Чтение онлайн

В нужный час я стояла на вокзале: не на перроне с розами, как хотел Л, а просто подпирала колонну внутри вокзала. Я ж не дура на морозе этого индюка встречать. 25 февраля как никак. Звонок с возмущением, а где я. Потом — куда идти? И вот сам момент.

Честно, это было крайне неловко. Он спускался на эскалаторе, я стояла у него на виду и уперто отводила взгляд в другую сторону, так как… ну, неловко! Улыбка еще эта до ушей. Последние шаги и все так странно. Обнялись. Отражение в зеркале. Сразу заметка в голове, что он потолстел, а я страшненькая. Напускное веселье, чтобы сбить растерянность. И вот мы уже идем по Минску и вновь болтаем о всякой ерунде. Я ною, что хочу кушать, он соглашается, но ноет, чтобы недалеко… Ага, я уже давно положила глаз на одно дорогое заведение и целенаправленно тащила его туда. Этот лопух снова одет вообще не по ситуации: какая-то байка и джинсы.

— Ты серьезно? Ты что, не знал, куда едешь?

— Я специально так оделся, чтобы было меньше соблазна куда-нибудь влезть.

Позавтракали мы красиво, но довольно скромно (я все же пожалела его бюджет). Я уже была довольна, и мы могли идти гулять. Тут всплыло, что погода холоднее, чем мой пуховик без шарфа и шапки, однако, о чудо, у Л в портфеле лежали ненужные перчатки, а шапку он отдал свою. Все бы ничего, но соль была в том, что это был недавний подарок Ж. Л хотел отдать мне их насовсем, ибо они «стремные, фу», но я не взяла.

Мы гуляли очень много, делали огромные непонятные круги. Купили мне блокнотик (здесь просто должна быть моя счастливая мордашка) в классном месте. Посетили какие-то ярмарки, открытые выставки, погуляли по торговым центрам и вернулись в одно место, которое заметили еще утром — гриль-бар «Бывшие». Можно ведь даже не объяснять почему мы решили туда сходить? Заведение находится в подвальном помещение. Там приглушенный цвет, роскошные диваны и абсолютно нет людей. При входе, когда снимали верхнюю одежду, мы смеялись и на вопросительный взгляд персонала объяснили, что являемся как раз бывшими.

— Наше заведение на это и нацелено, — как-то неоднозначно ответила улыбающаяся девушка-хостесс.

Конечно, это услышал и другой персонал и их это тоже развеселило. И так как мы были единственными интересными (можно и без последнего) посетителями, то они стали совсем «незаметно» наблюдать за нами. Сначала все было просто и обычно, но потом мы сели с Л в полуобнимку. Не знаю почему, просто так хотелось и было удобно. Это ничего не означало для нас, но похоже многое значило для персонала. Их глазки заблестели, ротики зашептали. Вот уж где сплетники.

Перед уходом решили зайти в туалет, а он оказался навороченный и с совмещенными раковинами. Да еще и какими! Прямо на зеркале проектировались различные видео! Мы на них и загляделись. Я еще долго пыталась сфотографировать «экран» или снять на видео… В общем, в туалете мы проторчали минут десять. Выходили мы уже просто под откровенно кричащие взгляды и ухмылки персонала, который специально переместился за другую стойку, от которой виден вход в уборную. Я делаю это всегда на автомате, но тут это явно было лишнее: я стала поправлять волосы — и брови официантов довольно взметнулись.

— Доброго вам вечера, — я видела по глазам, как хостесс, которая нас провожала, хотела ехидно добавить «бывшие».

Мы очень долго хохотали с этой ситуации. Это было действительно смешно и забавно. Это заведение явно стало в топ любимых и обязательных для посещения «наших» мест.

Мы отправились гулять дальше. Я откровенно пыталась крутить его на деньги, а он, зараза, не поддавался и только смеялся с этого (а потом я с него, когда у него они закончились). Зашли в еще одно место покушать, на вокзал, снова по городу… Когда Л уезжал, мой шагометр показывал отметку в двадцать один километр. Вот сколько мы бродили, столько мы и болтали. Бесконечно вспоминали былое, какие-то мелочи. Отпустили миллион шуток про то, какие же мы странные и крутые бывшие. Как нам вдвоем весело и повезло друг с другом.

На вокзале мы довольно улыбаясь попрощались.

Я тогда точно убедилась, что предана одному человеку, и мои чувства к Л нельзя охарактеризовать никак иначе, как дружба. Чтобы мы не делали, какими бы «романтичными» со стороны не казались (особенно, когда он грел мои замершие щечки), а друзья из нас действительно лучше, чем возлюбленные.