Чтение онлайн

— Я… я рада, — слабым голосом произнесла Кэти.

— Твоя сестра Брайд разумнее Айлин, но мне не нравится, что она отвела тебе место заведомо на заднем плане. — Он нахмурился и заговорил, подражая ее матери: — «Кэти, принеси еще горячей воды! Кэти, подай булочки! Кэти, подойди к телефону!» Это продолжалось и продолжалось, и я просто пришел в ярость! Я подумал, что буду очень счастлив, когда вырву тебя из этого гнездышка женщин, которые тебя не ценят!

Кэти покачала головой и оттолкнула Себастьяна. Она посмотрела на него, пытаясь разогнать туман, застилавший ее глаза, пытаясь сделать свой взор ясным и понимающим.

— Ты плохо понимаешь, о чем говоришь, — мягко сказала она. — Не может быть, чтобы ты хотел на мне жениться, потому что для этого нет даже малейшей причины. И всего несколько дней назад ты сказал мне, что больше никогда не женишься!

— Я сказал, что никогда не женюсь так же, как женился в первый раз, — мягко поправил он Кэти. — То есть по любви и принимая во внимание обычные соображения! — Она почувствовала себя так, будто по оранжерее пронесся ледяной порыв ветра, и колесо у нее в голове остановилось. — На этот раз я, может быть, поступаю по-донкихотски, женясь на тебе, но, по-моему, мои мотивы выше всяких похвал. Мне больше не станут докучать эти активные молодые красотки, вроде твоей сестры Айлин… и их еще более активные мамы!.. А моя мачеха больше не сможет расписывать преимущества моего союза с португалкой. С тех пор как я овдовел, она пытается уговорить меня жениться на некоей молодой женщине, а я знаю, что из этого не выйдет ничего хорошего. — Его лицо стало спокойным и задумчивым.

Кэти пристально посмотрела на него.

— Но почему же? — спросила она, будто стремясь узнать все его секреты.

Он вздохнул:

— Потому что я не хочу себя связывать… связывать чувствами! Эта молодая женщина красива, полна жизни и вызывает всеобщее восхищение. Она наверняка пожелает вступить в нормальный брак. — Он вытащил из кармана портсигар, а потом вернул его на место. — Кэти, я, наверное, плохо объясняю. — Он снова сжал ее руки. — Ты не похожа на всех моих знакомых, и, по-моему, с тобой я могу быть счастлив. Ты можешь спасти меня от мрачного настроения, как это произошло в тот день, когда я сюда приехал, а я могу тебя достойно вознаградить. Твой отец нуждается в помощи. Обещаю, я все для него сделаю. Ему необходимо солнце, и он получит столько солнца, сколько мы сможем ему дать.

Она сглотнула слюну, внезапно ощутив острое унижение:

— Ты пытаешься меня купить, потому что со мной чувствуешь себя в безопасности.

— Может быть, — согласился он. — Но я надеюсь и на то, что ты поведешь себя разумно и не разочаруешь добрых друзей вроде леди Фитц. И своего отца… Он признался мне, что всегда хотел выдать тебя замуж раньше сестер, причем удачно выдать замуж, а теперь ты можешь вступить в очень удачный брак. — В речи Себастьяна не было хвастовства — он просто понимал, что его предложение выгодно и лестно для Кэти. — Ты станешь маркизой, избавишься от мелкой тирании, впервые в жизни сможешь вести себя, как хочешь и быть самой собой, а денег у тебя появится сколько душе угодно. И тебя не заставят вступить в какой-нибудь глупый брак с каким-нибудь глупым молодым человеком, который признается тебе в любви… да и на что тебе любовь? Она разобьет твое сердце, а потом все равно пройдет. Любовь, знаешь ли, именно такое чувство!

Он с задумчивым видом уставился на тонкие пальцы Кэти, которые все еще сжимал.

— Но это важный опыт, — прошептала она. — Разве человек, который не любил, не кажется… обделенным?

На губах Себастьяна промелькнула мимолетная, нежная улыбка.

— Моя милая Кэти, если тебя можно из-за этого назвать обделенной, то я предпочитаю ничего не менять! Я даже на этом настаиваю! А что касается меня, я покончил с любовью… навсегда! — Он говорил так, будто давал клятву. — Так что скажи, что согласна стать моей женой, пойдем к леди Фитц и моей мачехе и расскажем им о своих планах.

Кэти почувствовала, что ее начинает бить дрожь. Как он мог сделать ей такое поразительное предложение? Как можно предложить ей такую возмутительную вещь, как брак без любви? Даже не настоящий брак!.. И ожидать, что она придет в изумление от его богатства и, не раздумывая, согласится. Конечно, он плохо понимает, что делает… А потом… она подумала о своем отце, который разгадывает кроссворды, сидя в мрачном маленьком кабинете, во власти ее матери, которая почти не оставляет ему денег на карманные расходы, хотя постоянно покупает Айлин новую одежду. Она представила себе, как он набивает трубку, хотя табак ему вреден, и кашляет, все время кашляет… печально думая о солнце.

— Что бы ты сделал для моего отца? — услышала она собственный голос, который показался ей чужим.

— Я бы отправил его в длительный круиз… его и твою мать, если она захочет поехать с ним. Купил бы ему дом где-нибудь в солнечном местечке, где он бы слушал шум прибоя у золотистого пляжа и никогда больше не надрывался от кашля из-за тумана! И я сделал бы так, чтобы он не зависел от твоей матери в финансовом плане. У него тоже появились бы денег сколько душе угодно, и если бы он захотел, то смог бы нанять экономку. Твоя мать может пожелать посвятить себя Айлин и Брайд…

— Разве они не могут жить все… вместе? — услышала Кэти собственный голос. А потом закрыла глаза, потому что просила о невозможном. Все происходящее выглядело настолько нереальным, что ей казалось, будто она грезит.

Себастьян поднес ее руки к губам и нежно их поцеловал.

— Браво, Кэти! Ты поступишь разумно, да ты и не могла бы повести себя иначе! Я уже решил, что мы поженимся как можно скорее!

Леди Фитц обняла ее с жаром, видно было, как она рада. Лицо же маркизы де Барратейра осталось суровым и неподвижным. Пасынок уже подготовил ее к этому обручению, но после того, как оно состоялось, ей пришлось сдерживать свои чувства.

Когда Себастьян официально представил ей Кэтлин Шеридан, свою будущую жену, она только сказала:

— Надеюсь, вы станете хорошей женой, сеньорита! — А потом обратилась к Себастьяну: — Желаю тебе счастья, сын мой, но очень боюсь, что ты горько пожалеешь о том, что сделал! — После чего она с гордым видом вышла из комнаты.

Себастьян отвез Кэти домой, в Литл-Карриг, на машине. Все это было для Кэти как во сне. На ее шее до сих пор красовалось жемчужное ожерелье леди Фитц, потому что крестная отказалась принять его обратно, а алмазные пряжки черных атласных туфелек все еще блестели у нее на ногах. Может быть, именно при виде этого необычного наряда миссис Шеридан поняла, что сейчас ей сообщат нечто из ряда вон. Даже то, что ее дочь приехала в обществе маркиза, показалось ей не столь важным.

Она только что уложила Айлин спать, заставив принять две таблетки аспирина, потому что девушка хандрила весь вечер и у нее разболелась голова, а Брайд читала очень мрачную книгу какого-то русского автора. В гостиной с выцветшими стенами было на редкость неуютно, а огонь в камине едва тлел. Джеральд Шеридан только что просунул голову в комнату и сообщил, что он тоже ложится спать, когда Кэти повернула ручку парадной двери, которую никогда не закрывали на засов, и вошла в дом.

Следом за ней вошел маркиз, в теплом дорогом пальто свободного покроя. Его золотистые волосы засияли в слабых лучах люстры, горевшей в коридоре.