Бригадир
Шрифт:
– Ну и отлично. Его нет, а тебя за решетку отправим. И братву твою разгоним. И некому будет людей на рынке обирать…
– Свято место пусто не бывает. Другие на наше место придут.
– И с другими справимся.
– Сил на всех не хватит… А со мной никаких проблем не будет. И беспредела на рынке не будет, и вас не обидим. Я вам такой порядок обеспечу, что у вас и работы не будет. Только и останется, что деньги считать…
– Выслушал я тебя, Хазаров. Подумал. И постановил. Сидеть тебе в тюрьме, Хазаров. И за организацию преступного сообщества, и за незаконное хранение оружия…
– Может, договоримся?
– Договаривайся с адвокатом, Хазаров. Такую возможность мы тебе предоставим… Так, обвинение тебе предъявит следствие, а со мной разговор окончен.
Джутов позвал конвоира, и тот отправил Хазара обратно в камеру. Его вели в подвал, на самый низ жизни. И нет уверенности, что с этого дна он снова когда-нибудь поднимется…
В армии Мартын хотел быть сержантом, но как-то не сложилось. Зато сейчас он чувствовал себя генералом.
– Смирно!
Офигеть! Дневальный «на тумбочке» звонким голосом подает команду, вытягивается в струнку, четким движением руки выдает воинское приветствие… И какой дневальный! Фуражка на голове, парадный китель с аксельбантами и прочими дембельскими примочками, белый ремень. Но брюк нет вовсе, а вместо кирзовых сапог элегантные ботфорты на высоком каблуке. К тому же китель приподнялся, когда рука потянулась под козырек, и обнажился аккуратный треугольник из курчавых волос…
В армии Мартын мечтал видеть на месте дневального красивую девчонку в фуражке и в кителе на голое тело. Но ведь он никому не рассказывал об этой своей мечте. Может, Кит догадался? А может, этот парень и сам в армии бредил эротическими фантазиями?
А девчонка – супер. Волосы светлые, глаза кукольные, личико – прелесть, фигурка – закачаешься. А как выдрессирована!
– Ты мне честь отдаешь?
– Так точно! – улыбнулась она.
– Ты девственница?
– Только не надо меня смешить!
Девчонка, похоже, хорошо под газом. Да и парни поддатые.
– Честь один раз в жизни отдают, поняла? Отдала – и все, ты уже не девочка…
– Но и не мальчик, – хмыкнул широконосый Кит, расстегивая китель.
Емеля и Барсук скалились, глядя, как обнажается высокая, упругая грудь с торчащими кверху кнопочками.
Сами пацаны в гражданке, прикид на высоте. И квартиру для себя сняли четырехкомнатную. «Девятку» на всех купили, гоняют на ней по Москве, девок снимают. В общем, развлекаются, как могут, пока дела нет.
А денег им хватает. И осенью они хорошо заработали, и в этот раз чуть ли не полсотни пистолетов из склада вывезли, ну и автоматов два десятка. Могли бы и больше, но Спартак не захотел. Может, оно и правильно. Действительно, незачем пополнять чужие арсеналы с риском для себя, если с рынка хороший намолот идет.
И еще у них появилась отличная возможность хорошо заработать. Парни они лихие, отчаянные, к тому же в курсе, чем их собираются занять. В принципе, они не против.
– Откуда такая Снегурочка? Из какого леса?
– Да на Казанском подобрали. Сонька, в институт поступать приехала, – хмыкнул крупнолицый Барсук.
– Так рано еще в институт.
– Вот она у нас и поживет. Мы ее многому научим…
– У нас как в армии, не знаешь – научим, не хочешь – заставим, – вставил слово накачанный Емеля.
– А она хочет? – подозрительно глянув на Кита, спросил Мартын. – Если не хочет, то это беспредел…
Он не уважал шаловливых девок, но и без них обходиться не мог. Искал именно таких, пользовался их легкомысленной любовью в свое удовольствие. Нравилось ему это дело. Но силой женщин он еще никогда не брал, да и не собирался. Может, он и бандит, но не сволочь. Может, и не праведная у него жизнь, но есть рамки, в которых он себя держит. И другим беспредельничать не позволяет.
– А ты у нее спроси, – сказал Кит.
– Хочешь?
Сонька ничего не сказала, но томно глянула на него, пальцами мягко провела по щеке, движением головы показала на дверь в темную комнату.
Мартын звонил пацанам, сказал, чтобы ждали. Видно, что времени они даром не теряли – и подружку свою дневалить заставили, и как начальство принимать научили. Но не для того он приехал сюда, чтобы с девками развлекаться. Тем более Спартак ясно сказал: никакого экстрасекса, пока дело не будет сделано…
– Отдыхай!
Мартын запустил руку под расстегнутый китель, чтобы, обняв Соньку за талию, оттолкнуть от себя. Но талия такая упругая, теплая, кожа нежная, гладкая – одно удовольствие держать на ней руку…
– Только если с тобой, – прошептала она ему на ухо.
Наверняка этой «дочерью полка» пользовались все саратовские вояки. Да и без них она ходила по рукам, как медный пятак в базарный день. От нее должно вонять мужицкой похотью… Но нет, она пахла на удивление хорошо. Чисто вымытые волосы отдавали яблочным ароматом, кожа – хорошим парфюмом. И перегаром от нее не тянуло. Только свежий запах дорогого коньяка…
В общем, не смог Мартын оттолкнуть ее и вместе с ней исчез в темных глубинах спальни. Постель расправлена, белье на кровати новое, хрустящее, презервативы на тумбочке… А Сонька оказалась отличной наездницей, сначала на водопой коня сводила, а потом загнала его в бешеной скачке, взмылила и свалила на бок…
Что ж, спасибо пацанам за то, что они дали ему почувствовать себя генералом.
Кит, Емеля и Барсук ждали его за столом в гостиной. И закуски у них шикарные – икра, сырокопченья, балыки и горячее жаркое для дорогого гостя. Коньяк, виски, ром…
– Мне бы такой оттяг после дембеля, – запанибратски хлопнув Кита по плечу, самодовольно сказал Мартын.
– А у тебя как было?
– Да как… Поляна у реки, портвешок, сырок «Дружба», потная Машка… хвать ее за ляжку. А у вас тут дворец, и телка – супер.