Шрифт:
Элла положила деньги на стол и вышла из кафе. Но не успела она отойти от двери, как вдруг столкнулась с женщиной лет сорока в длинном бежевом пальто. Элла скользнула по ней взглядом, отметив, что такой фасон женщине совершенно не идет, поскольку ноги кажутся короче, чем они есть, и хотела уже пройти мимо, как вдруг незнакомка схватила ее за руку и радостно проговорила:
– Норочка, как удачно, что я тебя встретила! Ты, небось, сережку уже обыскалась…
Элла удивленно уставилась на незнакомку, но не успела ничего сказать, потому что та сыпала слова, как горох:
– Хорошо, что я тебя заметила! Я тебя еле узнала, ты на работе совсем не так одеваешься… прямо не узнала сперва, думаю, ты или не ты в курточке такой смешной, но потом вижу – точно, ты… И не накрашена совсем, ты, наверно, от косметолога идешь… так вот, сережка…
– Извините… – начала Элла, пытаясь освободить руку, – какой Сережка? О чем вы, вообще?
– Не какой, а какая! – Женщина и не думала отпускать ее руку. – Твоя сережка, золотая, между прочим. Ты ее в туалете потеряла, а я после тебя туда зашла и увидела… она под зеркалом лежала! Хорошо, что не упала в раковину! Я несколько раз сережки теряла, так обидно! Одну потеряешь, а вторая, считай, что пропала, не будешь же одну носить, и разные тоже не будешь! Вот, возьми…
С этими словами незнакомка вложила в руку Эллы какой-то маленький бумажный пакетик, скорее сверток.
– Извините, – повторила Элла, – но я…
– И не благодари, ты бы тоже мне отдала, если бы нашла… тем более что одна сережка мне все равно не нужна… шучу, шучу!
– Но послушайте, вы меня, наверное… то есть точно…
– Ой, моя маршрутка! В понедельник увидимся! – выпалила незнакомка и бросилась прочь, махнув рукой.
– То есть точно с кем-то перепутали… – договорила Элла, но незнакомка уже втиснулась в маршрутку и умчалась в неизвестном направлении.
– Перепутали… – повторила Элла вслед маршрутке и встряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок.
Что это было?
Однозначно, эта женщина с кем-то ее перепутала, приняла ее за свою знакомую… и что-то ей всучила…
Элла уставилась на маленький сверток, который все еще держала в руке.
Тут у нее в сумке зазвонил телефон.
Элла открыла сумку, машинально сунула в нее сверток, нашарила телефон, который, как всегда, оказался на самом дне.
Звонила Катерина Романовна.
– Кустова, надеюсь, ты не забыла, что должна сдать мне «Часы» к двадцать третьему?
– Не забыла, не забыла! – проворчала Элла. – Работаю…
– А я слышу по фону, что ты на улице! – процедила вредная Катерина. – Ты должна сидеть за компьютером, не отрывая сама знаешь что, сама знаешь от чего…
– Да успею я!
– Смотри, если не успеешь, больше работы не получишь!
Катерина отключилась – накрутила хвост, и довольна.
А Элла поплелась домой.
Ей и правда нужно было работать, она редактировала по заданию небольшого издательства исторический роман под названием «Часы Зигмунда Фрейда», и срок сдачи работы неумолимо приближался. Но сидеть с утра до ночи за компьютером невозможно, от этого тупеешь и слепнешь, вот она и вышла выпить кофе в соседнюю кофейню. И съесть что-нибудь калорийное, типа горячего бутерброда с жареной картошкой, чтобы уж до вечера о еде не думать.
Элла была довольна своей работой – сидишь дома, не нужно мотаться каждый день в какой-нибудь задрипанный офис в набитом транспорте, не нужно терпеть бесконечные сплетни и перешептывания за спиной офисных девиц, не нужно выслушивать замечания от начальства по поводу своего внешнего вида да с начальством вообще не слишком часто приходится общаться. Вот Катерина, конечно, звонит, держит в тонусе, ну так это ее работа…
Элла вернулась домой, в свою крошечную квартирку на седьмом этаже блочного дома. Возле лифта толклось семейство с вещами, бабушкой и собакой. С дачи, что ли, приехали…
Элла решила, глядя на сумки и пакеты, что можно тут до вечера проторчать. Да еще и пес огромный на нее посмотрел и облизнулся. Элла собак не боялась, и этого пса встречала во дворе с хозяином. Он дурной такой, сразу же обниматься лезет. А вес у него солидный, один раз ее чуть в грязь не уронил.
Она пошла пешком, и надо же было такому случиться, что, когда она была на пятом этаже, лифт открылся и пес выскочил наружу с радостным лаем. Здрасте вам, давно не виделись!
– Макс, не приставай ты к людям! – рявкнул хозяин не хуже медведя, видно, достали уже мужика все эти вещи, дачи, дети и бабушка в инвалидном кресле.
Пес все-таки прыгнул и положил лапы Элле на плечи.
– Ну ладно, ладно. – Она пыталась только отвернуть лицо, чтобы не обслюнявил. Потом потрепала его за уши и совсем близко увидела собачьи глаза, в которых плескалось самое настоящее счастье.
– Глупый какой… – сказала она тихонько. – Всех любит… без разбора… разве можно так…
Тут хозяин, видимо, потерял терпение и легонько стеганул пса поводком, а Элле удалось ускользнуть.
Она перевела дух только на своем седьмом этаже. Сняла кроссовки и бросила сумку на тумбочку. Прихожая крошечная, как и все у нее в квартире, помещается только вешалка да ящик для обуви, и еще тумбочка под зеркалом. И чтобы себя в зеркале полностью увидеть, нужно на площадку лестничную выйти.
Впрочем, Элле и не нужно перед зеркалом вертеться да себя оглядывать – как юбка сзади сидит да не морщит ли… и вырез не слишком ли большой, да не торчит ли бретелька от бюстгальтера…
Самая удобная для Эллы одежда – свободные потертые джинсы да куртка флисовая. Ну, зимой, конечно, пуховик, летом – майка открытая. На ее гардероб и шкафа платяного не нужно, все на одной полке запросто поместится. А куда больше? Для того и работу такую она выбрала, чтобы в офисе не торчать да по салонам красоты не ошиваться. Этак же никакого времени не хватит, то стрижка, то брови, то маникюр, так всю жизнь там и просидишь.
Ну что, нужно работать. Катерина – баба вредная, если Элла к сроку файл отредактированный не сдаст, может и отказать в дальнейшем. А работу такую Элла терять не хочет, потому что не надо в офис таскаться и так далее, по списку.
Она сняла флиску и наклонилась, нашаривая тапочки под тумбочкой. Тумбочка давно уже стояла неустойчиво, одна ножка шаталась. Сейчас Элла оперлась на нее слишком сильно, тумбочка закачалась, и… еле-еле Элла ее удержала, но сумка свалилась на пол, из нее вывалилось все содержимое и раскатилось по прихожей.