Чтение онлайн

В конце концов он уступил им, но уже через неделю после этого он привел меня к себе домой. Я совершенно не соответствовала их стандартам. Девушка, привыкшая работать, без денег, безумно любившая своих родителей. Его мать была очень недовольна. Но чем больше она сетовала, тем чаще он повторял, что любит меня.

Фрэнки попыталась прожевать паштет.

— Мне хотелось верить в него. Верить в нас. Мне было двадцать лет. Хотелось жить большой яркой жизнью в самом лучшем городе мира. Иметь красивого мужа, который от меня без ума. Но потом мои родители умерли, и мы отложили свадьбу. А через некоторое время я стала замечать в наших отношениях трещины. Я не сомневаюсь, что Дэвид, по-своему, искренне любил меня. Но в то же время меня использовал. Думаю, если бы ситуация в моей семье не изменилась, он бы женился на мне. Просто он не был готов склеивать осколки, оставшиеся от жизни моей семьи после смерти родителей, и растить подростка. Когда я вернула ему кольцо, он испытал колоссальное облегчение.

Фрэнки неловко засмеялась, как будто сама удивилась своей откровенности.

— Но, по крайней мере, он навсегда излечил меня от фантазий о прекрасном принце.

Теперь богатые мужчины меня совершенно не привлекают. После того, чем закончилась история с Дэвидом, и, учитывая, что я старательно угождаю им в своей ежедневной работе, я окончательно утвердилась в этом.

— Не все отпрыски богатых семей так уж плохи, — заметил Нейт.

— Верно. Но после того, как мне пришлось испытать на себе крайнее неодобрение родных одного богатого мужчины, я сомневаюсь, что снова захочу оказаться в подобной ситуации. Я слишком взрослая девочка, чтобы терпеть всю эту чушь.— Тут я вас понимаю. — Нейт взял стакан с водой. — Вам нравится большой город?

— Нью-Йорк? Господи, конечно. Я люблю его, и не только его гламурную часть. Мне

нравится, как пахнут тележки уличных торговцев. Ну, вы знаете. Тех, которые продают жареные орешки.

Он кивнул.

— А когда гуляла вечерами по Пятой авеню, я видела, как на боковой улице при свете уличных фонарей вспыхивают какие-то искорки, вроде слюды или кварца. Мне нравится суета машин и крики водителей. Звуки клаксонов. Я люблю Таймс-сквер со всей ее толчеей и огнями.

— Она резко оборвала рассказ, как будто почувствовала себя виноватой за то, что получала от

этого удовольствие.

— Вы часто туда ездите?

— Нет. Хотя я до сих пор иногда мечтаю о том, чтобы переехать туда. А это смешно.

— Почему?

— Этого никогда не будет.

— Почему не будет?

Брови Фрэнки сдвинулись, рот вытянулся в тонкую линию.

— Во-первых, из-за «Уайт Кэпс». И из-за моих родных, я нужна Джой.

— Но ей уже больше двадцати, если я не ошибаюсь. Она взрослая, а значит, вы свободны.

Что держит вас здесь?

Она помахала рукой в воздухе, словно его слова были дымом, который она могла отогнать.

— Давайте сменим тему.

— Почему?

— Потому что вы мой шеф-повар, а не психотерапевт. — Говоря это, Фрэнки взяла бутылку с вином и, по-видимому, немного удивилась, когда оказалось, что она почти пуста. Она посмотрела на свой полный стакан. — Не хотите попробовать?

Нейт пожал плечами:

— Я не большой любитель алкоголя. Он хорош в соусах и для очистки вкусовых рецепторов. В остальных случаях я его избегаю.

Фрэнки снова откинулась назад и с любопытством посмотрела на него.

— Есть какая-то особая причина?

— Мой отец — пьяница.

Ее брови сочувственно опустились.

— Да. Смешанный запах спиртного, особенно если там присутствует виски, напоминает мне об этом, поэтому я его не переношу.

— Вы совсем не видитесь с отцом?

— Он умер почти пять лет назад.

Она положила вилку.

— Мне жаль.

— А я, честно говоря, до сих пор не могу понять, жалею ли я о нем.

Фрэнки задумчиво рассматривала его.

— А ваша мать?

— Я не могу с ней долго общаться. К счастью, мой брат готов удовлетворять все ее требования. Он присматривает за ней, слава богу.

— Она болеет?

— Здорова как лошадь. Но она никогда не могла сама о себе позаботиться. Независимо от того, сколько денег тратила ежемесячно.

Фрэнки водила вилкой по тарелке. Ее лицо выражало полную сосредоточенность, как будто она пыталась формулировать сложный вопрос.

— Вы были женаты? — резко спросила она.

— Нет.

Она положила в рот картофельное пюре.

— Вы говорите таким тоном, как будто брак — это что-то отвратительное.

В груди Нейта снова кольнуло, и он бросил быстрый взгляд на детей, сидевших за стойкой.

Он думал о Селии. О той женщине, на которой чуть не женился, когда она забеременела. О той женщине, которая лишила его ребенка, отправившись в клинику и прервав беременность.

Беременность, которая принадлежала им обоим.

— Вы хотите что-нибудь на десерт? — спросил он. Еда его больше не интересовала.

— И вам не хочется обзавестись семьей? Когда-нибудь?

— Не-а. — Он уже попробовал, и так сильно обжегся, что теперь не мог выносить присутствия детей.

— Вы когда-нибудь были влюблены?

— Мне кажется, мы собираемся стать друзьями, — угрюмо произнес он. — Тогда к чему такие личные вопросы?

— Просто я любопытная. Большинство людей хотят когда-нибудь жениться, осесть где-то, завести...

— А я нет.

Последовала пауза. Фрэнки, судя по всему, пыталась переварить его слова.

— Хотите забрать это с собой?

Она посмотрела на свою полную тарелку.

— Джорджу понравится, — согласилась она.

Нейт подозвал официантку и поспешил расплатиться, прежде чем это смогла сделать Фрэнки. Когда они встали, чтобы уйти, она окинула взглядом Дэвида и его дочерей. По пути к выходу она помахала им рукой.

Они с Нейтом направились к «хонде». Из-за того, что беседа затронула их прошлое, обоим стало как-то неловко. Рядом с «хондой» стоял большой блестящий «Мерседес-Бенц».

— Лучше поведу я, — сказал Нейт.

Фрэнки бросила ему ключи и посмотрела на шикарный седан.