Чтение онлайн

Мэри протянула Джеймсу ладонь и замерла в ожидании. Но он лишь растерянно смотрел на нее.

— Протяни руку так же!

Джеймс повиновался, и Мэри хлопнула по его руке, улыбаясь:

— На «отлично»!

— Но что это означает?

— Просто знак удачи. Интересно, чем они там занимаются?

Джеймс улыбнулся своей любимой. И протянул ей ладонь. Она немного удивленно посмотрела на него, но хлопнула по его руке своей ладошкой.

— На «отлично»! — сказала она. — Только о чем ты?

— Это мне на удачу, чтобы леди, которую я люблю, отвечала на мои чувства. И еще это значит, что скоро я стану самым счастливым мужем на свете.

В дверь постучали. Гиневра, лежавшая в постели, увидела на пороге графиню. В платье винного цвета она выглядела прекрасно. Гиневра понимала, что сама она бледная, растрепанная и ночная сорочка совсем ее не украшает.

— Прошу, входи, — сказала королева, приглаживая волосы.

Изабель шагнула в комнату, держа в руке какую-то черную одежду.

— Как ты себя чувствуешь, Гвен?

— Кажется, немного лучше, — ответила Гиневра.

Это была не совсем правда. Потому что, если не считать легкой слабости, она чувствовала себя прекрасно. Однако она знала, что, пока остается в постели, Артур будет навещать ее и ей, возможно, удастся заставить его передумать.

Но она не разлюбила Ланселота. На самом деле она любила его просто отчаянно. Но при этом так же отчаянно боялась потерять мужа.

Гиневра понимала, что это эгоистично. И в глубине души ей было стыдно. Но ведь она была так молода, когда Артур начал за ней ухаживать и женился на ней, она не знала другой жизни. А страх неведомого — это очень сильный страх.

— Что это у тебя? — спросила она.

— Сейчас покажу. Знаешь, я утром наскоро переговорила с Томом. Он сказал, что не понимает, почему ты до сих пор не встала на ноги.

— Да тебе-то какое дело?

— Наверное, никакого. Но ты ведь должна заниматься хозяйством Камелота. Да и твои служанки чувствуют себя брошенными. Они обеспокоены и растеряны. Ты нужна им, Гвен.

— Откуда ты знаешь?

— Я слышу всякие разговоры, пока мы отдыхаем вместе.

Гиневра села в постели.

— Вы вместе отдыхаете без моего разрешения?

— Но ты была не в состоянии разрешать.

— А король Артур знает о ваших занятиях?

— Знает. И ничего не имеет против. Но главное — твои люди нуждаются в тебе, Гвен. Если бы они увидели, что ты уже на ногах, их бы это бесконечно обрадовало.

— Почему тогда король не скажет мне об этом?

— Потому что он очень тревожится за твое здоровье. Он ведь не целитель. Он не знает, что тебе давным-давно не нужно оставаться в постели.

— А ты знаешь.

— Ну, знает Том.

— У меня еще, болит в груди, и я слышала, что благодарить за это я должна именно тебя.

— Да не за что.

— Я совсем не в смысле похвалы.

— Я знаю. Я умею различить сарказм, когда его слышу.

Гиневра понимала, что ведет себя мелочно. Она знала, что если бы графиня не помогла ей, ее бы, пожалуй, уже не было в живых. Королева опустила глаза.

— Извини. Это я зря.

— Ни к чему извиняться. Я хорошо знаю, что болезнь делает людей непохожими на себя. Ты очень хорошая женщина, Гвен, с добрым сердцем. Я… мы… Том не понимает, почему ты предпочитаешь лежать в постели и не возвращаешься к королевским обязанностям.

— Зачем тебе это знать?

— Мне неприятно видеть, как волнуются твои служанки. Без королевской руки они себя чувствуют как без руля и ветрил.

— Я подумаю над твоими словами. Однако мне бы хотелось услышать то же самое из уст короля Артура.

— Артур не станет требовать, чтобы ты поднялась с постели. К тому же он по горло занят подготовкой к встрече рыцарей. Но ему бы не помешала твоя помощь в этом деле.

Гиневра кивнула.

— Да, понимаю.

— И еще скоро свадьба Джеймса и Мэри. Нужно составить план праздника. Обдумать меню. Скажи, разве может быть что-то веселее, чем помогать невесте готовиться к самому важному дню в ее жизни?

— Да, это очень весело и интересно.

— Я тоже так думаю. Неужели ты хочешь все это пропустить?

Гиневра склонила голову.

— Скажи, графиня, а почему ты сама не была замужем?

— Я очень разборчива.

— Значит ли это, что ты никогда и не хотела венчаться?

Изабель заколебалась.

— Я не исключаю такой возможности. Может быть. Когда-нибудь.

— Так ты просто ждешь подходящего мужчину?

— Что-то вроде этого.

— Хорошо, графиня, ты высказала свое мнение, и мне есть над чем поразмышлять. А теперь скажи наконец, что это у тебя в руках?

Изабель подняла черную одежку.

— Твои бриджи.

Гиневра чуть не подавилась.

— Бриджи?

— Ну да, помнишь, перед тем как заболела, ты усадила портних за шитье бриджей для женщин?

Гиневра нахмурилась.

— Да-да, смутно припоминаю.

— Так вот эти сшили для тебя, на случай если ты решишь присоединиться к нам.

Гиневра, потирая виски, спросила:

— Напомни мне еще раз, почему мы решили, что мужские штаны для женщин — хорошая идея?

— В бриджах женщины чувствуют себя более свободно во время игр и упражнений на воздухе. И им не надо беспокоиться, что из-под юбки выглянут ноги, а то и поболее того.

— И ты сама надеваешь такие бриджи?

Изабель усмехнулась и приподняла юбку. Да, действительно, на ней были мужские штаны. Она положила новые бриджи на кровать Гиневры.

— Мы скоро соберемся во дворе замка, так что если хочешь — приходи.

Она направилась к двери.

— Изабель…

Графиня оглянулась через плечо.

— Да?

— Могу я кое о чем попросить?

— Конечно.

— Не могла бы ты найти Дженни и сказать ей, что она мне нужна?

Изабель улыбнулась.