Шрифт:
– Эй, Летун, солнце уже над горами! Вставай!
Летун открыл глаза, приподнял голову, осмотрелся – он был один в шатре. Упруго потянувшись и зевнув в голос, он высунул голову наружу. Непомнящий уже снаряжал своего коня. Летун нацепил амуницию и поспешил на луг, где паслась его лошадь.
Едва солнце оторвалось от вершин горной гряды, воины тронулись в путь. Ехать предстояло весь день, ночь и еще один день.
В стороне от тропы, растопырив крылья, чтобы не дать соседу места, расклевывали палую лошадь стервятники. Сидевший на валуне громадный ворон что-то гаркнул вслед воинам.
– Ты чего – Летун?
– Так прозвали.
– В честь чего?
– Летать хотел.
– Зачем?
Летун пожал плечами.
– Я и сейчас хочу. Как они.
В высоченном синем небе описывала круги пара орлов.
– Вот как думаешь, как они летают? Их что, – кто-то сверху на веревках держит? Или на конском волосе?
– Болтун ты, а не Летун, – обронил Непомнящий.
– В разговоре время быстрей летит. Если б человеку не дано было говорить, он бы ржал, как лошадь.
Непомнящий криво усмехнулся:
– Вдовушек много обрадовал, пока до стойбища добирались?..
– А они сами.
– Болтунов родится по тем селам!..
Тут Летун подумал, что его из Летуна могут перекрестить в Болтуна.
– Драконы едят золото?
Непомнящий кивнул.
– И мы крошим золотой корень. Значит и мы – драконы.
Непомнящий молчал. Спустя какое-то время он сказал, что Летун ему кое-кого напоминает. Сновидца.
– Ты видел его в горах?
– Нету его в горах.
– Ему снилась женщина, от которой исходил свет. Она с ним разговаривала. Старики смеялись. Так его и прозвали – Сновидец. Он сердился, ему не нравилось.. А меня – Летун. А где ж он сейчас?
Непомнящий пожал плечами.
– В табуне был скакун. Мой старик говорил, что если поставить такого коня под седло, он умрет. А Сновидец как-то сказал, что в табуне не воля, а кормежка для слепней. А конь ржал из табуна. А Сновидец свистел, и смеялся. А потом мы увидели, как Сновидец едет на нем, и тот слушает узду. Я тогда совсем еще мелким был.
– Шесть лет он был в горах. Потом пропал.
Глаза Непомнящего затуманила насмешка.
– Я тренировался на волках и рысях, – биться и не смотреть им в глаза.
– Заглянешь.
– И что?
– Болтать меньше будешь.
После полудня на каменистой безлюдной тропе им повстречалась повозка и четверо всадников. Всадники были вооружены. Но это были не воины, это были обычные люди.
Когда Летун и непомнящий миновали их, полог на повозке отдернули. Летун увидел, что это была совсем юная девушка, почти ребенок, с огромными серыми глазами.
Охранявшие повозку всадники ошалело топтались на месте, не спуская глаз с двух великанов.
Конь Непомнящего вдруг стал прядать ушами, а кобыла Летуна встала на месте и, кося глазами, всхрапнула. Непомнящий задрал голову.
В вышине парил странный орел – с крыльями летучей мыши и длинным, словно наконечник копья, туловищем. Непомнящий выхватил рог и извлек нежный, тонкий, печальный звук. Из повозки теперь уже выглядывали две девушки. Они испуганно смотрели то на воинов, то на дракона в небе. Охранявшие их всадники не могли успокоить взбесившихся лошадей.
– Далеко ли до человеческих поселений?! – тонким голосом прокричала одна из девиц.
– Убирайтесь отсюда! –гаркнул Непомнящий.
Воины пришпорили лошадей, но те понеслись так, что их пришлось сдерживать. Непомнящий то и дело прикладывался к рогу, издавая печальные сигналы.
Звук рога на драконов действовал по-разному. Большинство каменных – тупых и неповоротливых, – замирали, и тогда их легче было убить. Крылатые же камнем падали с неба, и ярости их не было предела.
Летун, боясь пропустить начало атаки, поглядывал назад. Непомнящий скакал не оглядываясь. Он старался как можно дальше увести дракона от людей.
– Туда! – крикнул он, указав рукой на огромный камень в стороне от тропы.
Как только они достигли камня, позади раздался свист, быстро перешедший в оглушительный рев. Лошади летели над землей, высекая искры, гравий из-под их ног разлетался, словно брызги воды. Всадники кое-как успели покинуть седла взбесившихся лошадей. Спрятавшись за камнем, Непомнящий стал укладывать в пращу глиняный сосуд со смесью смолы, серы и драконьей жабы. Летун заряжал в булатный арбалет короткую стрелу, завернутую в кусок дубленой кожи. Приладив ее, он осторожно снял кожу с пропитанного ядом наконечника.
Содрогнулась земля, померкло солнце, рев дракона расколол головы, – камень накрыла гигантская тень. От удара драконьих крыльев поднялась туча пыли, полетели камни.
Летун прижался спиной к горячему граниту, и сразу опрокинулся наземь – каменная глыба сдвинулась с места.
– Беги налево! – услышал Летун крик Непомнящего.
Дракон видел, как два врага нырнули под камень. Он опустился на валун, обхватил его лапами, поднялся, и выронил. И как только заметил, как из тучи пыли выбежал один из воинов, метнул в него первый, самый сильный клуб огня. Горячей волной Летуна оторвало от земли и метнуло куда-то вместе в булыжниками и мелким щебнем. Пеплом ему забило глотку, он почти ослеп. Дракон было изготовился исторгнуть второй клуб, но резкий укол в глаз помешал ему.