Чтение онлайн

— Да ты поверишь, чему угодно, — насмешливо обронил Кенч.

— Скорей всего он рыскает невидимым, — задумчиво произнес Харл. — Не выискивая ли изменников?

Фларан и Саймон напряглись, а Род почувствовал, как по спине у него пробежали холодные мурашки.

Крестьянам эта мысль, тоже не понравилась. Они быстро оглянулись через плечо, скрещивая пальцы, оберегаясь от зла.

— Как же мерзко, — охнул Харл. — Думать, что всяк сможет следить за тобой, а ты и не узнаешь о том!

Род подумал не упомянуть ли о том, что шпионы обычно стараются быть незаметными, но решил, что не стоит.

— Верьте этим слухам, коль желаете, — посмеялся трактирщик. — Я лично вижу, что страной правят хорошо.

Остальные посмотрели на него, медленно поднимая головы.

— Действительно, — кивнул Дольн, — разве это не говорит, что Альфар по-прежнему у себя в замке?

— Вероятно, — пожал плечами трактирщик. — Либо его капитаны и хорошо управляют.

— Вот в этом я сомневаюсь, — покачал головой Род. — Я еще никогда не слышал о комитете, добивавшемся какого-то эффективного управления. Всегда должен быть один человек, за которым остается последнее слово.

— Ну тогда, — с усмешкой повернулся к Роду трактирщик, — я должен думать, что Альфар у себя в замке. — И пошел уйти на кухню, посмеиваясь и качая головой. — Ох уж эти слухи! Только дураки прислушиваются к ним.

— В таком случае, большинство людей дураки, — тихо сказал Род Фларану и Саймону. — Поэтому, если гуляет слух, который тебя не устраивает, то надо пустить контрслух.

— И ты думаешь, что Альфар именно так и поступает? — на губах у Саймона появилась снова легкая улыбка.

— Нисколько не сомневаюсь. Ты только взгляни на результаты — всякого, кто мог подумывать о контрперевороте во время отсутствия Альфара, порядком отпугнут. С другой стороны, он и в самом деле может бродить, переодевшись, по сельской местности.

— Разве это не делает ведовское племя преданным ему? — усмехнулся Фларан. — Ибо он возьмет помогать ему в управлении своих?

Со своим светским так-том, он высказался чуточку громче. Харл поднял голову и бухнул ему:

— Все ведовское племя будет предано Альфару, а с чего б не быть?

Фларан и Саймон мгновенно насторожились.

Род попытался сгладить остроту положения и с деланной небрежностью повернулся к Харлу.

— Если уж на то пошло, то разве не будут ему преданы все крестьяне? Ведь согласно слуху, он ищет талантливых людей для своего царствования.

— Ну да... это так, — нахмурился Харл, засомневавшись.

Дольн с интересом поднял взгляд.

— Да! Он не сможет найти столько ведьм для выполнения всех задач, какие надобны при правлении, не так ли?

— Да, — подавил улыбку Род. — Конечно, не сможет.

Дольн усмехнулся и повернулся поговорить с Харлом и Кенчем. Род с некоторым удивлением обнаружил, что даже у грамарийского крестьянина может быть честолюбие. Что было совершенно естественным — ему следовало это предвидеть. Надо будет обсудить этот вопрос с Туаном, когда он вернется в Раннимид. Если к этому явлению не подготовиться заранее, составив планы, то оно может стать опасным.

Он снова повернулся к Фларану.

— Наверняка мы не единственные, кто до этого додумался. А теперь, смотри — простой народ начинает становиться преданным Альфару, потому что думает, что у него появился шанс сделать карьеру.

— Возможно и появился, — усмехнулся Фларан. — Разве под властью выскочки у низкородного не возникнет такая возможность?

Род нахмурился. Это замечание не понравилось ему, так как показалось на его вкус немного марксистским.

— Да, если им повезет быть выбранными из тысяч, теми, кто ему нужен.

— Мне кажется, что такие у него должны уже быть, — высказал свое мнение Саймон. — Он подобрал себе людей прежде, чем начал восхождение к власти. Я б на его месте не стал доверять тем, кто недавно встал под его знамя.

Фларан нахмурился; ему неприятно было это слышать.

— Надеясь на это, многие проникнутся к нему симпатией, — указал Род. — Одна лишь мысль, что сын низкородного крестьянина стал править герцогством, обеспечит ему массовую поддержку.

— Неужели слух может сделать так много? — выдохнул Фларан.

— Очень много, — мрачно отозвался Род. — И самая значительная сплетня из всех думать, что Альфар по-прежнему у себя в замке.

Фларан уставился на него. А затем закрыл глаза, покачал головой и снова открыл.

— Я тоже озадачен — нахмурился Саймон. — Как может слух означать...

Голос его оборвался, когда лицо его прояснилось от понимания.

Род кивнул.

— Ему надо оставаться в замке и удостовериться, что слух запущен. А если он пойдет гулять по стране, то будет с одной стороны постоянно укреплять преданность крестьян, а с другой — заставит всех поостеречься думать нелояльные думы или строить какие-то заговоры — из страха, что их может подслушивать сам Альфар.

Фларан содрогнулся и быстро окинул взглядом помещение. Внезапно, у Рода засосало под ложечкой. Альфар и впрямь мог быть в этой самой пивной, мог быть одним из крестьян, мог быть трактирщиком, подстерегавшим в засаде появления агентов Туана, таких, как сам Род. Он мог готовиться в любую секунду захлопнуть расставленный на Рода капкан...

Затем на него навалилась досада, а сразу по пятам за ней, гнев. Альфар ведь и хотел, чтобы агенты Туана думали именно так. Это называлось «демократизацией», и она почти удалась. Уважение Рода к этому колдуну возросло, но и враждебность тоже. Его изумило, что средневековый крестьянин мог оказаться таким хитрым.

С другой стороны, возможно, ему немного помогли...

Саймон нагнулся к Роду и шепнул:

— Не оглядывайся или взгляни незаметно, если уж тебе обязательно надо, но вон та служанка не спускала с нас глаз, как мы вошли.

— Это немного странно, признался Род. — Никого из нас не назовешь образцом мужской красоты.

— Верно, — ответил с иронической улыбкой Саймон. — Все же следила она за нами не только глазами.

— Да ну, в самом деле? — сенсоры опасности у Рода вдруг настроились на максимум, правда, пока толку от них было маловато. Он вытащил монету, подбросил ее щелчком к верху, и сделал так, что она «случайно» улетела прочь. Обернувшись подобрать ее, он сумел взглянуть на служанку и решил, что не стоит удивляться тому, что не заметил ее раньше. Она была средних размеров, не тяжелее, чем следовало быть, с довольно миловидным личиком и белокурыми волосами.