Чтение онлайн

Рэнд отвернулся от окна.

— Если ваше величество позволит мне вмешаться, возможно, мы могли бы отложить обсуждение полезности ведьмовства до более удобного случая? Я полагаю, сейчас важнее в точности установить, что именно ваше величество слышали вчера вечером.

— Но мы уже говорили об этом, Рэнд. Сперва вчера вечером, а потом еще раз, сегодня утром. Я ужасно страдал в том месте. Я попал в западню, где не было ни еды, ни питья… — Король отхлебнул из украшенного драгоценными камнями кубка. — И я уже рассказывал тебе, что мне пришлось подниматься по ступенькам, пятясь спиной вперед?

— Действительно, ваше величество, обстоятельства были весьма и весьма стесненные, однако мы должны окончательно удостовериться, что располагаем важными сведениями.

— Сведения? Какие сведения? Я ведь уже пересказал тебе все, что слышал.

— Да, ваше величество, но меня интересуют все, даже самые незначительные подробности, сами слова, которые они говорили, — все без исключения.

— Я не стану снова пересказывать ту историю о девице.

Рэнд кивнул.

— Конечно, ваше величество. Мы сейчас разбираем не анатомические подробности продажной девки. Мы должны определиться с личностью этого таинственного благородного господина.

— Но ведь я уже рассказал и об одежде, и о волосах, и об усах… В самом деле, Рэнд, я уже все… Нет, погоди. Я упоминал о шраме?

— Ах, о шраме… — заинтересовался советник. Он сложил ладони домиком и принялся задумчиво рассматривать узор на ковре. — Я уверен, ваше величество не могли упустить из виду столь важную деталь. И все же, нельзя ли немного поподробнее?

— Ну, в общем-то, ты понимаешь, Рэнд, тот человек не видел шрама, но у благородного лорда, о котором он говорил, был шрам. Очевидно, — король хитро прищурил глаза, — шрам был просто спрятан под одеждой, поэтому его и не было видно!

— Под одеждой?

— Ну, наверное… — сказал Асбрак. — Нет, постой. Он сказал, что ему хотелось догнать его и посмотреть, на месте ли шрам. Значит, шрам должен быть на лице!

— Наверняка, ваше величество. Я уверен, что вы правы.

Король медленно поднялся из кресла.

— Но пригодится ли нам все это? — спросил он и пошел к окну.

Глядя королю в спину, Рэнд сказал:

— Ваше величество, благодаря вашим изысканиям мы получили описание таинственного врага, о существовании которого нам подсказывала логика, но о котором до сих пор совершенно ничего не было известно. Дело начало проясняться.

— Проясняться? По-моему, ты настроен слишком оптимистично, Рэнд.

— Нисколько, ваше величество, — ответил советник. — Невозможно придумать какое-то невинное объяснение тому, что племянник Финстера находится в Девлине. Как только мы установим, какому именно аристократу из Фелшалфена подходит такое описание внешности, мы сможем нанести сокрушительный удар по этому заговору.

— Но они не говорили о Фелшалфене…

— Логика указывает нам на Фелшалфен — с того самого дня, когда мы узнали об этом ужасном злодеянии, ваше величество. И… осмелюсь напомнить вашему величеству тот единственный недостаток, который вы нашли в почти безупречном, можно сказать посланном самими небесами, поклоннике вашей дочери? Одну незначительную черту Гилберта Молчаливого, принца Фелшалфена…

— Ах, да… Кудри. У этого молодого человека прическа, как у менестреля из таверны.

Рэнд со значением поднял указательный палец:

— По фелшалфенской моде!

— Ну да, конечно, — согласился Асбрак.

— А у того благородного лорда в Девлине волосы были прямые.

Асбрак посмотрел на советника непонимающе, потом его взгляд прояснился.

— Прямые, а не завитые по моде!

— Ваше величество очень тонко улавливает суть предмета.

Король вздернул подбородок и подбоченился.

— Ну конечно, Рэнд, конечно. — Он хлопнул в ладоши. — Однако ты мне очень помог, Рэнд, очень.

— Ваше величество, вы слишком добры ко мне. — Советник снова повернулся к окну. — Прошу простить мою настойчивость, светлейший… Остались всего один-два вопроса, которые я хотел бы рассмотреть подробнее.

— Но уже почти время чаепития, — напомнил Асбрак.

— Да, ваше величество, но это — дело крайней важности.

— Опять же, эта ведьма… Я полагаю, Рэнд, это тоже дело первейшей важности.

— Несомненно, ваше величество, но, возможно, не настолько спешное…

Правитель нахмурился.

— Ну, хорошо. Можешь идти. Однако я желаю видеть тебя за завтраком. Не вздумай куда-нибудь запропаститься.

Рэнд поклонился и вышел из королевских покоев.

— Как возвратишься, тебя будет ждать блюдо с пирожными! — крикнул Асбрак ему вдогонку.

Когда советник вернулся, его действительно ожидало блюдо с пирожными, хотя пирожных на нем оставалось уже не так много.

— Знаешь, Рэнд… — Монарх смахнул салфеткой с губ сладкие крошки. — По-моему, у нас — самые талантливые кондитеры во всех Девяти королевствах. Обычно я довольно равнодушно отношусь к пирожным… разным кексикам, рогаликам… — король окинул взором блюдо со сдобой, — слойкам, сладким пирожкам, булочкам с изюмом, тортикам… — он приподнял салфетку, прикрывавшую корзинку в углу сервировочного столика, — к кремовым трубочкам, ореховым кольцам, марципанам… — Асбрак наклонился, присматриваясь. — М-м-м… А это что такое?..

Король взял с блюда треугольное пирожное, залитое сахарной глазурью, задумчиво отломил кусочек и отправил себе в рот.

— Как бы то ни было, я терпеливо дожидался, пока ты придешь, прежде чем послать за следующей порцией чая.

Рэнд услужливо потянул за шнур звонка. Король взмахом руки указал на столик с остатками его «походного завтрака» — там лежали нарезанные сыры и холодные мясные закуски.

— Пусть мальчик это тоже уберет.

Принесли чай. Асбрак повелительным жестом отстранил Рэнда.

— Я сам налью, — заявил он. — Ты и так с самого утра бегаешь по делам. По крайней мере с тех пор, как я проснулся. Я желаю, чтобы ты спокойно посидел, выпил чаю… Я сам приготовлю тебе чай, наберу пирожных и поднесу, — великодушно предложил монарх. — Тебе останется только жевать и глотать.

Король взял небольшую серебряную тарелочку и нагромоздил на нее множество разнообразных сластей. Гора пирожных почему-то не рассыпалась, вопреки всем известным законам природы. Асбрак поставил тарелочку на стол возле Рэнда, после чего снова уселся в свое громадное кресло. Устроившись поудобнее среди вороха мягких подушек, правитель сказал: