Чтение онлайн

В папин глазах проявился интерес. Он любил историю, но не стал развивать тему.

– Рад был с вами познакомиться, молодой человек. А теперь, если не возражаете, я бы хотел поговорить с моей дочерью. Наедине, - и он развернулся ко мне.

– Насчет Nikos, сэр...

– Не вмешивайся, Эндрис, -

попросила я, начиная раздражаться из-за его присутствия. Папа положил на мое плечо руку и повел в свой кабинет.

– Если кто-то беспокоит Рейн, мистер Купер, мы справимся с ним гораздо быстрее, чем вы.

– Неужто?
– папа развернулся и прорычал.
– Где были вы, когда Норны пытались забрать ее? Она попала в больницу и чуть не умерла из-за вас. Я не позволю вам дурить своей магией людей в моем городе. Я сам обеспечу защиту моей дочери.

Я сглотнула, сердце от страха забилось быстрее. Мне хотелось сказать им, чтобы они прекратили это, но Эндрис не знает значения слова «прекратить», а папа частенько перебарщивал своим инстинктом защитника, когда дело касалось меня.

– Папа, пожалуйста.

– Со всем должным уважением, мистер Купер, - тут же ответил Эндрис, - Вы понятия не имеете, с чем мы столкнулись. Норны спокойно могут сровнять этот город с землей, а Смертные назовут это необыкновенным явлением и будут изучать его следующие лет десять. У нас нет времени успокаивать нескольких недовольных людей...

Папа оборвал его, подняв руку. На двери зазвенел колокольчик, и в магазин, держа в руках два стаканчика кофе на подставке и коробку с пирожными, вошел Джаред.

– Уходи, - губами прошептала я Эндрису.

Он покачал головой. У меня возникло острое желание убить его после этого.

Папа забрал у Джареда кофе и пирожные, поблагодарил его и оглянулся на Эндриса.

– Можешь осмотреться здесь, Эндрис. Если что-нибудь заинтересует, я в кабинете. Джаред, это наш особый покупатель.

– Что значит особый покупатель?
– спросила я, следуя за папой в кабинет.

Он подождал, пока я закрою за собой дверь и сказал:

– Валькирия, но для Джареда это всего лишь человек, который заказывает зеркала в полный рост с необычными рисунками на раме.

Я села, сложив локти на столе, и грела руки о бумажный стаканчик, когда папа пристально изучал меня взглядом. Он отпил немного кофе.

– Он твой парень?

– Нееет. Он просто, эм, друг, - странно называть Эндриса своим другом, но, видимо, теперь это правда. Все, что он делал, после моей встречи с психологом, говорило, что это не он изуродовал мой шкафчик. Или я слишком доверчивая.
– Значит, мама тебе все рассказала?

Папа кивнул.

– И ты зол.

Он откинулся на спинку и покачал головой.

– Не на тебя.

– На маму?

– Разумеется, нет. Я знал, что ты будешь особенной еще до твоего рождения. Что однажды ты станешь такой, как твоя мама. Я думал, что у нас будет больше времени подготовиться, что ты хоть немного поживешь нормальной жизнью как...

– Смертная?

Он покачал головой.

– Нет, как обычный подросток. Мальчики, выпускной, аттестат, без рунной магии, порталов и мертвых душ.

От его подавленного вида у меня сжало сердце.

– Если ты не хочешь, чтобы я тренировалась до того, как окончу школу, то я могу подождать.

– Котенок, даже если бы тебе было двадцать или тридцать лет, у меня была бы та же проблема со всем этим бессмертием, но твоя мама сказала, что так будет лучше. Тебя хотят заполучить и Валькирии, и Норны, и, судя по всему, Валькирии здесь лучший вариант, - он поморщился, словно проглотил горькое лекарство.

Я вздохнула.

– Они тебе не нравятся?

– Те, что я встречал, отличаются от твоей мамы. Они напыщенные, высокомерные и ни во что не ставят людей.

Он только что описал Эндриса. Торин был другим.

– Ты всегда мне говорил не относиться к людям с предрассудками лишь из-за пары гнилых яблок.

Папа усмехнулся.

– Так и есть. Видимо, когда дело касается тебя, все правила перестают иметь значение, - он отставил свой кофе, наклонился и взял мои руки в свои. Его лицо стало серьезным.
– Ты, правда, этого хочешь, котенок? Стать Бессмертной? И вечность собирать души?

Когда я думала, что у меня есть Торин, мне было все равно. Но сейчас у меня его нет, и, наверное, не будет. Речь идет о защите от Норн. Как Смертная, я слишком уязвима. Они спокойно могут переломить мою шею, как щепку, и отправить прямиком к Хель, и я ничего не смогу изменить. Но как Бессмертная я могла дать им отпор.

– Рейн?

– Да, пап. Я хочу этого.

Он буравил меня взглядом.

– Пообещаешь мне одну вещь?

Я кивнула.

Он наклонился ближе.

– Если ты начнешь в чем-либо сомневаться, пообещай, что ты придешь ко мне. Хорошо?

– Хорошо, пап.

– Отлично, - он поднялся, обошел стол и обнял меня.
– А теперь иди домой и этого захвати, - он кивнул головой в сторону двери.

«Он начинает тебе нравиться», - хотелось мне сказать, но я не была уверена, что сейчас ему захочется слышать что-нибудь хорошее о Валькириях.

– Люблю тебя.

– Я тебя тоже, малышка.

Когда мы вышли из кабинета, Эндрис подписывал какие-то бумаги.

– Я договорюсь, чтобы их забрали завтра, - сказал он.

– Конечно, сэр, - сказал, улыбаясь, Джаред.

– Что ты купил?
– спросила я.

Ухмыляясь, он указал на огромное зеркало.

– Парочку таких. У нас есть одно, но лучше иметь несколько.

Папа никак не прокомментировал покупку Эндриса и только помахал нам, когда мы выходили из магазина. Мелкий дождь прекратился.