Чтение онлайн

– Большая жирная война, Тавос. Вот зачем мы сюда пришли.

– Сержант, они оказались не особо крутыми.

– Ну, они ничего не ожидали. Думаешь, мы будем устраивать засады на всем пути до Летераса? Тогда подумай еще. – Хеллиан сделал сразу два глотка, вздохнула, сердито поглядев на Урба: – Как скоро они начнут устраивать засады нам? Вот почему я хочу ехать верхом – мы обгоним дурные вести, насколько сможем. Тогда мы сами будем дурными вестями, так? Да уж, я так и думаю.

Капрал Рим подошел к Урбу. – Сержант, мы собрали двенадцать лошадей.

– Каждому хватит, – сказала Хеллиан. – Идеально.

– А по моим расчетам, – прищурился Рим, – кому-то придется ехать вдвоем.

– Как скажешь. А теперь оттащим тела. У них есть монета? Кто-нибудь проверял?

– Немного, – ответил Навроде. – По большей части полированные камешки.

– Полированные?

– Сначала я подумал – для пращей, но ни у кого нет пращей. Так что это просто полированные камешки, сержант.

Хеллиан отвернулась. Солдаты пошли оттаскивать трупы. Удача Опоннов – найти эту крепость, в которой не было никого, кроме свежего покойничка – летерийца. Помещения обчистили, хотя кое-где сохранилась пища. Ни капли вина или пива – на ее взгляд, полнейшее доказательство, что здешняя империя – полная и бесполезная каша и ее стоит разнести по кирпичику.

Тем хуже, что им так и не представляется случай это сделать.

«Но ведь неправильно понимать приказы – это же бывает выгодно? Так что давайте охотиться за эдурскими головами». Проклятие, какая тьма. Магам – то легко. И этим серокожим. – Урб, – сказала она тихо.

Тот осторожно подошел ближе. – Хеллиан?

– Нам нужно устраивать засады на закате и на заре.

– Да. Совершенно верно. Знаете, я рад, что наши взводы соединены.

– Конечно рад. Ты меня понимаешь, Урб. Знаешь, ты единственный. – Она вытерла нос тылом ладони. – Грустная вещь, Урб. Очень.

– Какая? Убийство Тисте Эдур?

Она недоуменно моргнула: – Нет, тупица. Тот факт, что меня никто не понимает.

– Да, Хеллиан. Трагично.

– Так и Банашар мне говорил, не слушая, что я говорю в ответ. Он просто поглядит на меня, как ты сейчас, и скажет: «Трагично». И что это значит? – Она потрясла фляжку. – Наполовину полна, еще глоток – и будет убывать, а мне нужно бы, чтобы прибывало. Тут надо быть точной: вдруг случится ужасное и пополнить будет негде? Идем, пора ехать.

– А если мы напоремся на отряд летерийцев?

Хеллиан нахмурилась: – Тогда сделаем как учил Кенеб. Переговорим.

– А если им наши слова не понравятся?

– Тогда убьем всех, разумеется.

– Мы едем к Летерасу?

Она усмехнулась Урбу и постучала пальчиком по своей порядком уже онемевшей голове: – Я научилась визузали… визуадли… карту. Города, Урб. Чем ближе мы к Летерасу, тем их больше. Что есть в городах? Таверны. Бары. Так что перед нами прямой, предсказ-зуемый путь.

– Мы будем вторгаться в Летер от кабака к кабаку?

– Точняк.

– Хеллиан, мне не хочется признавать… но это чертовски умно.

– Да. И на этом пути мы будем питаться хорошо приготовленной едой. Вот цивилизованный путь завоевания империй. Путь Хеллиан.

Трупы присоединились к одинокому Эдур в выгребной яме. Их, полураздетые, избавленные от всего мало-мальски ценного, спускали по крутому, скользкому склону. Яма оказалась глубже, чем казалось – она проглатывала трупы, не поперхиваясь.

Малазане бросили вслед телам полированные камешки.

И поскакали по темной дороге.

– Похоже на путевую станцию, – прошептала капитан.

Клюв прищурился. – Я чую лошадей, сэр. В том длинном здании.

– Конюшни, – кивнула Фаредан Сорт. – Там есть Тисте Эдур?

Клюв покачал головой: – Темно-синий Рашана – это по большей части их цвет. Не такой глубокий, как Куральд Галайн. Они называют его Куральд Эмурланн, но у этих здешних, у них мутная пена на синеве, как на волнах гавани. Это хаотическая сила. Больная сила. Она подобна боли, если боль бывает хорошей, мощной. Я не знаю. Мне эти Эдур не нравятся.

– Так они там есть?

– Нет. Я имел в виду континент, сэр. А тут просто летерийцы. Четверо. В домике около дороги.

– А магия?

– Только чары.

– Нужно украсть четырех коней, Клюв. Ты сможешь заколдовать летерийцев?

– Серая Свеча, да. Но потом они очнутся, поймут.

– Да. Предложения?

Клюв был счастлив. Никогда он не бывал так счастлив. Капитан спрашивает его совета! Просит предложений. Указаний. И это не формальность. «Я ее люблю». Он закивал, приподнял шишак, чтобы почесать макушку, и ответил: – Не обыкновенные чары, сэр. Кое-что гораздо сложнее. Закончу Оранжевой Свечой.

– А это…

– Телланн.

– Будет заварушка?

– Нет, капитан. Если мы возьмем всех лошадей.

Он видел, что она изучает его. Интересно, что же видит? Трудно прочитать выражение ее сурового – но прекрасного – лица. Глаза тоже ничего не выдают. Он любит ее, да, но он также немного побаивается Фаредан Сорт.

– Ладно, Клюв. Где мне нужно быть?

– В конюшнях, приготовить всех лошадей, двух можно оседлать. О, и взять еду на двоих, побольше.

– И как сделать все это, не подняв шума?

– Они ничего не услышат, сэр. По правде говоря, вы можете подойти и в дверь постучать, и они не услышат.

Она все еще сомневалась. – Значит, я могу идти к конюшням не скрываясь, прямо сейчас?

Клюв кивнул и расплылся в улыбке.

– Боги, – шепнула она. – Вряд ли я когда-либо привыкну…

– Мокра захватит их разум, сэр. У них нет защиты. Думаю, их никогда раньше не зачаровывали.

Она двинулась низко пригнувшись, воровато перебегая – хотя все это было излишне – и скоро оказалась около конюшен.