Чтение онлайн

С Андреем мы помирились, все вернулось. Он даже чуть больше уделяет мне внимания: может позвонить среди дня или написать милое сообщение. Да, я все еще скучаю в пустой квартире, только меня это устраивает, я хочу в это верить. Все же я решилась приехать к Диме. Нам необходимо прояснить отношения. Тысячу раз прокрутила в голове наш диалог о том, что этого не должно было быть, что мы напились и совершили ошибку, что необходимо все забыть. Теперь мы не сможем общаться так часто, но совсем рвать отношения необходимости нет, ведь мы взрослые люди и можем держать себя в руках.

Вот он открывает дверь и, как ничего не было, приглашает меня зайти. Прошло три дня с нашей последней встречи. Столько мне понадобилось, чтобы решиться на этот разговор. Прохожу в гостиную и остаюсь стоять, когда Дима непринужденно заваливается на диван.

— Нам нужно поговорить, — говорю я.

— Ты хочешь сказать, что тебе безумно понравилось и ты хочешь продолжения? Спать не можешь, мечтаешь о сексе со мной? — кривит губы Дима.

— Очень смешно. Дима, я серьезно. Нам есть, что обсудить. Мы выпили многовато, да еще…

— Мира, перестань, это оправдания для детей. Ты взрослый человек, и я взрослый человек, мы хотели заняться сексом и занялись сексом, давай называть вещи своими именами, — перебивает меня Дима.

— Своими именами? — мой голос подрагивает от злости. — Ты воспользовался тем, что я была пьяна и расстроена. Мне нужна была поддержка, я в первый раз так серьезно поругалась с Андреем. Ты же сделал так, чтобы я захотела в этот момент секса. Я о сексе даже не думала!

— Это я не думал. Ты жена моего брата, я никогда не представлял, как сплю с тобой. Но ты все сделала сама, это ты затащила меня в пропасть!

— Я?!

— Именно ты! Напоила, прилегла на меня, начала тереться о мой член, конечно, я возбудился, еще это короткое платье… Потом сексуально укусила губу. У меня же не было шансов!

— Значит во всем виновата я? Ты такой бедный и несчастный стал жертвой моей развращенности? Какой же ты козел! Вот и валяйся на своем диване, я больше никогда сюда не приду! Думала нормально поговорить, но нет! Это просто невыносимо. Конечно, ты или смеешься надо мной или выставляешь похотливой тварью.

— Я этого не говорил, — смеется Дима. — Не понимаю, почему ты не можешь признать, что мы отлично провели время, что я прекрасен в постели, и ты вспоминаешь свой длительный оргазм с улыбкой на лице.

— Закрой рот!

— Я знаю, что ты хочешь меня. У тебя все в глазах написано. Там вывеска: «Трахни меня еще разочек».

— Закрой рот, или я тебя придушу прямо сейчас!

— Валяй.

Это становится невыносимым. Я уже не в себе и наклоняюсь к нему, думает, я шучу? Моя рука на его сильной жилистой шее, и я продолжаю сжимать. Дима улыбается еле заметной красивой улыбкой и смотрит на меня.

— Дашь хоть последнее слово? Даже самые жестокие палачи позволяют осужденному сказать что-то напоследок.

Молчу, но непроизвольно ослабляю руку. Дима смотрит мне в глаза с чудовищной искренностью и говорит:

— Мне тоже безумно понравилось. Думаю о тебе постоянно, даже спать не могу. Я хочу тебя прямо здесь и прямо сейчас.

Дима рывком притягивает меня к себе и целует, целует, целует. Мысли склеиваются между собой, и все путается. Забываю злиться, забываю, что все решила, и позволяю целовать себя, как он хочет. А хочет Дима все и сразу, хочет, чтобы у меня ноги подкашивались. Не думала, что умею так целоваться. Наконец-то выходит поставить руки на его грудь и разорвать губы. Дима смотрит из-под нависших толстых бровей страшным взглядом. Мне кажется, именно такой взгляд у человека, готового убить.

— Блять, если ты скажешь, что передумала, я разъебу что-нибудь, — шепчет Дима, не моргая.

— Давай не на диване, я с него сваливаюсь. Пошли в спальню.

Страшный взгляд сменяется нетерпеливым, Дима встает и одним рывком поднимает меня. Он держит меня за попу, мои ноги обхватывают его тело, так он и несет меня в спальню, на ходу ловя слишком мокрые поцелуи. Спальня отделана черными мягкими панелями, там окно во всю стену, низкая черная кровать, рядом с ней еще более низкая тумба. Максимальный минимализм, что еще сказать. Дима опускает меня на кровать и даже слишком быстро раздевает, я хочу продолжать целоваться, жду что поцелуи переместятся на грудь, мне это так нравилось, только у Димы другие планы. Он ловко разворачивает меня, и мне остается только смотреть в стену.

Алкоголь в прошлый раз только портил все, как же много приятного я упускала. Сейчас чувствую абсолютно все, чувствую его силу и уверенность, и темп на грани с сумасшествием. Мне нравятся и мои безгранично громкие стоны. Когда Дима устает, начинает замедляться и слегка приподнимает меня за плечи, чтобы поцеловать в шею или губы. Хочу целоваться дольше. Когда он это замечает, толкает меня обратно, не жестко, но настойчиво. Мне нравится чувствовать себя слабой, нравится полностью отдать контроль, и меня заводит, что я не знаю, что будет в следующую секунду. Меняются позы, меняются ощущения. Я получаю от секса с Димой такой спектр эмоций, что уже, наверное, глаза светятся, словно прожекторы. Меня все сильнее выкручивает, я уже кричу и думаю, что сойду с ума, все же наступает конец. Мне кажется, так часто я не дышала еще никогда.

— Хочешь водички? — спрашивает Дима и тихонечко целует меня в плечо.

— Очень.

— Сейчас принесу.

Он уходит и возвращается со стаканом воды, протягивает его мне, так и стоит совершенно голый у кровати. Вручаю ему пустой стакан и откидываюсь на спину, найдя опору в локтях. Дима не спешит ни одеться, ни забраться под одеяло, стоит и в окно поглядывает.

— Хоть бы оделся.

— Тебе что не нравится мое тело? — усмехается Дима, а потом заинтересованно смотрит на меня. — Посмотри-ка на меня, смотри-смотри. Да, мне не показалось. Черт, Мира, этот взгляд… Он не смущенный, не похотливый, не думал, что человек способен так смотреть.

— И какой же у меня сейчас взгляд?

— В твоих глазах нет ничего, кроме тьмы. Это взгляд дьяволицы. Мне аж плохо стало, а как справляется бедняга Андрей? Да у него с самого начала не было шансов.

Дима все же возвращается ко мне в кровать, мы укрываемся одеялом и смотрим друг на друга.

— Так не должно быть, — вздыхаю я.

— Почему ты захотела секса в первый раз? Раз отгребла не за что, нужно было сделать гадость? Ты поступила, как обиженный ребенок.

— Я думала об этом и не знаю, — я опускаю глаза. — Не знаю, чего я хотела, не знаю, о чем думала. Мне это просто было нужно.