Чтение онлайн

— Что с тобой? — обратился я к Седому.

Он только отмахнулся:

— Ничего серьёзного. Лигирда напала.

— А кто это?

Он удивлённо посмотрел на меня, не шучу ли я?

— Червяк такой. В скалах живёт.

Я поёжился:

— И много их тут?

— Да какая разница? — пожал он плечами. — Они не опасны.

— Ну да! А нога?

— Она защищалась. Я наступил на неё.

Потом он посмотрел на девчушку и сказал мне:

— Это последние люди. Больше никого нет. Спасибо тебе! — И он согнулся в поклоне, приложив свободную руку к груди. Потом выпрямился, опять мельком глянул на спутницу и произнёс: — Прощай. О тебе у нас будут слагать легенды.

— Ну! Это уж совсем лишнее, — покраснел я. Хорошо, что Пашка с Игорем не понимали его речь! — Счастливо вам обосноваться на новом месте!

Седой улыбнулся и потянул за собой девчушку, которая всё это время молча смотрела на меня во все глаза. Мужики с носилками проследовали за ними в полном молчании.

Они переступили через кромку экрана, и я дал Сезаму отбой. Экран схлопнулся и мы оказались в кромешной темноте. Только ветер трепал наши одежды и волосы. И запах никуда не делся.

— Ну вот! — послышался недовольный Пашкин голос. — Как у негра в заднице! Хоть бы один догадался нам свой факел оставить! Ну, народ!

— Бабуля отбросила кони, а сюрпризы-то продолжаются!.. — Пашка с любопытством косился на меня. — Может, нам не ту бабулю подбросили?! А мы и уши развесили!.. Наша-то не так воняла!.. Только прыгала, аки блоха подковёрная!..

Терзаемые ураганным ветром, мы стояли на краю обрыва и пялились в пропасть. Буквально несколько часов назад браслет показывал нам, что на этом месте была более-менее ровная площадка, на которую мы так самонадеянно десантировались в этот мир. И теперь тот же браслет утверждает, что точка перехода в наш мир находится в пяти метрах от обрыва! То есть — прямо в воздухе!

— Говорил же, трусы надо было на палке повесить! — прокричал Игорь. — Теперь не маялись бы, гадая, у кого из нас крыша едет: у браслета твоего, или у нас!

Разговаривать можно было только так. И то не всё разберёшь.

— Где бы они щас были, трусы твои при таком-то ветре? — фыркнул Пашка. — В каком-нибудь местном Занзибаре-Калахаре!

Но Игорь, похоже, не расслышал.

— Чего молчишь? — крикнул он мне на ухо. — Как уходить будем?

Я пожал плечами:

— Понятия не имею…

— Давай хоть спрячемся куда-нибудь, что ли?! — с другой стороны заорал Пашка. — А то этот грёбаный сквознячок спит и видит, как бы нас летать научить! Да и тряхануть опять может! Скала-то, видишь, не выдержала критики!

После непродолжительных поисков, мы укрылись за группой оплавленных булыжников, приткнувшихся к такой же оплывшей скале. Здесь ветер хоть и не оставил нас в покое, но был уже не так настырен.

— Ну что, господа хорошие? — начал Пашка импровизированный совет. — Похоже, нет нам отседова никакого ходу-выходу? Застряли, мать его яти!..

— Моя такой не думай, — подал голос молчавший до этих пор Помогай.

— Да ну? — подался к нему Пашка, преувеличенно изображая внимание. — Поделись, поделись, какой-такой твоя-моя думай?

Я незаметно толкнул его в бок: не юродствуй.

— Моя думай, уходить можно тута здеся.

— Ага-ага! — с готовностью закивал Пашка. — Как раз к пенсии внуков поспеем!

Помогай недоумённо завертел головой:

— Какой такая пенсий? Какая поют?

— Да-да, самое время песни петь! — цыкнул Пашка и отвернулся.

Я пришёл на выручку Помогаю:

— Ты помнишь о том, что уходить надо в той же точке, где и прошли сюда?

— Моя помнишь. Моя думай не страшно.

— Ну конечно! — фыркнул Пашка. — Нам терять нечего! Особенно тебе!

— Паш! — осадил я его. — Хватит! Всем плохо. Не надо на других зло срывать.

Он подскочил и скрылся за гладким боком валуна.

— Ты куда?

— В сказку! — донеслось оттуда недовольное.

— А всё-таки?…

— Да до ветру…

— А… Ну-ну… Этого добра здесь… Так что ты хотел сказать? — повернулся я к Помогаю.

— Моя говорил на браслет. Она сказал, где земля кончай, время много не ходи.

Я потряс головой, соображая:

— Если мы уйдём прямо с обрыва, то временной разрыв будет маленьким?

— Интересно бы знать, насколько он будет «маленьким», — хмуро поинтересовался Игорь.

— Да года три, — высунул голову из-за поворота Пашка, заправляя рубашку в штаны — если не больше!

— Два раза два рука, — спокойно ответил Помогай. И уточнил: — Мой рука.

Игорь, видимо, впервые с интересом посмотрел на его руки и присвистнул.

— Ну, хоть в этом повезло, — хрюкнул Пашка, опять подсаживаясь к нам. — Слава Богу, пальцев у тебя — не как зубов.

— Паш! Ну будь ты человеком!

Но Помогай улыбнулся во всю ширь своей сотни.

— Моя понимай! — кивнул он. — Шутка такой?

— Шутка, шутка, — вздохнул Пашка с каким-то подвыванием. — Я представляю, как моя Наталья шутить начнёт, когда мы через две недели заявимся. Да ещё и с пустыми руками. Туристы… Санькина девчонка изведётся вся…

— Другого способа нет, — покачал я головой. На меня опять навалились угрызения совести. — А летать мы не умеем.

— Н-да… — пригорюнился Игорь. — Машинка бы сейчас ой как не помешала…

Пашка толкнул его в плечо:

— А чё? Может, и вправду? Наведаемся к амазонкам? Заберём своё? Так, мол, и так…

Игорь хмыкнул:

— Вот только металлолома нам сейчас и не хватает! Таскать за собой!

— А, может, они её того?…

— Чего «того»?

— Ну, из говна конфетку сделали?

— Щас! Ты не с нами был? Не видал, как её та птичка уделала? До сих пор как вспомню…

— А чем чёрт не шутит? Вовчик, а?