Чтение онлайн

Толик не стал бросаться в атаку очертя голову. Двигался медленно, словно большой черный паук, снабженный остро отточенным железным жалом. Перемещаясь с повышенной осторожностью, Толик лишал меня последних надежд.

Я отступал, пятился спиной, оставаясь в состоянии неустойчивого равновесия и стараясь сохранять между собой и Толиком дистанцию прыжка. Рано или поздно Толик попробует переиграть меня по скорости, и тогда, возможно, я сумею его «поймать на прием». Впрочем, все мои приемы Толику отлично известны, так что...

Толик прыгнул. Он всегда умел прыгать без видимой подготовки, а сейчас во мраке прыжок получился особенно неожиданным. Единственное, что я успел сделать, – упасть на спину. Нож в руке Толика рассек воздух там, где треть секунды назад располагалось мое тело. Я упал и спешно перекатился в сторону. Сильная длинная нога Анатолия Ивановича топнула по полу в десяти сантиметрах от моей головы. Как танцор популярного в восьмидесятые брейка, я, продолжая лежать на полу, крутанулся на спине, согнул и разогнул ноги.

Подошвы ударились о бедро Толика, словно стукнулись о скалу. Иванову хоть бы что, а я оттолкнулся от Анатолия и меня закрутило, откинуло по полу, словно по скользкому льду, на пару метров. Перед глазами замелькали квадраты прозрачного потолка. Большинство – мутные. Несколько прозрачных – пустые проемы. Сквозь них особенно ярко сияли звезды...

Скользя спиной по полу, я потерял ориентацию в пространстве и понял – это конец. Кранты, абзац, финал, финиш! Встать на ноги не успею. Сейчас Толик широко шагнет, припадет на одно колено, и лезвие ножа вонзится в живот. А может быть, в шею или ногу. Черт возьми, я крайне приблизительно представлял, с какой стороны ожидать атаки!

Внезапно под потолком вспыхнули прожекторы. Я ослеп от яркого электрического света. Некогда было думать, кто и зачем включил электричество. Я подтянул колени к подбородку, перекатился через голову, оставаясь лежать на полу, сгруппировался, готовый отбиваться ногами от противника, прикрыл руками корпус.

Через полторы секунды, сквозь прищур я разглядел справа, сбоку, залитую ярким светом растрепанную фигуру Толика Иванова. Нас с Толиком снова разделяла дистанция прыжка. Анатолий застыл в позиции «всадника». Согнутые ноги широко расставлены, спина прямая. Рука с ножом прижата к груди. Другая рука, как у слепого, вытянута вперед. Он, как и я, ослеп на мгновение и предпочел замереть, пока глаза привыкнут к электрическому свету.

«Соврал извращенец со шрамом, – подумал я. – Никуда он не поехал и спать не ложился. Сидел на крыше и наблюдал за нами, например, в инфракрасном свете. Слушал наши разговоры. А в критическую секунду врубил прожектора, дабы продлить мою агонию. Вон, Толик уже проморгался и засек меня на полу. При ярком освещении Анатолию Ивановичу куда сподручнее будет выпускать из меня потроха...»

Толик моргнул последний раз. Оценил мое положение на полу. Сейчас он из низкой позиции «всадника» подпрыгнет и обрушится сверху всем своим значительным весом. Не успею откатиться в сторону – умру быстро и легко.

Толик смотрел на меня и не видел, как у него за спиной открылась дверь. В солярий, бесшумно ступая, вошел китаец. Самый широкоплечий из всех китайцев. Кряжистый, что называется, «широкий в кости». Толик был слишком возбужден, не услышал скрип аккуратно закрывающейся двери.

– Толя! Сзади! – выкрикнул я, но Иванов лишь усмехнулся, мол, дуришь, Стасик, ничего не выйдет!

Между тем китаец, неслышно передвигаясь, приближался к Толику все ближе и ближе.

– Толя, оглянись!!!

– Напрасно ты, Стас, надеешься...

Под босой стопой китайца скрипнула половица. Толик замолчал. Усмешку сменило недоуменно-удивленное выражение. Толик резко, прыжком, развернулся на сто восемьдесят градусов и сразу же забыл обо мне. Мастеру стиля Тигра осталось преодолеть несколько метров, когда Толик, упреждая его нападение, атаковал.

Тигр встретил Толика еще одним, характерным ударом – боковым ударом ноги. Ребро стопы китайца ударило Толика в живот. Анатолия развернуло так, что я перестал видеть человека-Тигра. Обзор заслонила широкая спина Иванова. Да я и не следил особо, если честно, за схваткой старого друга, ставшего смертельным врагом, и китайского Мастера. Если вообще допустимо определение «схватка» к тому, что происходило.

Я поднялся на ноги одновременно с падением Толика. Я ожидал, что вот сейчас в солярии появится еще один китаец – Мастер стиля Журавля, но обманулся в своих прогнозах. Вопреки логике безумного шоу кунгфу, едва Толик упал, Тигр перепрыгнул через его неподвижное тело и двинулся ко мне. Помню, я еще заметил, что у Толика вся грудь в крови и что он так и не выпустил рукоятку ножа из правого кулака. Больше я на покойного Анатолия не смотрел. Не до него было.

Тигр буднично, по-деловому шел ко мне, презрев хитрые стойки и замысловатые маневры. Просто шел, словно прогуливаясь, пер на меня, как будто я пустое место.

Первым желанием было отступить, убежать. Но зачем отступать и куда бежать? Я в замкнутом пространстве. И сверху, через стеклянный потолок, за мной наблюдают. А, хрен с ним, со всем! Помереть, так хоть красиво и с куражом.

Наставник Ван как-то на веселой пьянке научил меня ругаться по-китайски. Когда Тигр подошел совсем близко, я громко выругался на его родном языке и плюнул в раскосую морду.

Тигр увернулся от плевка, плевок пролетел мимо. И я что есть силы долбанул его ногой в пах. Ей-богу, ударь я чуть-чуть, ну совсем чуточку побыстрее, ходить бы Тигру кастратом. Однако «чуть-чуть» в бою не считается. Он сбил мою ногу, уйдя в защитную стойку «старый прячущийся тигр». Я потерял равновесие, но все равно попробовал достать узкоглазую физиономию «когтями орла». Он перехватил мою правую руку «тигриной лапой». Миг боли, падение на колени, и я уже у ног противника. Лоб упирается в доски пола. Правая рука выкручена за спину. Я не могу пошевелиться. Мастер полностью меня контролирует. Малейшее движение, и хрустнут суставы руки.

Как-то очень ловко и бережно Тигр поставил меня на ноги. Рука по-прежнему осталась вывернутой за спиной. Я имел возможность переставлять ноги, вот, пожалуй, и все, на что способно было тело. Еще можно было, конечно, судорожно передернуть конечностями и переломать себе все кости к чертовой матери, но к чему спешить. Тигр подталкивает меня бедром, заставляет идти к дверям, на выход из солярия. Шоу продолжается, знать, не все сюрпризы иссякли. Догнать четырех погибших друзей по дороге на тот свет я всегда успею. Я уже мчался сегодня по тоннелю навстречу теплому свету счастья и знаю, что это совсем не страшно. Ужасен сам процесс перехода из одного мира в другой. Потом все здорово. Хорошо, спокойно, легко и радостно...