Чтение онлайн

— Ты не слушаешь меня, Хольц. Забудь о Горошке. Я его обучу. Он будет хорошим стрелком. Давай поговорим о тебе. Как насчет того, чтобы командовать танком?

— А о чем тут говорить? Покажи мне человека в нашем полку, который не хотел бы командовать своей «коробочкой»!

Что-то в голосе Хольца насторожило сержанта.

— Кончай, Питер. Некоторым людям больше нравится исполнять приказы, а не отдавать их подчиненным. Иногда мне и самому хотелось бы…

— О каком танке идет речь? — спросил Хольц. — И почему теперь?

— Танк Раймеса «Старая костедробилка». Хорошая и прочная машина. Отличные служебные записи. Раймес заболел от последствий «взвеси». Серьезно заболел. Ван Дрой сказал, что замена будет постоянной. Он обещал, что, если ты справишься с обязанностями, тебе дадут сержантское звание.

Хольц пригнулся, поднял с земли палочку лхо и сдул с нее красную пыль. Затем сунул ее в рот.

— Раймес, — проворчал он. — Проклятье! Я лучше заменил бы кого-нибудь другого. Его экипажу это не понравится. Вряд ли они окажут мне теплый прием.

— У них там одни новички. «Свежее мясо». Они недолго служили с Раймесом. Ты справишься. Им нужен командир с большим боевым опытом. Человек, который проведет их через будущие сражения. Если не ты, то кто с этим справится?

Хольц промолчал. Он был поглощен своими мыслями.

— Короче, твой новый экипаж располагается в казарме А, — продолжил Вульфе. — Тебе не придется далеко нести свои вещи. Завтра на базу прибывает генерал де Виерс. У тебя осталось мало времени, чтобы познакомиться с парнями. Вероятно, завтра мы уже отправимся в поход, поэтому тебе лучше поговорить с ними прямо сейчас.

Хольц кивнул, не в силах справиться с нервами. Одна сторона его лица, похожая на раздавленного грокса, оставалась неподвижной, но Вульфе, наловчившийся в чтении другой половины, знал, что чувствует Хольц.

— Просто никогда не забывай, что опыта у тебя больше, чем у них, — сказал он стрелку. — Ты командир. Из-за решений командира молодые танкисты либо продолжают жить, либо умирают в первом же бою.

— Я в курсе. Никакого давления. Только шутки и советы. Я ценю твое доверие, сардж. Если ты уже закончил, я пойду в моторный парк. Попрощаюсь с «Последними молитвами» и представлюсь новой «девочке».

— Хороший план, — похлопал друга по плечу Вульфе.

Он вернул Питеру салют и пожелал ему всей удачи в галактике. Хольц быстро зашагал в направлении моторного парка. Командовать людьми всегда было нелегко, но с новичками дело осложнялось вдвое. Приходилось заботиться и о жизни членов экипажа, и о сохранности боевой машины. Такая ноша тяжелым грузом давила на плечи. Иногда Вульфе завидовал своим подчиненным. Он помнил свободу, которую солдаты получали на нижней ступени карьерной лестницы, где кто-то принимал за тебя все решения. Отличное место при хороших командирах. Примерно так же Вульфе доверял теперь ван Дрою, а тот, в свою очередь, полковнику Виннеманну. Однако цепочка команд шла гораздо выше. Генерал-майор Берген имел хорошую репутацию, но насколько она была оправдана? Трудно судить о подобных вещах. Офицеры генштаба оставались слишком далекими от простых солдат.

Тем не менее Вульфе знал, что Питер Хольц столкнется с большими трудностями. По крайней мере, в первые несколько дней. Он либо выплывет, либо утонет. Тут все было просто.

Сержант направился обратно к хохотавшим у клеток солдатам. Толпа теперь заметно поредела. Многие бойцы уже разошлись по казармам. Ему почти не потребовалось усилий, чтобы пробраться в первые ряды, где он нашел Миркоса и Сиглера. Те дружески обсуждали существ, сидевших перед ними в клетках. Свирепость пойманных орков впечатляла, учитывая их жалкое состояние. Ксеносов не только посадили в стальные клетки, но и укоротили их ноги до взлохмаченных обрубков. Они рычали и плевались в мелких и слабых людей, стоявших перед прутьями. Горошек в пылу насмешек сделал шаг вперед. Вульфе тут же схватил его за воротник и притянул к себе.

— Не так близко, парень. Это очень опасно.

Новый стрелок выглядел разочарованным и даже немного рассерженным. Но он молча отступил назад, встав в линию с остальными. Сержант с отвращением осмотрел зеленокожих. Первый орк был немного крупнее второго. Оба существа выглядели так же отвратительно, как те их сородичи, которых Оскару когда-то впервые довелось увидеть. Их кошмарные черты с тех пор запечатлелись в его памяти. Тонкие носы, глубоко посаженные глаза и широкие челюсти с острыми как бритва клыками. Твердые темно-коричневые шкуры были покрыты красной пылью и многочисленными трещинами. На массивных плечах виднелись пятна шелушившейся кожи. Тела казались такими же высохшими, как пустыня. «Значит, Голгофа не щадит и этих тварей тоже», — подумал Вульфе. Странно, но он не увидел на них чертовых клещей. Интересно, почему паразиты не трогают орков?

Его первый выход на поле сражения состоялся при операции на Фаэгосе-II, куда вторглись орды ксеносов с Мутных Звезд. После той битвы прошло двадцать лет. Менялись звездные сегменты, названия миров, а он по-прежнему сражался с тем же врагом, теряя друзей при каждой схватке. Иногда казалось, что все усилия человечества, вся пролитая кровь и выигранные битвы ничего не стоят. Разве они получили какое-то преимущество? Разве их достижения изменили расклад галактических сил?

Опасные мысли, предупредил себя Вульфе. Если каждый гвардеец усомнится в необходимости своих действий, Империум развалится и погибнет. Конечно, он влиял на расклад. Он склонял весы галактической истории. В течение своей жизни Вульфе убил тысячи врагов человечества. Если каждый гвардеец уничтожит столько же орков, зеленая волна однажды обернется вспять. Ему хотелось верить в это. Он действительно верил! И это была его борьба. Интересно, сколько людских потерь приходилось на одну победу, отмеченную в книгах по истории?

Рассматривая одного из двух орков, он встретил взгляд существа и не отвел глаза в сторону. Чудовище сочло это вызовом. Орк с ревом начал биться о прутья клетки. Он хрипел, шипел и выл на какой-то тарабарщине, которая, по мнению сержанта, была его языком. Ходили слухи, что комиссар Яррик мог понимать их звериную белиберду. Однако Вульфе ни разу не встречал людей, способных общаться с орками. Вряд ли кто-то научился бы воспроизводить такие противные и ужасные звуки. Нечто подобное могли бы издавать лесные хищники, терзая свежий труп. Но в орочьей речи угадывался грубый синтаксис. Вульфе не сомневался, что слышит разумный язык.

Из-за яростных движений раны темнокожего орка снова открылись и начали кровоточить — впрочем, очень медленно. Сочившаяся кровь казалась вязкой и густой. То есть она быстро сворачивалась. Вульфе понял, что это было вызвано малым количеством доступной воды. Такой механизм выживания сохранял баланс жидкостей в организме. Однако пустынная жизнь наделила зеленокожих и другими эволюционными дарами. Орки, сидевшие в клетках, сильно отличались от тех чудовищ, которых он видел раньше. Они выглядели тонкими и жилистыми по стандартам ксеносов, хотя по-прежнему превосходили людей в размерах и силе. Вульфе счел их более опасными и быстрыми.