Чтение онлайн

Я сочувственно кивнул, но, должно быть, не очень убедительно.

— Ты мне не веришь, — заметила она.

Я попытался возразить ей.

— Нет, не веришь. Но это так. Девочки-скауты должны носить специальную форму. Она стоила не очень дорого, но у моих приемных родителей не было лишних денег, во всяком случае, для меня…

Она стиснула зубы, как делала всегда, когда вдруг вспоминала свое детство. Она до сих пор не могла простить никого из тех, с кем ей пришлось столкнуться в то время.

— Расскажи мне о Стиве Смите, — попросила она.

— О Стиве? Он — крепкий орешек. Джо подыскивал как раз такого мужа хотя бы для одной из своих дочерей. Не принц, но зато абсолютно надежен. Кроме того, он полезный человек. Не думаю, что Стиву удалось бы сколотить когда-либо собственное состояние, но в качестве управляющего чужим капиталом он просто незаменим.

— А про меня он знает?

— Скорее всего знает, но со мной о тебе он никогда не говорит. Слишком осторожный.

— Жена его знает.

— Джин? Почему ты так решила?

— Джек ей сказал. Она услышала о наших отношениях с Джеком от Пэт Лофорд и спросила Джека, правда ли это. Он сказал, что да.

— Правда? — Ее сообщение меня особо не поразило, хотя я выразил свое удивление довольно убедительно. Дети Джо Кеннеди могли скрывать что-либо от своих жен и мужей, но между собой секретов у них не было. Сестры Джека обожали своего брата. Кроме того, они все были помешаны на кинозвездах — даже Пэт, хотя, будучи женой Лофорда, она вроде бы не должна была испытывать к ним особых симпатий, — и поэтому были в восторге от того, что у Джека роман с Мэрилин.

— Да, чистая правда. Они хотят как-нибудь познакомить меня со своим отцом.

Я тихо вздохнул. Скорее, конечно, это была идея Джо, а не его дочерей.

— Так или иначе, — произнес я, — думаю, что Джин не обсуждает такие вещи со своим мужем. Стив говорил мне о Джеке. Он очень удивлен и рад, что Джек так быстро освоился с ролью отца.

Эти слова вырвались у меня сами собой, и я тут же пожалел о своей бездумной болтовне, но, увидев, что Мэрилин улыбнулась, я вздохнул с облегчением.

— Я знаю, — сказала она. — Когда он звонит мне по телефону, то постоянно рассказывает о своей Каролине. Это так мило. — Она вздохнула. — Я сама жду не дождусь , когда стану матерью, и тогда тоже стану рассказывать ему о своем ребенке. Ты только подумай, если у меня будет мальчик, то, возможно, в один прекрасный день он и дочка Джека полюбят друг друга…

— Ты хочешь мальчика? Она мечтательно кивнула.

— Гм. На долю девочек выпадает столько ужасного, пока они вырастут… Да я и сама чувствую, что у меня будет мальчик… Я сказала Джеку, что он должен приехать сюда ко мне, да поскорей. Понимаешь, с моим телом происходят удивительные вещи…

— Артур доволен?

— Гм. Наверное, — резко ответила она, и я понял, что ей не хочется говорить о своей семейной жизни. — По-моему, это просто замечательно, что Джек такой хороший отец, ты согласен?

— Ну, вряд ли он меняет дочке пеленки или встает по ночам и держит ее на руках после кормления, пока она не отрыгнет воздух. Но в принципе, конечно, это прекрасно, что он любит возиться с дочкой, ведь они с Джеки так давно хотели иметь ребенка. Многие этого не любят.

— Уж я-то хорошо это знаю! — Она взяла печенье. — Значит, тебе понравился фильм “Некоторые любят погорячее”?

— Думаю, это твоя лучшая работа. Фильму обеспечен большой успех, — ответил я. — Об этом можешь не беспокоиться.

Она передернула плечами.

— Может, и так. Однако я лучше в могилу лягу, чем соглашусь еще раз сниматься у этого гада Билли. Ни за что.

— Какие у тебя планы?

— Сначала рожу ребенка. Потом буду сниматься в фильме, который ставит “Фокс”. Это картина про одного богача. Он влюбляется в актрису маленького театра. Пожилой мужчина, молоденькая девушка, в таком духе. Продюсером будет Джерри Уолд. Ставить фильм, как я слышала, будет Джордж Кьюкор. Так что через пару недель я опять отправляюсь в Калифорнию…

Меня встревожило то, что она как-то равнодушно говорила о будущей картине, а ведь, судя по всему, это будет очередная неуклюжая попытка киностудии “XX век — Фокс” подзаработать на своей самой популярной актрисе. Несмотря на усилия Милтона, Мэрилин так и не удалось стать полностью независимой от этой кинокомпании. Словно дочь, восставшая против своих родителей, она постоянно возвращалась домой, где ее ждало прощение.

— Ты же говорила, что твой следующий фильм будет по сценарию Артура, — заметил я.

— Он еще не закончен. Да и Гейбл пока не соглашается. И Джон Хьюстон тоже. И потом я все равно должна сняться еще в одном фильме киностудии “Фокс”. Это записано в том чертовом контракте, который Милтон составил для меня в пятьдесят пятом году. Бедняга Милтон. Лучше бы уж занимался своей фотографией.

Должно быть, она поняла по моему лицу, что я считаю эти нападки несправедливыми.

— О, я не виню Милтона, — быстро добавила она. — Мне его так не хватает, правда. Но каждый раз, когда я думаю об этом контракте, я готова свернуть ему шею.

На мой взгляд, бесчестно было сваливать на Милтона всю вину за последний контракт, который Мэрилин заключила с компанией “XX век — Фокс”. В течение многих лет, что Мэрилин работала на эту кинокомпанию, в ее контракт постоянно вносились какие-то поправки, изменения, дополнения, то он вообще полностью пересматривался — разобраться в нем было нелегко. Контракт управлял ее жизнью: в нем указывалось, в скольких картинах она должна сняться, каких режиссеров ей может предложить компания, и даже сколько времени она имеет право проводить на Восточном побережье. Адвокаты Мэрилин вносили многочисленные изменения в контракт, так что от первоначального текста почти ничего не осталось, но она по-прежнему была недовольна.