Чтение онлайн

Должно быть, мысли у них с Земцовым шли параллельным курсом. Тот, сидя рядом с озабоченной физиономией, вдруг сказал:

— Вы и теперь считаете, Павел Иванович, что я тогда зря твердил насчет неудобства выбора места?

«Что там считать, когда это был не я…» — уныло подумал Петр, а вслух сказал:

— Андропыч, если я буду посыпать главу пеплом и громогласно признавать ошибку, это чем-то поможет?

— Вряд ли…

— Вот видишь, — — пожал плечами Петр. — К тому же…

Они сидели, не поворачиваясь друг к другу, оба смотрели вперед, разделенные довольно широким пустым пространством, — и Петр отчетливо увидел возникшую вдруг в наклонном зеленоватом лобовом стекле круглую дырочку со змеившимися от нее лучиками трещин, а долей секунды позже ощутил легкое согрясение мягкого сиденья…

Еще мигом позже Земцов сбил его на пол и навалился сверху, что-то рявкнув водителю. Их бросило в сторону, к дверце — «мерс» заложил крутой вираж, мотор басовито взревел, вокруг послышались раздраженные гудки…

Из своего неудобного положения на полу Петр ничегошеньки не видел вокруг. Он оцарапал щеку об одно из барских удобств «пятисотого» — никелированную пепельницу на консоли меж передними сиденьями, мало того, ухитрился физиономией вырвать ее из гнезда и сейчас сопел, фыркал, пытаясь прочихаться, отплеваться от засыпавшего глаза и ноздри пепла. Земцов орал что-то в портативную рацию, машина неслась, как метеор, и у Петра отчего-то вертелась в голове не самая уместная в данный момент мысль: нужно будет дать втык шоферу, чтобы не забывал перед каждой поездкой вытряхивать пепельницу…

Тихонько скрипнули тормоза. Машина остановилась.

— Слезь ты с меня, наконец, — придушенно запротестовал Петр.

Земцов выпрямился, распахнул дверцу, вылез. Петр последовал за ним, сердито смахивая с пиджака невесомый пепел. Один из его собственных окурков угодил в нагрудный карман пиджака.

Машина стояла в довольно-таки безопасном местечке — на вершине Сторожевой сопки, неподалеку от заложенной некогда казаками исторической часовни, той самой, что, к вящей гордости шантарцев, украшала до сих пор десятирублевки. Рядом приткнулся «пассат», трое охранников вылезли и бдительно провожали взглядами проезжавшие машины.

Место, Петр оценил, было безопасное — с одной стороны крутой обрыв, с другой — асфальтовая двухрядка, заканчивавшаяся у часовни. Вряд ли кто-то моторизованный смог бы удержаться у них на хвосте, а то, что они здесь бросят якорь, опять-таки никто не мог предугадать…

Мельком глянув на кинувшегося к ветровому стеклу Земцова, он нырнул в машину, присмотрелся к сиденью. Конечно же, там зияла изрядная прореха. Вытащив перочинный ножичек — единственное, что у него осталось при себе от собственной жизни, благо никаких подозрений не вызывало, а дорого было как память, — Петр безжалостно, в два счета расковырял прореху. И вскоре держал меж большим и указательным пальцами слегка деформированную пулю — трудно было с ходу сделать выводы, на глазок провести безошибочную экспертизу, но больше всего она напоминала стандартный боеприпас к отечественному автомату «пять сорок пять на тридцать девять». Форма, нарезы — все за то…

Он молча продемонстрировал пулю Земцову. Тот, не особенно долго поизучав ее, пришел к тому же выводу:

— Похоже, пять сорок пять на тридцать девять…

— Значит, не «драгуновка»… — не подумав толком, бухнул Петр. Выругал себя — вряд ли белобилетник Пашка разбирался в таких тонкостях…

Но Земцов был чересчур взвинчен, чтобы удивиться неожиданным познаниям босса в области боеприпасов, он вообще не подметил странного. Попросту кивнул с задумчивым видом:

— Это точно, не «драгуновка». Автомат. «Семьдесят четвертый» классического образца или любая из последующих модификаций. К ним тоже нетрудно при желании присобачить оптику…

— А не надежнее ли было очередью полоснуть по лобовому? — спросил Петр, на сей раз не опасаясь возбудить недоумение у собеседника, — в конце концов, такой вопрос мог задать и сугубо штатский человек…

— Пожалуй что, — сказал Земцов, подбрасывая пулю на ладони. — Гораздо надежнее. Получается, рыжая права насчет предупреждения?

— Может, у него патронов больше не нашлось? — с дурацким видом спросил Петр.

— Павел Иванович… Уж если человек раздобыл автомат, то патронами как-нибудь да запасется… Тем более, если задумал такую пакость. Разживется обязательно. ТТ у него был с полной обоймой… Или вы полагаете, что их двое? Раньше был один, а сегодня хулиганил другой?

— Ничего я не полагаю, поскольку в данных вопросах совершенно не Копенгаген, — сказал Петр. — Это уж скорее ваша компетенция.

— Пуля шлепнула в стекло на Кондратьева, по-моему, напротив магазина, — сказал Земцов. — Автомат вполне мог оказаться и без глушителя — там третий день чинят второстепенную дорогу, отбойные молотки грохотали так, что можно было гранату швырять, все равно никто не встревожится…

— И строечка там, на углу Кондратьева и Гайдара, — сказал шофер, до того дисциплинированно молчавший. — Какое-то ученое заведение, то ли второй корпус университета, то ли что-то подобное. Его по причине безденежья третий год как законсервировали напрочь, а площадка обширная…

— Точно. — кивнул Земцов. — Вполне мог шмальнуть этажа со второго и убраться незамеченным. Туда алкаши лазят, бичи собираются, даже приличные прохожие из-за отсутствия туалетов сплошь и рядом пописать на стройку забегают.

«Молодцы вы у меня, — подумал Петр. — В два счета нарисовали всю потребную диспозицию, разобъяснили с толком, где покушавшийся мог со стопроцентной вероятностью засесть и каким путем убраться после выстрела, не вызвав подозрений. Люблю профессионалов. Вот растолковали бы еще, кто это на меня ополчился и отчего? Не может же Пашка совершенно не догадываться? Но Пашка — неведомо где, а этому скоту, что балуется с огнестрельным оружием, не объяснишь, что палит он по безвинному двойнику».

Земцов взял его под локоть, решительно отвел к обрыву. Перед ними, насколько хватало взгляда, раскинулся необъятный Шантарск, кое-где опоганенный густыми индустриальными дымами. Далекие сопки на том берегу казались сизыми из-за смога.

— Это не похоже на утечку, — негромко сказал Земцов. — Рядом с Толей все время был мой парень, он успел сказать, что у Тольки просто не было физической возможности с кем-то связаться — ни мобильника в руках, ни рации. Он выслушал Жанну, сразу сел в машину, выехал во двор…

— С Жанной — аналогично, — столь же тихо ответил Петр. — Я стоял рядом, когда она связывалась с Толей. Потом в приемную поднялся охранник и мы уехали. Ну, предположим, после моего ухода она все же брякнула кому-то… Нет, наш стрелок ни за что не успел бы занять позицию. Не хватило бы ему времени. Может, он, сволочь, заранее засел на стройке? Правда, мы еще не уверены, что стреляли все-таки со стройки… Вы туда отправили вторую машину, а?

Земцов кивнул:

— Пусть пошарят. Была предварительная договоренность — если на маршруте что-то случится, действовать, как обговаривалось… Если… — он всмотрелся в приближавшуюся белую «шестерку», досадливо передернул плечами. — Легка на помине. Определенно поставила хвосты…