Чтение онлайн

Дима понес Алену в ее спальню, поставил перед зеркалом, сам встал за ее спиной.

На ней были новые джинсы-дудочки, которые они купили в Германии, и старая бесформенная футболка.

— У тебя самая красивая шея на свете. Посмотри.

Она испуганно смотрела на себя в зеркало, ее руки дрожали.

— Твои ключицы – это просто отвал башки. Я готов их целовать вечно, так же, как и твои руки, твою шею.

Дима засунул руку под футболку и положил ей на грудь. Алена еле стояла на ногах: вздрогнула всем телом и уставилась на себя в зеркало.

— Если есть на свете красивей грудь, чем у тебя, то я не видел. А уж женщин у меня было миллион, поверь мне на слово. И ни одна грудь меня так не возбуждала и не сводила с ума.

— Она такая маленькая, — еле слышно проговорила Алена, сдерживая дрожь в голосе.

— Твоя грудь самая красивая в мире. Запомни это. Запомнила? Повтори.

Алена молчала, но она уже не так тяжело дышала и спокойно смотрела на себя в зеркало.

— Давай вместе?

Он приподнял ее футболку, продолжая крепко держать в объятиях.

— Посмотри, — он закрыл глаза и зарылся лицом в ее волосах, издав хриплый и низкий стон. — У тебя самая красивая грудь на свете. Повтори!

Он аккуратно снял с нее футболку.

— Самая красивая грудь на свете, — шептал Дима ей в ухо, — самая красивая грудь на свете. Повтори!

— Самая красивая грудь на свете, — согласилась она, и из ее глаз полились слезы.

Он резко повернул ее к себе и стал неистово целовать, бормоча «самая красивая грудь на свете». Когда она уже расслабилась в его руках, он остановился и посмотрел ей в глаза.

— Умница. Не забывай об этом никогда. Мы будем повторять эти слова каждый день, и я обещаю, что ты полюбишь свое тело!

И он опять крепко прижал ее к себе.

В марте Сашку выписали, за ним поехала только Алена: у Димы в конце февраля начались большие неприятности. Сашка уже прекрасно стоял и мог сделать несколько шагов самостоятельно. Алена безумно радовалась за сына и постоянно благодарила Диму.

— Все, Ален, хватит уже спасибкать, он и мой сын тоже. Я хочу его усыновить, пусть тоже будет Саблиным, ты не против? — спросил он у нее.

Она засмущалась, но, довольная, кивнула.

В середине марта все документы на усыновление были готовы и Сашка получил новую фамилию.

В конце марта дела у Димы с Давидом пошли совсем плохо. Появились очень серьезные проблемы с конкурентами, которые стали запугивать их. Дима, опасаясь за Алену и детей, увез их на дачу, закрыл там и поставил смотреть за ними четырех телохранителей.

Сам же с Давидом почти все время проводил в офисе.

На дачу приезжал только Дима и всего пару раз в неделю, буквально на ночь, чтобы поужинать с семьей и насладиться Аленой. В эти моменты он был как раненый зверь, который приходил к своей хозяйке, чтобы она обработала ему раны и наполнила силой на следующий день или неделю.

1 апреля он приехал под утро, принял душ в своей спальне и упал на кровать.

Алена бесшумно пробралась к нему, погладила спину.

— Давай я тебе массаж сделаю? — робко предложила она.

— Накорми меня лучше. Голодный, как черт, — он холодно отбросил ее руки от себя.

— Что-то случилось, да? Я как-то могу помочь?

— А ты как думаешь? — грубо ответил он. — У нас украли три вагона, забитых аппаратурой. И это не первоапрельская шутка! Тебе такие деньги даже не снились. Можешь мне помочь найти эти вагоны? Может, пойдешь к начальнику вокзала и спросишь, где они? А может, сделаешь ему массаж? И он нам признается в краже.

Он резко встал и направился на кухню. Алена пошла вслед за ним, сделала ему кофе, быстро включила плиту, поставила сковородку на огонь, разбила два яйца и стала накрывать на стол, чтобы все вместе позавтракали.

Из детской выбежали мальчишки, и следом за ними, чуть прихрамывая, пришел Сашка.

Дима молча пил кофе. Все уселись за стол и Алена подала оладьи со сметаной, также поставила на стол варенье, шоколадный соус и для Димы яичницу.

Он грубо отодвинул от себя тарелку с яйцами, взял из блюда один оладушек и засунул в рот:

— Оладьи безвкусные, резиновые, столько книг тебе купил, ты можешь научиться нормально готовить? — Дима отшвырнул от себя тарелку так, что она соприкоснулась с чашкой, и на стол разлился его кофе.

Сашка вспыхнул:

— Неправда, очень даже вкусные. Если у тебя плохое настроение или неприятности на работе, это не повод издеваться над Аленой.

— Издева-а-а-а-ться? — Дима вскочил со стула и сделал рывок к пасынку. — Рассказать тебе, что делают родители, когда издеваются?

Алена перегородила ему дорогу и громко закричала:

— Не-е—е-е-е—ет!

Его лицо исказилось в жуткой гримасе, по нему пробежала ярость с ненавистью, он до боли сжал кулаки, смахнул со стола ее чашку и огромными шагами вышел из кухни.

Близнецы испуганно смотрели по сторонам и молчали. Потом от страха Илья заплакал, за ним захныкал Игорь. Алена подбежала к ним, стала целовать и успокаивать.

Когда она повернулась к Сашке, его за столом уже не было.

Алена убрала посуду, сама попыталась успокоиться и зашла в комнату к сыну. Он стоял у окна спиной к ней и смотрел на бежевую занавеску. Его маленькая, еще не до конца оформленная спинка была ровной. Ей захотелось обнять его, она подошла и прислонилась головой к его спине.

Уже мужчина, - подумала она. Когда он так резко успел повзрослеть?

— Ты не должен был ему этого говорить, — тихо сказала Алена, — не надо вмешиваться в наши отношения. Оладьи действительно получились пресными. Это я виновата.

Он развернулся:

— Алена, прекрати, я не хочу этого слушать, я взрослый, я все уже понимаю, но так обращаться с родными нельзя. Ни при каких обстоятельствах, что бы они ни натворили, — он заплакал.

— Он поставил тебя на ноги. Ты должен быть ему благодарен.