Чтение онлайн

Председательствовала на процессе судья Ванина.

Судья Ванина благоговеет перед правоохранительными органами, а выпады в сторону милиции просто делают ей больно. Поэтому ей трудно было воспринимать рассказы обвиняемых о том, что их избивали в ИВС ОВД "Восточное Измайлово", трудно было терпеть вопросы, направленные против сотрудников милиции, и она сделала все возможное, чтобы свести на нет все, что могло хоть как-то опорочить святых из Измайлова, Строгина и из МУРа.

По словам Никонова, физическое давление на него прекратилось, как только его перевели из ИВС в Бутырскую тюрьму, и там на первом же допросе он от своих "признательных" показаний отказался. Он сказал также, что в ИВС Саидов и Киселев объяснили ему, что, если он возьмет на себя несколько "висяков", они помогут ему в дальнейшем. А поскольку его били, выбирать не приходилось.

Два года адвокаты упрашивали судью Ванину допросить Киселева. Видно, совсем совесть потеряли. Киселев - сотрудник МУРа. Проститутки рассказывали, что на "вызовы" их возили на машине Киселева. Ведь вот вызови его в суд - его там начнут расспрашивать, пристанут с глупостями и с вопросами, как он оказался в квартире Никонова после того, как молодые люди не расплатилась за вторую жрицу любви. Могут и обидеть. А в МУРе и так некомплект. Нет, Ванина Киселева в обиду не дала и в суд его не вызвала.

Доказательства по трем нападениям на квартиры похожи, как спички из одного коробка, поэтому поговорим об одном - ну, допустим, о нападении на квартиру Горячевых (фамилия изменена) на Шелепихинском шоссе.

Из квартиры похитили бытовую технику, деньги и ювелирные украшения. Согласно обвинительному заключению, Никонов и неустановленные лица проникли в квартиру, а Цыган ждал возле дома в машине.

Доказательствами по этому эпизоду суд признал первоначальные признательные показания Никонова и Цыгана на предварительном следствии, о происхождении которых уже шла речь выше, а также видеомагнитофон, о котором стоит поговорить подробней.

В квартире у знакомой Цыгана Ани Любимовой был проведен обыск, во время которого нашли видеомагнитофон. Магнитофон этой же марки был похищен в квартире Горячевых. И сколько Сергей Цыган ни объяснял, что этот видеомагнитофон ему дал на время Никонов и он взял его, когда пошел в гости к Ане, чтобы посмотреть фильм, что у Никонова есть все документы и куплен он на Митинском рынке, - все без толку. Следствию во что бы то ни стало надо было сделать этот видеомагнитофон собственностью Горячева. Ради этого в суд был представлен фальшивый протокол изъятия магнитофона. Переписывали его из-за одной-единственной фразы: о том, что Цыган якобы сказал Ане, что просит оставить его на хранение.

Аня заявила в суде, что протокол, который судья держит в руках, совсем не тот, что составили в милиции в её присутствии. Аня сказала: это не моя подпись и стоят фамилии других понятых. Кроме того, утверждала Аня, Цыган не просил её оставить магнитофон у себя - он пришел к ней смотреть фильм.

Полтора года защита добивалась у судьи Ваниной разрешения на допрос понятых, указанных в фальшивом протоколе. Наконец, судья снизошла, и в зале суда были допрошены некто Филатов и Абдулин, алкоголики. Они признались, что протокол не подписывали. Когда адвокаты после заседания подошли к ним, чтобы поблагодарить за то, что не побоялись сказать правду, они ответили: мы пьяницы, но не подонки, совесть ещё не пропили.

Спустя три месяца суд допросил отца Ани Любимовой, у которого как на грех сохранилась копия настоящего протокола. Да, допросили. Услышали не то, что нужно суду. Итог: магнитофон признан принадлежащим Горячеву, и дело в шляпе.

Кстати, на листе дела 303 в протоколе судебного заседания от 3 апреля 1997 года приводятся слова Ани о том, как её продержали в ОВД "Южное Тушино" с половины третьего до восьми часов вечера и что она слышала из соседней комнаты, как Цыган кричал: "Не надо!" Это был крик от боли.

Ну и что?

По эпизоду нападения на квартиру Хрусталевых доказательствами признаны трубка от телефона "Панасоник" (не той марки, что была украдена из квартиры) и опознание потерпевшим Никонова. На предварительном следствии потерпевший спустя час после нападения сказал, что фоторобот преступника составить не может, ничего не помнит, однако позже память к нему вернулась и Никонов был опознан по кроссовкам и общему строению тела.

Шестого сентября 1997 года напали на квартиру Щекиных на Амурской улице. Бабушка Щекина опознала Никонова по цвету глаз, сверкавших из прорезей маски. А на вопрос адвоката, по каким же признакам все же она опознает нападавшего, она ответила: "Да я сердцем чую!"

И наконец - главное нападение: на Могилу и Буланцева. Перед судом стояла трудная задача: рассмотреть встречу 12 августа без учета событий 10 августа, то есть празднования дня рождения Никонова, с которого и началась вся история. Судья Ванина сурово повторяла, что события, имевшие место 10 августа, когда-нибудь потом рассмотрит Хорошевская прокуратура, в которой два года пылится дело о нападении на квартиру Никонова.

Однако адвокаты стали "приставать" насчет происшествия в ночь с 9 на 10 августа. Пожалуйста!

Оказывается, в ночь с 9 на 10 августа Могила и Буланцев подвозили незнакомых девушек (точно так же, как и 12 августа). По удивительному стечению обстоятельств, все произошло точно так же, как и 12-го, о чем они тогда, разумеется, знать не могли. А пока ночью 10 августа наши невинные труженики частного извоза едут к своему приятелю Саидову. Саидов, как и они, бывший "афганец", да к тому же работает в милиции, в Восточном Измайлове. А их обидели. К кому же обратиться за помощью, как не к нему?..

Приезжают они к Саидову, рассказывают, что на них напали. Саидов им сочувствует и "принимает во внимание" - это Саидов так сказал в зале суда. Однако в тот момент, когда он "принимал к сведению", звонит по телефону и его агент и говорит: есть информация, что в Строгине по такому-то адресу собралась банда, которая совершает разбойные нападения на квартиры. Сейчас у них застолье. Банда вооружена. Саидов тут же звонит в МУР своему куратору Киселеву, который, к счастью, в ту ночь тоже дежурил. Киселев приезжает в ОВД "Восточное Измайлово", Саидов дает ему двух своих оперов, Могилу и Буланцева берут как понятых и едут по адресу, который дал агент. Каково же было изумление Могилы и Буланцева, когда в квартире они видят тех самых молодых людей, которые только что напали на них (и сутки спустя, по чудесному совпадению, нападут снова)! Чудны дела твои, Господи! А милиции-то как повезло! В городе проводится операция "Арсенал", ищут оружие, сотрудник МУРа лично выезжает по сигналу - и вот пожалуйста!