Чтение онлайн

По высокой траве пробиралось насекомое, и пробиралось оно настолько целеустремленно и напористо, что Джеффри спросил:

— Может, это мошка — воин?

— Не то чтобы мошка, — прозвучал голос робота, и над детьми повисла большая конская голова. — Это скорее жук, дети. Но это странно.

— Что странного? — сразу насторожился Род.

— Я думал, они крайне редки.

— Кто? — спросил Грегори.

— Эти насекомые. Это скарабей — точно такой, каким поклонялись и каких изображали в скульптурах древние египтяне.

— А вот еще один, — крикнул Магнус, стоявший футах в десяти в стороне. — Он ползет… ой, он ползет к папе!

— Ко мне? — Род опустил глаза и увидел еще одного скарабея, пробирающегося между травинками. — Эгей, и у меня тут еще один. Вот только он к тебе ползет!

— Ко мне?! — вытаращил глаза Магнус.

Корделия захлопала в ладоши.

— Они, наверное, ищут друг дружку!

— Нет, — возразила Гвен. — Они ползут к ведьмину кольцу.

Все посмотрели по сторонам и увидели на полпути от Рода круг примятой травы, а в самой середине этого круга лежал довольно крупный камень и заливался на все лады.

Род нахмурился.

— Это что же такое? Неужто уже Маленький Народец помогает в распространении этих музыкальных булыжников?

— Да нет, — покачала головой Гвен и глянула на мужа с насмешливой улыбкой. — Ты же знаешь, что фэйри водят хороводы по кругу, и после них на траве остаются кольца, но здесь не кольцо, а круг целиком!

— От чего же он сделался? — удивился Грегори.

— Может быть, виной тому сам камень, — неспешно, раздумчиво проговорил Векс. Он перешел ближе к кругу примятой, как бы вытоптанной травы, постарался ступать осторожнее, чтобы не навредить скарабею, и наклонил голову к самой земле. — Да, тут есть небольшое углубление — видимо, ямка существовала тут от природы. Если камень приземлился с приличным моментом вращения, то он мог вертеться и вертеться по кругу, покуда не…

Скарабей выбрался из травы напротив робота, покачался на краю и скатился в ямку.

— Ой! — Корделия всплеснула руками. — Четвертый!

— А вот и наш подоспел, — улыбнулся Грегори.

Магнус, шагая осторожно и размеренно, подошел к ямке.

Он не отрывал глаз от земли.

— Мой приближается.

— И мой тоже. — Род стоял всего лишь в одном шаге от края ямки. — Их всех тянет к камню. То есть — к року.

— Даже скарабеев?! — воскликнула Гвен.

Грегори присмотрелся к жукам.

— Очень странная у них окраска, мамочка. Темно-серые, как графит. Можно подумать, что они и сами каменные.

Род нахмурил брови.

— Тогда можно задать другой вопрос: то ли рок, исполняемый камнем, влечет жуков, то ли они сделаны из камня?

— Ну нет, — возразил Векс. — Жуки могут стремиться только к себе подобным. — Вопрос чисто теоретический. Главное здесь то, что все они движутся к камню.

Четыре скарабея направились к камню, выставили свои усики, и все коснулись ими камня одновременно. Затем они замерли, засверкали, замерцали и… дружно поменяли окраску.

— Ой, да они стали серебряные [8] ! — вытаращила глаза Корделия.

— Значит, камень их изменил? — спросил Джеффри. — Эта музыка так на них подействовала? Рок?

— Или они сами кое-что изменили в ней! — запрыгал на месте Грегори и указал пальцем на камешек.

А камешек заблестел, замигал, и точно — с музыкой произошла метаморфоза: рисунок баса остался прежним, а мелодия стала веселой, задорной.

— Что же это за чудо?

Магнус сдвинул брови.

— Камень сотворен из ведьмина мха — иначе говоря, материализованное воображение. Неужели эти жуки тоже вымышленные, не настоящие?

— Откуда бы они ни взялись, у них есть какая-то цель! — указав на жуков, воскликнула Корделия. — Смотрите, куда они направляются!

Четыре скарабея собрались вместе и отвернулись от камня. Со всей решительностью они отправились обратно, в большой мир.

Грегори подпрыгнул.

— Мы должны пойти за ними. Только не спрашивайте, откуда я знаю. Знаю — и все.

— Они движутся к западу, одновременно забирая на юг, — внимательно наблюдая за скарабеями, проговорил Джеффри.

— Корделия, — строго изрекла Гвен, — прекрати приплясывать и иди следом за мальчиками.

— Они еще к одному камешку прикоснулись! — прокричал Джеффри.

Задорная музыка зазвучала громче.

— Они ползут дальше! — Магнус прибавил шагу. Он шел за серебристыми скарабеями со все более нарастающим интересом.

В это время позади музыкальный камень с треском, подобным ружейному выстрелу, взорвался.

— Пригнитесь! — крикнул Род, и все его потомство дружно улеглось на траву. Камешек проплыл у них над головами, и почти одновременно громкость развеселой музычки возросла.

— Он отдал свою силу другим камням, — пробормотал Магнус.

Род поднялся, посмотрел на северо-запад.

— Его лучшая половина тоже играет вовсю.

Корделия прищурилась.

— Почему это ты сказал «лучшая»? Разве может быть музыка мелодичнее этой?

— Может. Та самая, которую играет собрат этого камешка. — Род направился в ту сторону, где упал второй камень, постоял возле него немного, послушал и сказал: — Его музыка богаче, полнее.

— Дай-ка и я послушаю. — Гвен подошла, постояла, удивленно запрокинула голову. — И верно. А еще вот что… как будто где-то в глубине слышится песенка!

— И еще, и еще! — прокричал Магнус, ушедший далеко вперед по лугу. — Они оставляют позади себя самую разную музыку!

— Оставьте их, идите сюда! — позвал детей Род. — Чем бы они ни занимались, намного важнее тот прогресс, которого уже достиг этот камешек и продолжает достигать [9] !

Корделия надулась, вздернула подбородок.

— Нет! Я их не брошу! Куда они — туда и я!

Род резко обернулся. Его поразил настолько откровенный бунт со стороны дочери.

— Они такие интересные, пап, — сказал вернувшийся Магнус. — Что бы это ни было за явление, распространившееся в нашей стране, но эти скарабеи… они запросто могут привести к тому, что музыка захватит всех!