Чтение онлайн

— У меня замечательная мысль, — вдруг заявила Джейн. — Давайте вернемся на вечеринку.

Грузовик исчез, пыль рассеялась.

На улице показалась длинная фигура. Высокая угловатая женщина мерным шагом взбиралась на гору. Алтея Гант! Она не уехала с остальными. Я поглядел на нее с удивлением, потом повернулся лицом к комнате.

Они выжидательно смотрели на меня. Они нисколько не сердились, разве что Джейн. В конце концов, это были мои друзья; они знали меня и знали, что на меня иногда находит. Они меня жалели. У Кева опять плохое настроение, но вообще-то он хороший парень. Посидим с ним, а потом вернемся на танцы.

Мне ужасно хотелось взять их за шиворот и как следует встряхнуть.

— Мы с Сюзанной сейчас были у блэкстоуновской фермы, — начал я спокойным голосом. — Там поставили лазерные заграждения. И знаете почему?

— Наверно, туда Забирались мохнатики и дикие аркоровы, — предположил Марк.

Его спокойный равнодушный тон взбесил меня.

— Да не поэтому, идиот! — завопил я. — А потому, что там выращивают корень иммунола, и об этом никто не должен знать!

Миссис Эрншоу улыбнулась.

— Они не стали бы это скрывать. После всех ужасов Передающего Эффекта люди только обрадовались бы, узнав, что Организация создает запасы для следующего раза. Вполне разумная политика.

Я беспомощно посмотрел на Сюзанну. Она встала и подошла ко мне. Остальные немедленно принялись обсуждать Вернона Трейла и его планы культурного возрождения.

Сюзанна прижалась ко мне грудью, и я тут же посреди повального безумства пожелал ее. Она поднялась на цыпочки, и я почувствовал на своем лице теплое дыхание.

— Милый, их всех накачали наркотиком, — прошептала она.

И тут до меня дошло. Я удивился, почему не понял этого раньше. Празднество в «Клубе», массовая эйфория, безразличие людей, всегда очень живо реагировавших на происходящее, — классические симптомы большой дозы «Иммунола».

— Ты что-нибудь пила? — вполголоса спросил я.

Она покачала головой. Оживленный разговор за столом продолжался; Джейн смешивала новые коктейли.

— Послушайте меня, — громко сказал я.

— Пока ты не станешь говорить, как параноик, — ухмыльнулся Марк.

Я продолжал:

— Если Организация хочет подчинить поселок, освободить заложников без кровопролития и в то же время обеспечить бесперебойную трансляцию передач о Стренге, то самый простой способ — это накормить нас всех «Иммунолом». Нынешний урожай не созрел, но, наверно, на складах еще есть запас, которого хватит на один маленький поселок. На месте Организации я бы подмешал его в воду и в пищу.

Я наблюдал за их лицами.

— Звучит логично, — задумчиво заметила Джейн. — Ты хочешь сказать, что это и произошло? — Она указала на припасы на столе.

— По-моему, да. Разве вы все не чувствуете себя… необычно? Подумайте.

Они нехотя подумали.

— Мне очень хорошо, — признал Марк. — Думаю, это оттого, что я наконец нормально поел.

Остальные согласились, что чувствуют приятное возбуждение.

Я решил, что близок к победе.

— В таком случае все, что от нас требуется, это пить чистую воду — черт возьми, прямо под холмом течет идеально чистая речка — и питаться рыбой и всем прочим, на что Организация не наложила лапу.

— Зачем? — спросила миссис Эрншоу.

Я уставился на нее.

— Господи, да чтобы не наесться этого проклятого наркотика!

— Минуточку, — сказал Марк. — Минуточку, черт возьми! Иммунол безвреден и не вызывает привыкания. Если мне придется выбирать между хорошим самочувствием при хорошей еде и гнусным самочувствием при питании одной рыбой, я всегда выберу «Иммунол». Хватит об этом, Кев.

— Да ведь именно «Иммунол» заставляет тебя говорить так! Неужели ты не понимаешь, идиот?

— Возможно, ты прав, ну и что? Заложники тю-тю. Организация нас кормит. Все прекрасно. Никто ничего не может сделать… Никому ничего не нужно делать. Ради чего, собственно, нам отказываться от еды? Мы уже накачались наркотиком, так какая разница? А там, глядишь, в следующий раз привезут чистые продукты.

— Откуда такая надежда? Ты представляешь, каких размеров урожай зреет сейчас? Вся Галактика не может теперь рассчитывать на чистые продукты!

Он только улыбнулся… Мне стало дурно, я взял Сюзанну за руку и увел оттуда. Когда мы уходили, они обсуждали танцевальные па.

Остановившись на улице, мы снова услышали рокот из «Клуба». Неожиданно появились Алтея Гант с Синклером Синглтоном.

— Здравствуйте, мистер Монкриф… мисс Линкольн, — любезно приветствовала нас она. — Идете танцевать? Вечер обещает стать чудесным.

Сюзанна сжала мое запястье почти до боли.

— Мы как раз идем веселиться, — жизнерадостно ответила она. — Разве не здорово, что решены все проблемы? Мы с Кевом как раз говорили, что все так хорошо, что хочется петь… Мы, в самом деле, можем запеть. У себя дома, конечно.

Алтея Гант рассмеялась, Синглтон пробормотал что-то вежливое, и они зашли в домик, из которого мы только что вышли.

Сюзанна задумчиво посмотрела на меня.

— Кев, для гениального изобретателя ты иногда бываешь просто чудовищно туп. Ты чуть не выложил Алтея Гант все, что думаешь о ней, об Организации и партии напитков, которые они поставили. А теперь подумай, где бы мы оказались после этого. По-моему, нас скормили бы бронтомеху, размололи в питательные добавки и распылили по полям. Так что помалкивай пока, ясно? И притворяйся счастливым, чтобы нас не разоблачили.

На следующий день Сюзанна переехала ко мне.

По этому случаю я вспомнил, как Стренг объяснял тягу к древним традициям в новом, лишенном корней обществе: люди укрываются за старыми ценностями от окружающей неизвестности. Мне подумалось, что строгие, чуть ли не пуританские нравы аркадийских колонистов вполне укладываются в это объяснение.

Марк Суиндон и Джейн два года назад венчались в церкви. Его преподобие Энрико Бателли совершил обряд, практически не меняющийся уже много веков. В Риверсайде венчание — норма. Не то чтобы порицались внебрачные отношения, просто молчаливо предполагалось, что люди, которые вместе спят, должны вскоре дать обет перед нашим экстравагантным пастором.