Буря
Шрифт:
Вернувшись к делам с того места, на котором я вчера закончила, я просмотрела документы с удвоенной энергией. Что-то там должно было быть, что приведёт нас к Саммер.
Много часов спустя папа положил руку на моё плечо. Я посмотрела на него глазами, затуманенными от недостатка сна и долгого смотрения в монитор.
Он нахмурился, сведя брови.
— Ты вообще прошлой ночью спала?
— Немного, — призналась я.
Он развернул моё кресло к нему и указал на дверь.
— Ты сейчас пойдёшь на обед и немного отдохнёшь. Я не хочу видеть тебя здесь до окончания ужина. И завтра ты возвращаешься к тренировкам.
— Но…
— Никаких «но», — он поднял меня на ноги и нежно пихнул к двери. — Иди на улицу. Подыши свежим воздухом.
Когда папа приказывал, отказать было невозможно. Я покинула центр безопасности и вышла из здания через главный вход, решив бесцельно побродить по лужайке. Солнце было слишком ярким после нескольких часов, проведенных в помещении без окон, поэтому я вошла в лес и позволила землистому запаху окутать меня.
Образы Саммер, запертой в клетке, постоянно мелькали в моей голове, наполнив меня беспомощной яростью. Я побежала, но неважно как быстро я двигалась, я не могла сбежать от своего гнева и раздражения.
Я остановилась и упала на колени в сырой мох, не волнуясь о влаге, пропитавшей мои джинсы. Запрокинув голову к пологу ветвей, я сморгнула жалящие слёзы. Я не хотела плакать. Я хотела ярости. Я хотела кричать, что-то ударить, сделать хоть что-то, а не ждать новостей. Никто не произнёс этого вслух, но я знала, чем больше времени проходило, тем меньше становились наши шансы на её нахождение.
Саммер нуждалась во мне, а я была бесполезна для неё. Я не была воином, как папа, и я не могла путешествовать как мама или делать вещи, которые она умела. Горький смешок сорвался с моих губ. Я даже не могла использовать свою собственную магию. Впервые с того дня, когда мне было пять лет, я нуждалась в ней, и я понятия не имела как вызвать её.
Закрыв глаза, я заглянула глубоко внутрь себя, но не увидела никаких следов сияния, которые были во мне в «Синем Никсе». Я даже почувствовать свою магию не смогла. Эльдеорин сказал, что я сама заперла её. Если это было правдой, то значит и должна быть способна выпустить её. Проблема состояла в том, что я не знала как её найти.
Я вспомнила тот вечер, проигрывая в памяти ощущения от выпитого Глаена. Я чувствовала тепло и легкость, и беззаботность. А сейчас я была вовсе не беззаботна, и никакое притворство не изменит этого.
Но кое-что могло помочь. Я встала и направилась к дому. Мой темп убыстрялся с каждым шагом. Голос сомнений в голове говорил, что идея была плохой, но он был поглощен голосом мамы, рассказывающим нам о каплях крови Саммер рядом с уничтоженным телефоном.
Дома никого не было, за исключением импов и Бронте. Димитрий был на уроках, а мама с утра отправилась с визитом к оборотням-ягуарам и к стае в Монтане. Папа, вероятней всего, до сих пор был в центре безопасности, следил за ходом поисков Саммер.
Я открыла дверцу шкафчика над холодильником и взяла бутылку Глаена. Поставив её на столешницу, я нашла стакан примерно такого же размера, какой у меня был в «Синем Никсе», и поставила его рядом с бутылкой.
Писк привлёк мой взгляд к импам. Они стояли на кофейном столике и с интересом наблюдали за мной. Я подняла бутылку и покачала головой.
— Нет, вам нельзя. Это вещество только для фейри. Для демонов оно яд. Понятно?
Их глаза округлились, и они закивали. Я была уверена, что мама говорила им не прикасаться к Глаену, но я хотела закрепить эти сведения. Импы готовы были есть всё что угодно, а если им говорили что-то не трогать, это лишь ещё больше распаляло их любопытство.
Я открыла бутылку и налила немного жидкости молочного цвета в стакан. Когда я подняла стакан и уловила аромат, мой рот наполнился слюной от воспоминания о первой пробе.
— За Саммер, — сказала я и осушила весь стакан.
Приятное тепло растеклось по мне. Я слизнула каплю с губ и улыбнулась импам.
— Один выпит.
После второго стакана, моё тело ощущалось таким лёгким, что я подумала, что взлечу к потолку.
Беспокойство и страх, душившие меня со вчерашнего дня, улетучились после третьего стакана.
— Этого должно хватить.
Я поставила стакан и стала ждать, когда появится сияние. Прошло несколько минут, но ничего не произошло.
Я постучала пальцем по губам и уставилась на стакан. Может быть, он был меньше, чем тот, что был у меня в баре. Чтобы всё было наверняка, я наполнила ещё один стакан и выпила его. Потом подождала. И ещё подождала, и ещё…
— Где сияние? — спросила я.
Импы затараторили между собой. Оруэлл вскинул руки и пожал плечами.
Я плотно сжала губы, поставила бутылку обратно в шкафчик и ополоснула стакан. Что я сделала не так? Может быть, этот Глаен был не такой крепкий, как в клубе. Или, может быть, это вовсе не был Глаен. Эльдеорин, наверное, что-то сделал со мной и соврал про Глаен, чтобы убрать мой страх и высвободить мою магию.
Я скрестила руки и фыркнула.
— Я выпила половину маминого Глаена впустую.
Элиот, Оруэлл и Верн скрестили руки и солидарно пискнули.
Я проверила время на телефоне. Папа приказал мне держаться вне центра безопасности до окончания ужина. Прямо сейчас ужин накрывают в столовой.
Я вышла на улицу, где меня поджидали Хуго и Вульф. Они подбежали ко мне, принюхались и попятились назад. Я предположила, что им не понравился запах Глаена. Они сопроводили меня почти до главного здания, но держались почти в двух метрах от меня всё время.
В животе заурчало, когда я пересекла лужайку, и я попыталась вспомнить, когда ела в последний раз. Это был завтрак? Наверное, сначала мне надо всё же поужинать.
Я вошла в здание и направилась на шум голосов и клацанье приборов в столовой. Я пошла сразу же к сервировочным столам и наполнила тарелку — толстый кусок прайм-рибая, запеченный с розмарином картофель и масляный ролл. Почти два дня у меня не было аппетита, а сейчас я была дико голодна.
— Дэни, — позвал меня Димитрий, когда я стала искать столик.