Чтение онлайн

Почти к каждому она подошла, назвала его по имени и тепло поздоровалась. Закончив, она вернулась к Экроланду.

— Сегодня у нас праздник, сэр Эри? Велеть Престону подготовить большую столовую?

Экроланд не сумел достойно выдержать взгляд пытливых серых глаз и опустил голову. Он уже отыскал слова, которыми объяснит свое поражение, сумеет оправдаться перед властной старухой, но тут сухая, сморщенная от старости ладонь легла ему на руку. В изумлении он поднял голову и натолкнулся на мудрую улыбку. Несколько мгновений он боялся шелохнуться, словно загипнотизированный.

— Думаю, столовую все же приготовить стоит, — помедлив, решила госпожа Сакара, убирая руку. — Я полагаю, гости и заночуют здесь? Отлично, тогда самое время распорядиться насчет гостевых комнат…

Приподняв юбки, она тяжело прошла по лестнице и скрылась в доме. Престон поспешил пригласить всех внутрь.

Стайка оруженосцев во главе с Аткасом занялись конями, благо конюшня при доме была более чем просторна и вместительна. Места хватило всем.

***

Просторная гостиная уменьшилась до размеров крохотной комнатки, когда всю ее заполнили рыцари-изгнанники. Госпожа Сакара вежливо попросила их оставить доспехи за порогом комнаты, но даже без привычного латного облачения крепкие, сильные, высокие красавцы-мужчины занимали слишком много места. Служанки испуганными тенями носились вокруг, поднося напитки и закуски. Разумеется, в присутствии хозяина и на трезвую голову никто не решался ущипнуть аппетитное бедро, но под красноречивыми взглядами девицы алели, что твой мак.

— А не организовать ли нам свой орден? — философствовал сэр Энсиваль, размахивая бокалом с вином. — Истории известны примеры, когда рыцари из таких вот расколовшихся орденов достигали неизмеримо больших успехов.

— Ты все гонишься за славой, — улыбнулся сэр Энрек. — Но для Вусэнта два ордена — это слишком много. Все-таки мы живем не в столице.

— Пожалуй, — подхватил Синюрд, — и для столицы нынешнее количество орденов обременительно.

— Изгнанные, — задумчиво сказал себе под нос Экроланд, словно пробуя слово на язык. — Кто пойдет за нами, даже если мы и объявим о создании нового ордена? Простите, друзья, но это очень плохая мысль: начинать новый орден после разгрома на суде богов.

— Уже через год все забудут об этом досадном происшествии, — решил сэр Энсиваль. Экроланд ответил ему возмущенным взглядом: досадное происшествие, надо же!

К вечеру рыцари дважды плотно поели и раз пять перекусили, изрядно опустошив погреба и кладовые Медовых Лужаек. Полые бочонки строем встали во дворе, а Престон шел на немыслимые ухищрения, лишь бы не трогать самые старые вина.

— Словно расшалившиеся дети, — неодобрительно покачала головой госпожа Сакара и пошла на кухню, не в силах терпеть гомон и шум, производимый десятками глоток.

Синюрд и Тьего в два голоса пели известную «Приходи ко мне на сеновал», к полному восторгу оруженосцев. Сэр Энсиваль извел почти всю писчую бумагу, рисуя сложные схемы и таблицы, чтобы подтвердить свои мысли насчет нового ордена. Когда же старый рыцарь увидел, что его записи никому не интересны, он просто вышвырнул их в камин. Слэм подремывал в кресле, открывая глаза на особо громких куплетах. Экроланд наливался вином и мрачнел с каждым часом, находя все больше поводов обвинить себя в случившемся.

Когда все дела были переделаны, а комнаты подготовлены, Эста заглянула в гостиную и поинтересовалась:

— Сэр Эри, скоро ли ожидается приезд леди Ивесси?

Веки приподнялись, явив миру глаза сплошь в красных прожилках. По щеке рыцаря сползла одинокая слеза.

— Она не приедет, милая… Никогда. Верно, она уже мертва… И только я виноват в этом. Ее смерть на моей совести, Эста! Беги, беги от меня прочь, девчонка, я проклят богами!

Рот Эсты открывался все шире и шире. Она не могла припомнить, когда видела своего хозяина настолько пьяным. Слэм зевнул, грациозно поднялся с кресла и подошел к девушке. Положив руку ей на плечо, он доверительно прошептал:

— С Дженной все хорошо, ты не волнуйся. Не обращай внимания на его слова, ты же видишь, как он набрался.

Эста кивнула, попутно отбрасывая загорелую ладонь, невольно переползшую с плеча на грудь. Погрозив Слэму пальцем, девушка удалилась. Рейнджер ухмыльнулся вслед и присел на корточки возле кресла, на котором полулежал Экроланд. Мягко отобрав бокал, на дне которого плескались остатки вина, Слэм отставил его в сторону и заглянул в мутные глаза рыцаря.

— Могу не пить, — покладисто согласился тот. — Смотри, я и в таком состоянии могу держать себя в руках…

— Ты опять пытаешься что-то кому-то доказать, — тихо сказал Слэм. — Посмотри на меня. Я твой друг. Да пожри все Неназываемый, здесь же вся комната полна твоими друзьями! Мы ценим тебя не только за то, что ты поступаешь как должно… Промахи, знаешь ли, совершают все, даже боги.

Экроланд тут же взмахнул перед собственным носом рукой и, нахмурившись, возразил заплетающимся языком:

— Талус безгрешен, дружище. Запомни, он никогда не ошибается. Даже живя по Заветам, ты будешь лишь бледной тенью по сравнению с благочестивым Талусом.

Слэм покачал головой. Сзади неслышно подошла госпожа Сакара. Во взгляде, брошенном ею на Экроланда, на секунду появилось смятение, но она быстро взяла себя в руки и спросила у рейнджера:

— Мастер Дол, Эста переполошилась… Я буду вам чрезвычайно признательна, если вы объясните, где пропадает эта девчонка, Дженна. Как закончилось ее испытание? Я понимаю, что подобный вопрос не совсем уместен в нынешних обстоятельствах, — тут она покосилась на Экроланда, прикрывшего глаза, и понизила тон, — ну, вы догадываетесь, о чем я. Сэр Эри чрезвычайно расстроен, и мне бы не хотелось лишний раз в его присутствии говорить о сегодняшних событиях.

— Понятия не имею, где сейчас Дженна, — признался Слэм. — Понимаете, все случилось слишком быстро. Суд богов, наш отъезд, да тут еще и…

Договорить он не успел. Дворецкий зашел в гостиную, огляделся и, увидев, что единственный более-менее трезвый человек в комнате — это Слэм, подошел и доложил:

— Только что подъехал крестьянин, мастер. Он сказал, что ему необходимо что-то сообщить хозяину. Говорит, это очень срочно.

Слэм с неохотой вышел вслед за Престоном.

Спустя несколько минут он появился в комнате. Всю ленцу и расслабленность с него как рукой сняло.