Чтение онлайн

Стейр нехотя кивнул и отвел взгляд.

– Обещаешь?

Он поднял правую ладонь:

– Обещаю.

– Вынь руку из-за спины и пообещай снова.

Хитрец, думал, не догадаюсь о скрещенных пальцах. Получив честную клятву, закинул рюкзак на плечо и сказал:

– Пока меня не будет, расскажи все Лоре. Она имеет право знать правду.

– Макс?

Я остановился и обернулся. Бывшая шагнула ко мне и крепко обняла, дрожа как осинка на ветру. Это мы успели привыкнуть ко всякой сверхъестественной дичи, а девушка до сих пор пребывала в жутком шоке от увиденного. Ничего... Скоро все это останется лишь воспоминаниями.

– Скоро буду. Остерегайтесь медведей.

Ребята сдавленно улыбнулись. Я достал из кармашка наушники, всунул в смартфон и выбрал трек Omega "The girl with the pearl's hair". Песня - хоть в петлю лезь, но не Леди Гагу же слушать в сложившейся ситуации. Загребая носками кроссовок прошлогоднюю листву, вслушивался в слова и размышлял о былом и грядущем.

Oh that girl with pearls in her hair

Is she real or just made of air

Life went on as before

Man would live once more.

Кем была Чарли на самом деле? Этого мы уже никогда не узнаем. Вряд ли сведущие люди, найдись такие, захотят выложить перед нами все карты. Джон точно не изменит своим заговорщицким идеалам и будет верить в ее внеземное происхождение. Как отреагирует Лора, не знаю, но наверняка выдвинет свою теорию. Потому что больше всего на свете мы любим искать объяснение всему неведомому и непонятному, а если не получается - приписываем ему божественную природу.

Так повелось испокон веков. И так на самом деле проще, ведь неизвестность рождает страх. Очень удобно думать, что верхом на тучах катается Зевс-громовержец и мечет сверкающие копья только в тех, кто себя плохо ведет. А если принесешь ему жертву, то не тронет, или даже одарит каким-нибудь ништячком вроде дождика в засуху.

Но я не хотел знать правду. Пришелец ли Чарли с далеких звезд или жертва генетических экспериментов, для меня она навсегда останется перепуганной до смерти чумазой бродяжкой, вломившейся в дом в последний вечер августа. Я хочу помнить ее именно такой. Как она ела яйца со скорлупой, как черпала хлопья горстями, как вынудила мыть ей голову, как без спросу залезла ко мне под одеяло, как довела до обморока миссис Шелберг, как разнесла на атомы телек, как кричала "кушать!" и хлопала ресницами, не понимая ни слова.

За жалкие три дня она стала мне... нет, не близким другом. Но той, кого бы я хотел называть таковым. Однако поезд ушел и время не воротишь вспять. Сказка оказалась ни разу не с хэппи-эндом. Буду ли я жить дальше? Определенно. Станет ли жизнь такой как прежде? Нет. И это хорошо.

Добравшись до дома, швырнул рюкзак на диван и привалился спиной к стене. Здесь все напоминало о Чарли. Мало кто может так наследить за столь недолгий срок, но у нее получилось. Особенная, как-никак. Сверхъестественная.

Чувства обострились до предела. Не знаю почему. То ли из-за странных молний, то ли из-за брызжущего гейзерами адреналина. Стоя у двери, отчетливо ощущал запах Нивеа "Шахтера" от постельного белья на диване. Одеяло девушка свернула в гусеницу - того и гляди сейчас выглянет из складки и скажет: "Макс пришел!". Но нет. Чарли лежит в миле отсюда, окровавленная, грязная, мертвая.

Больше она не станет создавать проблемы. Нас с Джоном не заберут в Зону-51. Можно не опасаться гулять по улицам и приглашать гостей. Не надо больше никого и ничего скрывать, нет нужды переезжать в Айдахо. Казалось, беда миновала - живи и радуйся, знакомься с первокурсницами, тусуйся в колледже, наслаждайся последними теплыми деньками. Но... как ни пытался заставить себя хоть немного взбодриться, ничего не получалось.

Мешали следы, запахи, воспоминания. Вон царапины от отброшенного Чарли дивана. Вон вмятина на потолке - то я там висел, задыхаясь от ужаса. Вон гильзы и сплющенные пули - это Чарли нас спасла от налета каких-то отморозков. Наверное, горячая вода теперь всегда будет ассоциироваться с дракой на заброшенной лесопилке, после которой бродяжку пришлось долго отогревать.

Надо все убрать. Смести грязь, заменить ламинат, подравнять потолок, выстирать белье... Вот только память никуда не денешь. Она лишь ослабнет со временем, но о странной девушке придется помнить до самой смерти. И я буду рад хранить воспоминания о ней. Сперва они будут бередить душу и распалять сердце, но потом, спустя годы или даже десятилетия, превратятся в добрую детскую сказку. Которую приятно вспомнить и самому и рассказать внукам, коль обзаведусь ими. И сядет седой как лунь дед у камина, качнется в кресле-качалке, укроется клетчатым пледом, обведет собравшихся у ног малышей хитрым взглядом и начнет: "Давным-давно жила на свете маленькая фея".

В горле засвербело, будто перца глотнул. На негнущихся ногах потопал на кухню, достал из холодильника баночку колы и лишь тогда заметил на столе листок бумаги. Присмотрелся - записка, написанная странным, очень похожим на детский почерком. Строчные буквы произвольно перемежались с заглавными, печатные с курсивными, но общая суть читалась легко и сразу.

Я плохо различаю добро и зло.

Но знаю, что вину надо искупать.

Прости.

Ты - хороший. Я - плохая.

Комиксы Джона под кроватью. Передай ему, что они восхитительны.

Далеко не сразу понял, откуда на бумаге появились капли. Почему глаза щиплет и трудно дышать. Почему не могу взять банку колы, хотя она стоит в футе от ладони. Почему у меня вообще такая реакция на пять строчек?

Хотел пойти в ванную умыться, но передумал, едва поставив ногу на ступеньку. Там, наверху, слишком много следов, а они сейчас ну вообще ни к месту. Сперва надо закончить начатое, проводить Чарли как положено, а дальше... видно будет.

Сполоснул горящее лицо под кухонным краном, вытер рукавом и побрел на задний двор. Там, в небольшой напоминающей шкаф пристройке хранилась всякая садовая утварь: газонокосилка, "пылесос" для листьев, грабли, а главное - лопата. Натянув на штык старый мешок, закинул ее на плечо и вышел на улицу. Но не успел пройти и шага, как на крыльцо дома напротив выбежала Альва и помахала мне рукой.