Чтение онлайн

Из таких походов никогда и никто не возвращается.

Ходят слухи, что в награду всем ушедшим к Императору дается лучшее перерождение, или что участники принимаются в ряды личных слуг Бога-Императора, или… Впрочем, это остается лишь сплетнями, а желающих пройти все возможные испытания и опасности заповедной зоны найти всегда трудно.

Все в зале застыло. Лицо на экране еще более нахмурило брови, огромные глаза с красными прожилками обозрели зал, гостей — сначала внимательно Лену, потом и Сергея. Странно было так близко видеть лицо императора — крупные поры, намечающиеся мешки под глазами…

Мираб Мамедов, не отрываясь, смотрел на гостей, даже не оглядываясь, очевидно, хорошо зная все, что должно происходить сейчас за его спиной. Но и он пораженно вздрогнул, услышав голос… Этого, видимо, не ожидал даже он.

Император произнес звучным, проникновенным голосом отца и защитника:

— Я рад, что ты задержался в этом мире и что твое десятилетие на Уране кануло. Рад, что жребий достался тебе, хоть скучать теперь не придется, а это главное.

У Мираба Мамедова глаза готовы были вылезти из орбит, ибо на его памяти еще никогда Бог-Император в видеоаудиенциях не обращался ни к кому лично.

Хорошо видя, как вместе с глазками мечутся по гладкой физиономии Вселенского мага тревожные мыслишки — не упустить ли чего? не отстать? — Сергей наливался злобой. Вновь вспомнив Николая Орлова, погибшего, может быть, и из-за этого Мираба, он стал подниматься к каменному трону.

Следящие за Мирабовыми эмоциями рыцари-телохранители дрогнули, но хозяин, будучи погруженным в свои расчеты, не отдал никакой команды. Великаны, не получив никакого сигнала, замерли, молча глядя, как Сергей подходит к хозяину и сокрушительным ударом вышибает его из седла.

— Это тебе аванс, жаба!

Мираб Мамедов лежит без сознания, его охранники, переглядываясь в нерешительности, по-прежнему остаются на своих местах. Над распростершимся хозяином жизни стоял довольный Сергей, а мертвую потрескивающую от сгорающей копоти тишину взорвали бешеные рукоплескания Лены.

А над ними вместо только что исчезнувшего экрана застыл строгий настенный барельеф Отца и Создателя Вселенной, Бога-Императора.

Гнусный гном, поминутно гримасничая, проводил их с Леной из Зала Приемов.

— Чудо из чудес! Сам Император снизошел… — как заведенный твердил карлик.

— Как ты думаешь, это трюк или… на самом деле? — спросила Лена у Сергея. — Что это было? Не понимаю… Хотя я не помню, чтобы хоть кто-то рассказывал, что сам Император… Подумай, САМ!!!

— Чудо! Чудо! Император соизволил обратить свой взор на сына человеческого… — гнусавил гном, могучими плечами раздвигая толпу праздных зевак. Бубенчики на ногах гнома громко звенели.

Они прошли по настилу над рвом, заполненным тяжелой блестящей водой, в которой плавало что-то очень натуральное, но что именно, Сергей не разглядел. Когда кованые острия подъемных решетчатых ворот, освещенные двумя факелами, остались позади, Сергей с Леной очутились в полумраке прохладной галереи, где людей было уже меньше.

Со второго этажа им хорошо была видна царящая внизу ярмарочная толчея. Прямо под ними бродячие артисты раздвинули ширмы фургончика и давали представление кукольного спектакля. Не задерживаясь, гном повел их дальше. Со страшным скрипом открылись огромные, окованные медью двери. Каменный зал, в который они вели, освещался, как все здесь, факелами, но в нем царила полутемень.

По всему периметру зала были расставлены столы, за которыми уже началась трапеза. Гном (или шут?), визгливо смеясь, тянул их прямо к возглавляющей пиршество знати.

В огромном камине, мимо которого они прошли, аппетитно запекались куски мяса, целые поросята. Красноватый отблеск огня скакал по стенам. Кости хрустели на зубах огромных лохматых собак, устроившихся под столами. Одна, вспрыгнув на стол, рылась мордой в блюде. Жующий рядом воин в рогатом шлеме вырвал из рычащей пасти кусок мяса, в ответ на злобный лязг челюстей гневно ударил кулаком в мохнатый боки скинул пса на пол. Туда же полетело и мясо, а гнев воина мгновенно сменился на милость.

Вокруг знати суетилась молчаливая придворная прислуга, разнося многочисленные блюда.

Возглавляющий стол молодой князь сидел на резном деревянном кресле, на котором легко могли бы поместиться трое таких, как он. Не вытирая жирных губ и пальцев, с которых стекал мясной сок, князь схватил золотую чашу и крупными глотками стал пить.

На появившихся гостей никто не обращал внимания. Князь, выпив чашу, швырнул ее на пол. Звеня, кубок покатился прямо им под ноги, но кинувшийся слуга подхватил его. Князь вдруг уставился на Сергея, потом внимательно пригляделся к Лене. Не отрывая от незнакомцев взгляда, князь схватил с ближайшего блюда поросенка, разорвал пополам и жадно продолжил трапезу.

Напротив него сидел бородатый воин, недавно ссорившийся с собакой, который, громко рыгнув, схватил пробегавшего мимо слугу, бросил спиной себе на колено и с ужасающим хрустом переломил его позвоночник.

На вопли умирающего слуги обратили внимание, похохотали вместе с воином, одобряя его славную шутку. Князь вдруг резко, обеими руками оттолкнул разделявшие их серебряные блюда с объеденными хребтами рыб, костями свиней и более крупной дичи, перекинулся через стол и что-то крикнул воину в рогатом шлеме. Тот, отбросив тело слуги, все еще продолжая веселиться и грызть кость, придвинулся ближе к князю, который зашептал ему что-то на ухо. Видимо, постепенно слова князя проникали в сознание — челюсти воина прекратили жевать, глаза, пробежав по залу, остановились на Сергее и Лене. В его сальной рыжей бороде с налипшими крошками открылась широкая пасть с твердыми желтыми клыками. После чего оба, глядя друг на друга, оглушительно заржали. Постепенно они привлекли к себе общее внимание, пирующие заражались весельем, не вникая в причину. Раскаты хохота потрясали стены.

Вдруг князь, казалось, едва оттолкнувшись, перепрыгнул стол и очутился на другой стороне стола — ближе к Сергею с Леной. Он медленно подходил к новым гостям, переводя взгляд с одного на другого. Князь был ненамного выше Сергея, но доспехи делали его гораздо шире.

Лена схватила Сергея за руку, воин ухмыльнулся. Волков все еще надеялся, что это очередной аттракционный фантом.

Остановившись напротив, князь тряхнул льняными, стянутыми цветным ремешком волосами. Повернувшись к столу, он что-то сказал, отовсюду послышались крики, залаяли псы. Воины перепрыгивали стол и окружали их широким полукругом.