Ближнее море
Шрифт:
Кто печет блины
…А ведь я вспомнила эту пожилую даму с пивной банкой! Правда, в нашу первую встречу она была в ватнике и не благоухала дорогой парфюмерией, не цокала каблучками и не помахивала дизайнерской сумочкой. Наоборот, она с мрачным видом бродила по газонам вдоль девятиэтажного дома на Гражданском проспекте, тыча в землю лыжной палкой. Бумажки собирала, фантики всякие, сорванные рекламные объявления, и вдруг…
– Ой! – сказала старушка, подняла свою палку с нанизанными на нее, точно входные билеты в какой-нибудь допотопный кинотеатр, бумажками и, немного потрудившись, сняла грязный, пробитый посередине доллар. – Петровна, погляди-ка, чего ето? Никак валюта?
На зов к счастливице немедленно двинулись горбатая подельница с сизым носом и одутловатым лицом испытанной пьянчуги и молодой обкурок, меланхолично тыкающий своей палкой под окнами дома.
– А куда ж его теперь? Один-то, наверное, не поменяют? Побрезгуют, – заволновалась старушка, демонстрируя поживу.
– А ты поблизости поищи, деньги, они компанию любят. Небось рядом еще насыпано.
Все трое уставились в землю, словно под чахлой прошлогодней травой могли притаиться сокровища.
И тут точно из-под земли перед компанией возник милиционер.
– Ну, что у вас там? Доллар, – он заграбастал грязную бумажку, бережно разгладив ее на ладони.
– Ну ты у бабки взял, не побрезговал, – вступилась за подругу пьяница.
– Действительно, дядя, ты бы отдал деньги бабульке. Не от хорошей жизни она здесь.
Милиционер подул на доллар, затем аккуратно свернул и уже хотел положить себе в карман, как вдруг…
– Ой! – сказала бабка, взмахнув руками, и с силой вбила заточенное острие палки в ногу обидчика.
– Ааа… – завыл от боли блюститель порядка, теряя добычу.
Подхватив доллар, троица заковыляла во двор, то и дело оглядываясь на злобно матерившегося им вслед милиционера.
Молодцы!
Есть такое выражение: «богатство к богатству», а может, они правы и деньги действительно любят компанию. Хочется верить, что мент в тот день не поймал бабку и она, вернувшись на место преступления (говорят же, что преступников неизменно тянет на место преступления), нашла там целый сундук денег. Но это уже домыслы…
Может, конечно, это и не та бабка, а просто похожая. Но только если бы та, гламурная, никогда не жила в нищете, откуда тогда столь профессионально отточенное движение? Это ведь не каждый сможет – с одного удара из пивной банки блинчик сделать!
Парк Юрского периода
– Не могу я есть этих шоколадных зайчиков, мишек, лисичек! – беспомощно отталкиваю от себя вазочку со сладостями. – Сто раз говорила, с души воротит!
– Ладно, – мама пожимает плечами. – Диньке без разницы – хоть Снегурочку, хоть шоколадного Путина. Все схомячит.
По глазам вижу – не обиделась ни капли. Ну и ладно. Еще не хватало из-за ерунды поругаться.
На следующий день сажусь обедать и вижу – на тарелочке с голубой каемочкой целый рассадник монстров обосновался. Шоколадные уродцы с клыками, когтями, рогами. Парк Юрского периода! Динозавры, птеродактили, звери невиданные. Уничтожай – не хочу!
А ведь и вправду таких гадов кусать вовсе не жалко, только страшно уж очень. Придется отдать тем, у кого нервы покрепче.
Правило левой руки
– А вы тигра гладили? Какой он на ощупь? – спрашиваю я Бориса Федоровича Сергеева. В свете начала сбора текстов на «кошачий» сборник «Котэрра» вопрос отнюдь не праздный.
– Жесткая шерстка, жестче, чем у кошки. Впрочем, я больше общался с кошками килограммов эдак за сто, – улыбается Борис Федорович. Еще бы, с детства в кружке юных зоологов при Ленинградском зоопарке. С довоенного детства, разумеется.
Это сейчас детишкам в кружках юных натуралистов доверяют общаться с хомячками или, в лучшем случае, с кроликами. А тогда… В общем, Сергееву были поручены хищники!
– Как же вас, детей, подпускали к клеткам? Вас учили, как следует обращаться с животными? Что можно, а чего нельзя?
– А как же?! Первое правило кружковца – к животному протягивать только левую руку.
«Левую руку? Почему? – засуетились в голове мысли. – Правая рука у большинства людей основная. Животные считают правую руку более агрессивной, чем левая? Но левую руку в случае опасности отдернешь медленнее, нежели правую. Да и умеют ли они различать право-лево?»
Ничего не поняла.
– Почему левую? – вопросительно смотрю на Бориса Федоровича.
– А правую жальче, если откусят, – удивляется моей непонятливости собеседник.
Не поспоришь
Дедушка приходил, бывало, снимал носки и просил бабушку заштопать дырку.
– Хорошо, я ее заштопаю, только ты сначала их постирай, – миролюбиво отвечает бабушка.
– Не надо стирать, просто заштопай.
– Заштопаю, только сначала постирай.
– Да они же чистые! Всего день носил. Просто зашей дырку, это что, сложно?
– Нет, но сначала я все же постираю.
– Ну стирай, – вздыхает дед. – С тобой не поспоришь.
Бабушка победно выносит в ванную носки.
Про рукоделье
Моя бабушка работала художником по тканям. Впрочем, чего она только не умела делать – настоящая мастерица, да и все в ее семье с руками. Тончайшие кружева, матерчатые пуговицы, какие-то замысловатые фалды, цветы из лент. И, конечно же, вафельки… у меня так в жизни не получится, сколько ни учи.