Час казни
Шрифт:
Сжав руку раненого, сестра шепнула ему:
– Подождите! Сейчас я кого-нибудь позову, – и ушла.
Кейль ждал, время от времени впадая в беспамятство и снова пробуждаясь от боли. Наконец над ним склонилась чья-то фигура в темных одеяниях. Кейль уже почти ничего не видел, зрение покидало его вместе с последними искрами жизни.
– Святой отец, – пробормотал он, – я должен во всем признаться…
Унизанные перстнями пальцы сдавили ему горло. Чья-то ладонь зажала рот. Человек в темных одеяниях наклонился к самому уху Кейля и прошипел:
– Глупец, неужели ты думал, что я позволю тебе все рассказать?!
Кейль попытался вырваться и закричать, но никто не обратил внимания на его хрипы. Почувствовав боль за ухом, бывший министр подумал о перстне с ядом, который всегда носил его убийца.
Еще пару секунд Кейль барахтался на тощем матрасе. Наконец яд подействовал, бывший первый министр национальной безопасности дернулся и затих навсегда. Убийца склонился над трупом и, приложив пальцы к шее, убедился, что пульса нет. Закутанный в темные одеяния, издали он походил на священнослужителя, утешающего раненого.
Когда сестра вернулась, было уже поздно. Джарра Кейль унес с собой в варп все свои страшные тайны…
– Они направляются к нам! – прошептал умирающий астропат.
Он пошатнулся, но Семпер поддержал его под локти. Собек провел пальцами по лицу капитана. Теперь он мог воспринимать окружающий мир только на ощупь. Ему пришлось совершить колоссальное усилие, чтобы прорвать энергетическую завесу, выставленную «Убийцей Планет» вокруг Белатиса. После этого у Парцелия случилось кровоизлияние в мозг, он окончательно утратил ментальное зрение и теперь был при смерти.
– Вы в этом уверены? С вами связался астропат «Махариуса»?
– Я больше не слышу голосов моих братьев, но знаю, что ваш корабль летит к нам. Вместе с ним еще один, – ответил Собек. – Я видел их раньше. Императору не угодно, чтобы Леотен Семпер погиб сегодня на Белатисе… У него на вас другие виды…
– Какие «другие виды»? И почему пощадят именно меня, а не их?! – воскликнул Семпер, показав на горстку отважных защитников собора. – Их вера сильнее моей. Они самоотверженнее меня!
– На все воля Императора, – вздохнув, еле слышно прошептал Собек. – Запомните этих людей. Запомните то, как они жертвуют собой. Придет час, и вы за них отомстите…
Слова умирающего астропата утонули в воплях безумствующих хаоситов. В коридоре появился запыхавшийся молодой человек.
– Они идут! Еретики идут! Их великое множество! – сообщил юноша.
Снова опустив глаза, Семпер и Деван увидели, что астропат умер, и удивились умиротворенному выражению, застывшему на его лице. – Если ваш корабль действительно летит к нам, ему лучше поторопиться, – пробормотал Деван, опускаясь на колени. Исповедник прочитал короткую заупокойную молитву и надвинул на лицо астропата капюшон.
– Я пока еще здесь,– сказал Семпер и вставил обойму в пистолет.
Кликнув своих бойцов, Семпер и Деван поспешили к воротам собора.
Через несколько секунд здание начала обстреливать артиллерия хаоситов. Женщины, дети и раненые издали стон отчаяния. Последний бой начался! Скоро все погибнут.
V
На кораблях сил Хаоса еще никогда не видели ударных крейсеров Адептус Арбитрес и не знали, на что они способны. Поначалу противник идентифицировал «Суровое Воздаяние» как слабо вооруженный легкий разведывательный крейсер типа «Отважный». Но стоило «Махариусу» и «Суровому Воздаянию» открыть огонь по эскортировавшим «Харибду» рейдерам, как ее капитан сразу понял всю глубину своих заблуждений.
Стартовавшие с «Махариуса» истребители перехватили в космосе все торпеды, выпущенные рейдерами. Батареи обоих судов нанесли ответный удар, не дожидаясь, пока враг перезарядит торпедные аппараты. На рейдеры бросились четыре эскадрильи штурмовиков «Махариуса», но не успели они долететь до противника, как вражеский строй распался под огнем мощных пушек «Сурового Воздаяния». Оснащенные системой линейного ускорения орудия засыпали рейдеры противника плазменными зарядами. Канониры крейсера арбитров тщательно прицелились. Один из рейдеров был уничтожен мгновенно. Просто сверкнула ослепительная вспышка, и сотни тысяч тонн металла его корпуса просто испарились. Второй рейдер загорелся, вышел из строя и стал разваливаться на куски. Последний развернулся и хотел было пуститься наутек, но его тут же нагнали и расстреляли бронебойными ракетами имперские штурмовики. Под их ударами сначала вышел из строя двигатель судна, а потом детонировал реактор.
Злобно сверкая пустотными щитами, «Харибда» бросилась на врага. Тучи обломков и облака раскаленных паров – вот и все, что осталось от эскортировавших ее рейдеров. Крейсер сил Хаоса открыл огонь из носовых лазерных батарей. Сверкающие лучи смертоносной энергии пронзили пустотные щиты «Махариуса» и исполосовали метровыми бороздами бронированный таран имперского крейсера.
Уланти почувствовал, как содрогнулся корабль, и поймал на себе испуганные взгляды офицеров.
– Так держать! – скомандовал он. – Приготовиться к торпедному залпу!
– Цель меняет курс! – взволнованно воскликнул один из наблюдателей. – Характер излучения двигателей меняется. Цель пытается выйти из боя!
Поняв, что преимущество оказалось на стороне противника, командир «Харибды» решил убраться подобру-поздорову. Для этого он приказал резко изменить курс и перекрыть подачу энергии к основным системам своего корабля. Если этот нехитрый трюк удастся, ауспексы вражеских кораблей просто потеряют их из виду. А тем временем «Харибда» потихоньку унесет от них ноги.
Уланти такая перспектива совершенно не устраивала.
– Господин Найдер?
– Не волнуйтесь, никуда они от нас не денутся! – с кровожадной усмешкой успокоил лейтенанта бывалый артиллерист.
– Торпедный залп! – приказал Уланти.
Как и было заранее оговорено, крейсер арбитров дал залп из своих пушек, как только торпеды «Махариуса» поразили «Харибду». Получив тяжелые повреждения днища и правого борта, крейсер сил Хаоса не только не пропал с дисплеев имперских кораблей, а наоборот – вспыхнул на них яркой точкой. Это светилась энергия, хлеставшая в космическое пространство через пробоины в корпусе «Харибды».