Чтение онлайн

– Молчать, – перебил её Уиндэм. Голос его не повысился ни на йоту, но в кабинете воцарилась мертвая тишина. – Я разберусь с вами позже. А сейчас – вон.

– Но Рет…

– Я тебя услышал, Мистраль. Рэннальф, уведи сестру.

– Ну нет, – мужчина поднял вверх руки, – я не хочу, чтобы она вынула мне глаза.

Девушка ехидно улыбнулась.

– Я ограничусь тем, что оторву твой…

– Молчать, – снова почти шепотом вмешался Уиндэм.

Мужчина, которого назвали Рэннальфом, схватил маленькую фурию за воротник и вытянул из кабинета, захлопнув за собой дверь. Уиндэм просверлил дверь взглядом, а затем медленно опустился в кресло и снова поставил пальцы домиком.

Только сейчас Сэмэр очнулась от оцепенения. Его зовут Рет? Как-то она не допустила раньше, что у него может быть вполне человеческое имя.

– Рет? Как Ретт Батлер? – спросила девушка, осмелев.

– Нет, – ответил он, выходя из задумчивости и снова обращая прямой взгляд на Сэм. – Рет, как Гаррет Уиндэм.

Гаррет давно привык к этому вопросу и отвечал на него, не особо задумываясь. Женщины часто его задавали. Им такое сравнение казалось романтичным.

Рет устал. Всё шло кувырком. И начались неприятности с того, что его экономка вышла замуж и уволилась. Это существенно пошатнуло картину мира. Он был готов к предательству жены (теперь уже бывшей), даже благоразумно составил брачный контракт. Но к предательству миссис Кларидж, ныне миссис Кларк, Гаррета жизнь не готовила. Уже пару недель он пребывал в аду. Устоявшаяся жизнь сделала кувырок.

Голова не переставала болеть с самого утра, у Троя разболелся зуб и пришлось срочно везти его к врачу, звонить в школу и искать няньку. Потом Маркус напортачил с собеседованием. И сейчас выяснилось, что он, Гаррет, настолько потерял бдительность, что позволил Рэннальфу обвести себя вокруг пальца.

Ему срочно нужна экономка. Он не может ждать дольше, пока его мир катится в пропасть. Кто-то должен кормить Троя нормальной едой, а не сухими завтраками и китайской лапшой. Если Гаррету и дальше придется нести на своих плечах все проблемы, головная боль перерастет в постоянную мигрень. Он не собирался нанимать эту кареглазую девицу с пирсингом, но выбора ему, похоже, не оставили.

– Мисс Макферсон, – обратился он. – Как вы ладите с детьми?

Сэмэр открыто встретила его взгляд. Гаррет уже заметил, что после первого потрясения она перестала бояться его глаз. Жаль. Природа наградила его сильным оружием, и Рет хорошо научился им пользоваться. Замкнутому, болезненному подростку, каким он был, больше ничего не оставалось. У него не было ни обаятельной мордашки среднего брата, ни исполинских габаритов младшего.

– Общение с детьми будет входить в мои обязанности? – спросила девушка.

– У меня сын. Ему восемь лет. Это необходимо учитывать, раз вы хотите получить эту работу. Его нужно провожать в школу и встречать из школы, если этого не могу сделать я. Так же требуется находиться с ним дома, если я на работе. Лучше будет, если вы переедете к нам, у нас есть комната, в которой жила прошлая экономка. Вас это устроит?

Сэмэр не могла в это поверить. Еще утром она думала, где взять деньги, чтобы заплатить за комнату, а сейчас ей предоставляют работу, жилье и еду. И он еще спрашивает?

– Да, – быстро ответила она, пока мистер Уиндэм не передумал. – Всё замечательно.

– В таком случае можете собирать вещи. Я попрошу юриста составить контракт, и как только он будет готов, вы сможете приступать к выполнению обязанностей. Попросите Маркуса написать вам мой адрес и номер телефона. Связываться будете напрямую со мной. Мы живем в Вестминстере.

Ну конечно. Где еще мог жить такой человек? Только в Вестминстере.

Он встал из кресла, что означало, что Сэмэр пора откланяться. Она прошла к двери, взялась за ручку, но Уиндэм её окликнул.

– Мисс Макферсон, – он обошел стол и остановился на расстоянии вытянутой руки от Сэм, протягивая ей новую, хрустящую купюру.

– Это зачем? – непонимающе уставилась она на деньги.

– Аванс. Купите себе пальто. На улице январь.

Черт. Эти прозрачные глаза ничего не упустили.

Через два дня Сэмэр вышла на станции Вестминстер, протолкалась через толпу туристов и вскоре очутилась на задних пустынных улочках района. Вдоль зданий из красного кирпича и серого камня стояли машины, но людей здесь не было. Все они остались там, возле Башни Елизаветы и Вестминстерского дворца. Сэм остановилась рядом с одним из серых домов с белыми оконными рамами и сверилась с записями.

Всё верно, осталось только подняться на четвертый этаж. Вряд ли в этом старом доме будет лифт, а чемодан весит тонну, но вариантов не было, сильных мужчин поблизости не наблюдалось.

Преодолев восемь бесконечных пролетов, Сэм, запыхавшаяся и мокрая от пота, позвонила в дверь. Открывать ей не очень торопились. Может, стоило позвонить, перед тем как тащиться через полгорода? Сейчас день, мистера Уиндэма скорее всего нет дома, да и ребенок в школе, если только она что-то понимала в детях. Сэм тяжело вздохнула и прислонилась лбом к двери, когда услышала приглушенный детский голос с той стороны.

– Кто?

Сэмэр отпрянула и насторожилась.

– Новая экономка. И няня, – громко сказала она и прислушалась.

– Как зовут? – спросил голос.

А ребенок не глуп.

– Сэм Макферсон, – ответила она.

– Какого цвета глаза? – продолжался допрос.

Сэм ухмыльнулась.

– Всю жизнь были карие.

– Годится, – одобрил мальчик. – А волосы?

– Белые. Короткие.

– Мимо. Папа сказал, платиновые.

– Платиновый – это оттенок блондина, – объяснила Сэм закрытой двери, удивляясь тому, что Уиндэм разбирается в колористике.

Дверь приоткрылась на пару дюймов, и на Сэм уставился светло-серый глаз.

– Ладно, убедила, – заключил мальчик и распахнул дверь.

Сэм удивленно смотрела на него. До этого она не пыталась представить себе ребенка Уиндэма, но то, что увидела, всё равно удивило. Мальчик был высоким, крепким и выглядел старше своих лет, с большими ладонями и взрослым размером ноги. В лице было видно фамильное сходств, но не та утонченность, присущая его отцу.

– Я Трой. Не надо на меня так смотреть, – буркнул мальчик и, взяв тяжелый чемодан, втащил его внутрь. – Я похож на дядю Идена. Папа в моем возрасте был маленьким и тощим.