймов, вес — 117 фунтов, бюст — 37 дюймов, талия — 22, объем бедер — 36. [3] Я и сейчас помню эти цифры, потому что на мое пятидесятилетие она подарила мне серебряный портсигар, и на нем вместо инициалов были выгравированы ее вес и размеры — одно из доказательств того, что для Мэрилин ее фигура и внешность значили гораздо больше, чем она сама как личность. Однако не очень легко поднимать на руки женщину, заснувшую на диване, если перед ним стоит мраморный столик, который невозможно сдвинуть с места. Грин кое-как протиснулся между столиком и диваном и взял ее за ноги, я же перегнулся через спинку дивана и подхватил ее за плечи.

— Взяли! — скомандовал Грин. Мы стали осторожно приподнимать Мэрилин и в конце концов подняли ее с дивана. Не знаю, почему никому из нас не пришла в голову мысль обратиться за помощью к Уайти Снайдеру. Что касается Грина, я думаю, он испытывал явное нежелание подпускать кого-либо к Мэрилин, поскольку теперь она стала его главным достоянием. Как бы то ни было, мы перетащили ее в спальню и осторожно опустили на кровать.

В спальне повсюду были видны следы спешного отъезда ди Маджо; на полу валялись рваные пластиковые пакеты и картонные коробки, в которых Мэрилин по обыкновению держала свои вещи. На ночном столике лежал путеводитель по Вашингтону. Я взял его в руки и стал листать. Между обложкой и титульным листом была вложена квитанция на предварительный заказ номера в отеле “Хэй-Адамс” на имя миссис Доуэрти — это была фамилия первого мужа Мэрилин. Номер был забронирован на ближайшие выходные дни. “Значит, у нее назначено свидание, но не с Артуром Миллером”, — смекнул я.

Я положил путеводитель на место. Мэрилин зашевелилась во сне. Мы положили ее на спину, сложив на груди руки, но она повернулась на бок и свернулась клубочком, как ребенок, положив руки под щеку. Халат на ней слегка распахнулся, и я мог видеть ее груди — точнее, не мог оторвать от них глаз. Они были не очень большие, но безупречной формы, цвета бледно-розового жемчуга и такие упругие, что стояли торчком.

— Уйдем отсюда, — мягко сказал Грин.

Я помотал головой, чтобы прийти в себя; руки мои тряслись от прикосновения к ее коже.

Я повернулся и неохотно последовал за ним. Теперь я знал, где она собиралась провести выходные дни и почему просила меня заказать на ее имя номер в гостинице в Коннектикуте. Как только об этом станет известно прессе, репортеры займутся прочесыванием гостиниц в Коннектикуте и не станут искать ее в Вашингтоне.

Прежде чем закрыть дверь в спальню, я обернулся и еще раз посмотрел на нее.

“Боже мой, — подумал я про себя, — ну и повезло же Джеку!”

А все-таки — повезло ему или нет? Этот вопрос возник у меня сразу же, как только я приехал домой. В это время мне позвонил отец Джека.

— Что у Джека с Мэрилин Монро? — гневно спросил он. — Тебе что-нибудь известно?

Я признался, что известно, разбирая в этот момент почту.

— Ты должен был сообщить мне, — сказал Джо.

— Не думаю, что в мои обязанности входит информировать тебя о любовных похождениях Джека, — возразил я.

— Как бы не так! — Он говорил резко, в гневе повышая голос. — Это же не просто какая-то девка, это Мэрилин Монро.

— Я предупреждал Джека, что он рискует…

— Мне плевать, что ты предупреждал Джека ! Ты должен был предупредить меня ! А я услышал это от Бобби, который с ума сходит от беспокойства.

Я подозревал, что это не совсем так. Джек и до Мэрилин любил поразвлечься с кинозвездами, хотя, конечно, Мэрилин была самая знаменитая из всех. А у Бобби и без того хватало забот. Джо выдвигал все эти аргументы, просто пытаясь убедить меня в том, что он должен знать все о жизни Джека, — я всегда отказывался помогать ему в этом.

— Она гораздо благоразумнее, чем о ней думают, — сказал я. — Уверен, она не сделает ничего такого, что навредило бы Джеку.

Он фыркнул.

— Все кинозвезды — сумасшедшие. — “Уж он-то знает, что говорит, — подумал я про себя. — Глория Свенсон немало помучила его”. — Тон его смягчился — верный признак того, что он собирается о чем-то попросить меня. — Слушай, — начал он, — я не прошу докладывать обо всех делах Джека, но пригляди за ним, ради меня, ладно? Ведь Джек будет баллотироваться в президенты. Ему нельзя попадать в скандальные истории с кинозвездами.

— Сделаю все, что в моих силах, — ответил я. — Не думаю, что их роман продлится долго. С Джеком такого не бывает. Да и с Мэрилин тоже, как я слышал.

Джо усмехнулся.

— Ну что ж, если это несерьезно, бояться нечего. Я и сам не прочь с ней познакомиться.

— Она тоже этого хочет.

— Да? Так, так… — Джо позволял себе заигрывать с любовницами Джека, и иногда ему это вполне удавалось, настолько сильно было в нем стремление побеждать. Раньше, когда дети Джо были моложе, о нем говорили, что он спит с дочерьми своих друзей и подругами своих дочерей, но он не делал исключения и для подруг своих сыновей. — Дай мне знать, если возникнут какие-то проблемы, Дэйвид, — сказал он. — В этом ты мне не можешь отказать.

Я согласился, хотя и без особого энтузиазма.

— А вообще-то надо отдать должное нашему Джеку, — добавил он с удовлетворением. — Никто не может устоять перед ним, так ведь?

Никогда я не слышал в голосе Джо столько отцовской гордости, даже когда Джек впервые стал сенатором, победив своего соперника Генри Кэбота Лоджа, — а Джо ненавидел Лоджей и всех их сподвижников в Бостоне.

Интересно, сказал ли Бобби своему отцу, что Джек собирается расследовать махинации профсоюза водителей. “Наверное, нет, — решил я, — иначе мне пришлось бы выслушать длинный комментарий и на эту тему”.

В одной руке она держала путеводитель, другой схватила руку Джека Кеннеди так, что их пальцы переплелись. Он был смущен таким открытым выражением чувств с ее стороны, но она не обращала внимания на его смущение. Она впервые была в Вашингтоне, и радость переполняла ее.

Они находились в здании сената. Было воскресное утро, и Джеку пришлось использовать весь свой сенаторский авторитет, чтобы уговорить швейцара пропустить ее с ним в здание.

По этому случаю она надела белое летнее платье в мелкий черный горошек и элегантную соломенную шляпу с лентой из той же материи, что и платье. Ее талию перетягивал узкий черный поясок в белый горошек. Увидев в зеркале свое отражение, Мэрилин подумала, что ее наряд слишком пестрый, и засомневалась, подходит ли такое платье для ее фигуры. Бросив взгляд на трибуну, она вздохнула.