Бессонница
Шрифт:
– И даже меня, – закивал Винсент, занимая одно из кресел.
Едва заметная насмешка в его тоне, судя по всему, от Даны ускользнула – она села в кресло рядом с ним. Я же облюбовал низкий табурет – один из пяти, стоявших вокруг небольшого журнального столика с аккуратной стопкой свежих газет и вазой из цветного стекла.– Кто это – они? – полюбопытствовал я, изучая кабинет.
– Феи, – ответил Винсент. – Они очень тонко чувствуют почти всех темных существ. Да и не только темных. И, как ты заметил, отлично этим пользуются. Каких-то сто-двести лет назад их жизнь была проще – они могли найти себе богатого покровителя, к примеру, вампира или эльфа, и жить с ним, не зная бед. Но теперь им приходится работать. Они отлично сходятся с людьми, умеют выйти из любой конфликтной ситуации, и поэтому большинство из них трудятся в сфере обслуживания. Ну, а те, кто хочет зарабатывать больше, становятся хозяйками элитных борделей – таких, как этот. В отличие от вакханок, они обладают твердыми моральными принципами и менее эмоциональны – их невозможно вывести из себя. Кроме того, они отлично считают деньги – у них звериное чутье на все, что касается прибыли. О законах мира людей им думать не нужно, они находятся под нашей защитой, так что теперь феи процветают.
– Верно, все верно, – похвалила появившаяся в дверях кабинета госпожа Эвелина. – А еще в детстве вам рассказывали сказки о том, что с феями лучше не дружить, потому что они могут увести вас с собой.
Дана взяла одну из газет и начала листать ее, бегло просматривая заголовки.– Мне говорили, что феи раньше пили кровь, и что они крадут детей карателей для того, чтобы потом их выпить на пиру в честь полнолуния.
Госпожа Эвелина нахмурилась.– Мы уже давно не пьем кровь.
– Перестали всего-то тысячу лет назад, как раз тогда, когда начали конфликтовать из-за этого с вампирами.
– Какая глупость, дорогая! Мы не пьем кровь уже больше трех тысяч лет!
Дана усмехнулась, не отрываясь от своего занятия.– Если учесть, что тысячу лет мы с Винсентом лично подписывали этот указ и заверяли его своими печатями, то кто-то из нас не просто обманывает, а нагло лжет. Уверена, что вы и теперь попиваете кровь. Посмотрите, какой у вас цвет лица! Люди вашей профессии живут, в основном, ночью. А для того, чтобы хорошо выглядеть, ночной сон незаменим. Если вы не можете себе такого позволить, то остается не совсем законный допинг. – Она подняла глаза на госпожу Эвелину, которую ее слова, похоже, вывели из состояния равновесия. – Ну, не все так плохо. Пить кровь – это не такая уж дурная привычка. Иногда нужно просто отпуститьвожжи и отдаться зову предков. Вы ведь не думаете, что мы больше не убиваем своих жертв?
Госпожа Эвелина хотела было ответить собеседнице, но вовремя поняла, что с ее стороны это будет неверным шагом в психологической борьбе, а поэтому пересилила себя, улыбнулась и заняла кресло за своим письменным столом.– Когда-нибудь Великая Тьма рассудит нас, – сказала она. – Так что же привело вас ко мне, друзья?
– Вероятно, вы знаете или знали мать этого молодого человека. – Винсент кивнул на меня. – Ее звали Франсин, и она…
– Франсин? – вежливо перебила госпожа Эвелина. – Разумеется, я знала Франсин, она работала у меня больше пяти лет. Бедная девочка… даже не знаю, что с ней случилось. Она просто взяла и уехала… ничего никому не сказала. Обычно эльфы не склонны к необдуманным поступкам.
Услышав последнюю фразу, я чуть не подскочил на месте от неожиданности.– Какие эльфы?!
– Темныеэльфы. – Госпожа Эвелина мечтательно подняла глаза к потолку. – Самые чудесные создания, коих мне только доводилось встречать…
– Подождите, подождите, – вмешался Винсент. – С каких это пор Незнакомцы начали охотиться на темных существ?
Госпожа Эвелина пожала плечами.– Чего не знаю – того не знаю, мой друг. Это уже по вашей части. Я предпочитаю держаться подальше от Незнакомцев – чего желаю всем остальным. – Она посмотрела на меня. – Ты так похож на нее, мальчик. У тебя ее глаза. Это так забавно – дети от смешанных браков всегда получают глаза темного существа. Интересно, какие глаза будут у твоих детей?
– Если у него когда-нибудь вообщебудут дети. – Дана отложила газету и поднялась. – Пойдем-ка, Винсент. Нам нужно поговорить. – Она кивнула мне. – Тебе тоже будет интересно послушать.
Мы вышли на свежий воздух и расположились на ступенях черного входа в клуб. Точнее, расположился я – Винсент и Дана остались стоять. Последняя прислонилась к стене и поправила на плечах легкий жакет.– Что-то подсказывает мне, что сейчас я услышу оченьнеприятные новости, – сказал Винсент.
– Я не могла и подумать, что вляпаюсь в такую историю. Если бы меня изначально посвятили во все подробности, то я вряд ли согласилась бы тебе помогать.
– Не тяни, – попросил я. – А то я уже чувствую, как у меня отрастают эльфийские уши.
Ответом мне был насмешливый взгляд.– У темных эльфов нет эльфийских ушей, дурень, – тут же пояснила себя Дана. – Они имеют практически неограниченные возможности перевоплощения. Могут превратиться в кого угодно, даже в камень или дерево. Стать обычным человеком для них не составит труда. Свой темный облик они используют только в исключительных случаях.
– Уговорила, – вздохнул я.
– Вот тебе сказочка, смертный мальчик, – сказала Дана, присаживаясь рядом со мной. – Жила на свете девочка Дана, и была она карателем. И вот однажды – чуть больше ста лет назад – послали девочку Дану поймать Незнакомца, которого звали Пифон, старого и очень сильного Незнакомца. Если бы Дана знала, что это за Незнакомец, то уже до этой поездки подготовила бы себе место на кладбище, но, увы, она этого не знала. Наша дорогая подруга, наша соратница, наша сестра, прекрасная Веста кормила его своей кровью больше двухсот лет. Если этот Незнакомец был почти таким же сильным, как я, то кровь Весты сделала его намного сильнее. Что бы делала Дана, если бы ей не помог Винсент? Сейчас ты бы не разговаривал с Даной, мальчик. Расскажи, что было дальше.
Я заинтересованно переводил взгляд с одного на другого.– Девочка Дана получила свободу. А Весту… развоплотили. – Это слово далось Винсенту нелегко: не нужно было приглядываться для того, чтобы это понять. Он опустил голову и принялся созерцать носки своих туфель. – Это было большой утратой для всех нас, но такие ошибки карателям не прощают.
Дана привстала и взяла его за руку.– Мы все любили Весту, никто не мог и подумать о том, что она путается с Незнакомцами. Она была моей хорошей подругой, моей сестрой, наконец. Но любовь, как известно, делает нас слабее… кто бы мог подумать, что Веста не только будет кормить кровью Незнакомца, но и решит завести от него ребенка?
Винсент вырвал руку.– Что ты несешь, какого ребенка?!
Дана обиженно посмотрела на него.– Вот как ты со мной разговариваешь? Да-да. Ты не ослышался. У них был ребенок. Девочка. Ее назвали Аннет. По примерным подсчетам, сейчас ей около двухсот лет, она живет в Треверберге, и ее зовут Анна. – Она повернулась ко мне. – Начинаешь понимать, мальчик?
Винсент отошел на пару шагов.