Чтение онлайн

– О боже. Это ваше замечание о «женских желаниях» просто вернуло меня в те времена, когда я работала в клубе, где мы с Эндрю познакомились… – она посмотрела назад через плечо, – вы не видели его здесь, да?

– Боюсь, что нет, – может быть, надо намекнуть ей, что он свободен, если Райан дал ей от ворот поворот? Она могла оказаться полезной. – Если он не появится, я героически предложу вам свою руку, мадам, и провожу вас отсюда до луны и обратно.

– Отсюда до луны особенно далековато, – ответила Диана. Но, судя по всему, ей было приятно.

– Я теперь надеюсь, что он не появится.

Она вновь взглянула на двери и раздавила свою сигарету, когда занавес начал подниматься.

– Представление начинается, – вздохнула она.

Требовалось некоторое время, чтобы узнать Коэна в его странном образе, с еще одним лицом-маской, приделанным к затылку. На нем был зеленый, плотно прилегающий к телу костюм, абсурдные усы и борода, а за спиной – маленький лук и стрелы. Он скакал по сцене под музыку мандолины на фоне декораций с нарисованным лесом. При этом пел о том, как ему:

…Чудесно в Гринвудском лесу

С веселыми парнями,

С веселыми парнями,

Счастливыми парнями,

Но сука леди Мэриан

Пришла разрушить рай нам,

И, ох, как парадиз наш пал!

Его «счастливые парни» больше напоминали почти полностью обнаженных греческих борцов, они вышли из леса и стали танцевать, размахивать стрелами и петь с ним хором.

«Черт подери», – подумал Фонтейн.

На сцену вышел король Англии в мантии, украшенной львиной шкурой, с золотой короной и рыжей бородой, которая небрежно болталась прямо под подбородком. Он доставил Коэна в свой замок и назначил его новым шерифом Ноттингема, после чего «Робин Гуд» потратил немного времени, убивая этого самого короля. Он весело колол его в такт с песней. Теперь Коэн надел маску, которая была у него на затылке все это время (она напоминала лицо короля), оттащил тело прочь и сам занял трон.

Одноактный мюзикл милостиво закончился под жидкие аплодисменты, хотя доктор Штайнман хлопал стоя, с восторгом, и кричал:

– Браво! Брависсимо!

Фонтейн помог Диане накинуть на плечи ее пелерину. Может быть, ему удастся сводить ее в бар. После нескольких рюмок, она вполне может вспомнить повадки сигаретной девушки.

Но, к сожалению, Райан появился в проходе, он шел и кивал окружающим, то и дело пожимал руки. Он махнул Диане:

– Прости, дорогая. Я опоздал…

Вот и все. Но этот вечер не был потрачен впустую. Конечно, пришлось смотреть на то, как Коэн мечется по сцене, но эта пьеса подкинула Фонтейну идею.

По пути из театра он остановился, чтобы посмотреть на один из ранних плакатов пропаганды Райана.

«Восторг – надежда мира», – декламировала надпись над изображением Эндрю Райана, который держал мир на своих плечах. Атлант. Атлас. Эндрю Райан Атлант?

Убедившись, что никто не видит, Фрэнк Фонтейн сорвал плакат со стены.

Сидя на диване возле большого смотрового окна, Билл раздумывал, была ли запись своих «мыслей и впечатлений от жизни в Восторге» правильным решением. Он пытался делать это какое-то время, но выходило очень неестественно. Райан призывал всех записывать свои проблемы и планы для какой-то общей исторической ретроспективы, и это становилось чем-то вроде общей причуды. Но Билл уже начинал подумывать о том, что, в конечном итоге, все эти записи могут быть использованы против своих авторов…

Диктофон лежал на журнальном столике рядом с кружкой зеленого пива. Ни то, ни другое не казалось привлекательным. МакДонаг посмотрел на часы на стене. Семь. Скоро Элейн вернется из «Аркадии» с дочкой. Если он хочет это сделать, то лучше начать прямо сейчас. Билл потянулся было к записывающему устройству, но рука как-то сама собой взялась за кружку.

Он вздохнул, поставил пиво обратно на стол, нажал на кнопку записи диктофона и заговорил:

– Восторг меняется, но Райан не может разглядеть волков в лесу. Фонтейн… он просто мошенник и грамотный вор при деньгах, но у него АДАМ, и это делает его главным. Он вкладывает деньги во все более мощные и лучшие плазмиды, да еще и в эти «Дома Фонтейна для бедных». Хотя, как по мне, это «Центры вербовки Фонтейна»! У него скоро будет своя армия сплайсеров, а у нас целая куча проблем.

Билл остановил запись. Ему было о чем сказать еще, но он не хотел, чтобы его сомнения по поводу Восторга оказались запечатлены на пленке.

Телефон на журнальном столике зазвонил. Он взял трубку:

– Это Билл.

– МакДонаг? Это Салливан, У нас еще три убийства в Верхнем Атриуме… Совет устраивает экстренную встречу...

Эндрю Райан не был уверен, что ему очень хочется проводить это специальное заседание Совета Восторга. Но он успокоил себя мыслью, что придет Салливан и МакДонаг. Он все еще чувствовал, что этим двоим можно доверять.

В этот раз пришли только шестеро. Они собрались за овальным столом в небольшой богато украшенной золотом комнате, которая находилась на верхнем этаже самого высокого «небоскреба» Восторга. Анна, Билл, Салливан, Антон Кинкайд, Райан, Риццо.

Райану не хватало здесь Рубена Гриви, а вот без Анны Калпеппер он бы вполне обошелся. Она любила лезть в любой разговор, не имея при этом никаких дельных мыслей. Ему не следовало допускать ее в Совет.

Райан двигал по столу кружку с кофе, так и не отпив из нее. Он как никогда остро чувствовал свой возраст. Его роль наставника и руководителя Восторга становилась все тяжелее – он почти физически ощущал, как эта ноша давит на его спину, заставляя кости трещать. И некоторые люди из Совета делали все только хуже – вечно окружали его своими слабыми, мелкими идеями. А тем временем проблемы Восторга становились проблемами Эндрю Райана: преступность, диверсанты, бездумное использование плазмидов, постоянный проблемы с техобслуживанием… чтобы справиться со всем этим, нужен был действительно проницательный взгляд на вещи. Он все отчетливее и отчетливее понимал это. Человек должен быть готов принимать большие решения для избавления от больших проблем.