Чтение онлайн

Жестоко? Менатеп – не сиротский дом, не ПРИЮТ заслуженных, списанных в тираж, не богадельня. Мы создаем все условия, чтобы каждый мог работать и зарабатывать – по способностям, в том числе, и на обеспеченную старость. Но мы никого не заставляем работать, не занимаемся таким позорным институтом прошлого, как дисциплина труда. Нас не интересует, сколько у кого времени уходит на работу – это его частное дело. Но дисциплина исполнения – тут уж не взыщите, все мы сидим в одной лодке, весла погружаются в воду абсолютно синхронно, и гребок должен делаться на оптимальную глубину в минимум времени. Асинхронность ведет к сбою, потере скорости, к вящей радости конкурентов. Мы – за радость, но только не в убыток себе. Уважающий себя деловой человек не имеет никакого права радовать конкурентов.

Авторское право на МЕНАТЕП принадлежит не одному человеку. У истоков стояла сильная группа, сохранились лишь те, кто исповедовал принципы, о которых шла речь, и у кого хватало сил все с большей скоростью крутить педали. Кто-то вычеркивает себя стремлением почить на лаврах, кто-то самокритично оценил собственные силы – процесс отрыва от пуповины протекал болезненно, расставание со стартовой командой – вещь не из приятных, но дело расставило все акценты. Стремившиеся жить только с капитала первопроходцы оказались безбилетниками и высажены с поезда. Кого-то подвели и чрезмерные амбиции, ноша же оказалась не по плечу. МЕНАТЕП в данном случае не исключение: не менее, если не более болезненно шло становление и других компаний. Кто поумнее, обиды не таит, поддерживает деловые контакты, а на нет, естественно, и суда нет. Возможно, будь у нас нынешний опыт и вернись мы в ту, начальную, ситуацию, дров бы наломали, очевидно, меньше. Но, как справедливо замечено, история не терпит сослагательного наклонения, копаться в прошлом предоставим историкам, время все расставит по своим местам, каждому воздаст свое. Осталась – Команда

Команда – это члены Совета директоров МЕНАТЕПа. Кто же входит в Команду? Это Марина Кузькина, Михаил Брудно, Алексей Голубович, Руслан Дахаев, Владимир Дубов, Борис Золотарев, Платон Лебедев, Сергей Монахов и Владислав Сурков – директора по направлениям, и нас двое – всего одиннадцать человек, средний возраст где-то в районе тридцати, так что на футбольно-принимательское поле мы, скажем без ложной скромности, смотримся.

Нас обоих можно уподобить играющим тренерам, есть у нас и запасные игроки, не упускаем из поля зрения и перспективных дублеров. Не будем давать характеристик каждому из Команды, просим поверить на слово, что удержаться в ней еще труднее, чем попасть в нее. Мы ценим заслуги каждого из Команды, и в то же время ни у кого нет гарантии, что его место забронировано только им. На сегодня каждый из них сильнейший в своем амплуа, но каждому еще очень далеко до потолка, у всех перспективы делового роста.

Команда сильна личностями, яркими индивидуальностями. Что у них общего? Профессионализм, здоровое честолюбие, системность и нетривиальность мышления, непредсказуемость тактических ходов, умение проигрывать ситуацию с самых разных сторон.

В МЕНАТЕПе жесточайший режим экономии, но Команда знает, чтобы как можно больше сэкономить, нужно умело тратить, каждый из Команды предельно требователен к себе, имеет моральное право требовать того же от подчиненных. Один из членов Совета директоров оштрафовал подчиненную, в результате свой семейный бюджет уменьшил на двадцать тысяч рублей: наказанной была его... жена. Этот, на первый взгляд, анекдотический поступок в традициях Команды: Дело не признает ни кумовства, ни приятельских, ни родственных отношений.

В Совете директоров есть и женщина. Скидок Марине Кузькиной никаких не делалось. В труднейшей конкурентной борьбе она доказала свое право на лидерство. Время покажет, достанет ли у кого-то из мужчин сил на реванш.

На упоминавшейся встрече с молодежью в Останкинском телецентре на вопрос, какова ставка члена Совета директоров МЕНАТЕПа, мы честно ответили: не знаем. И мы не лукавили. Мы действительно не знаем, сколько может получить тот или иной член Команды: столько, сколько он заработает, все зависит от конечного результата. Они равны только в праве на реализацию всех своих способностей. Бывает, что у кого-то премиальных на порядок больше, чем у другого. В наших интересах, чтобы каждый из Команды зарабатывал как можно больше: в конечном счете, выигрывает МЕНАТЕП, наше общее Дело. И наше Детище.

На Запад мы едем не туристами – работать. Сталкиваемся с самыми разноуровневыми людьми – и по положению в обществе, и по доходам. Несмотря на национальные, этнографические различия между ними, есть одна черта, характерная для всех, отличающая их от советян: они не умеют и не любят ждать.

Тому есть и объективные причины: история относилась к ним как любящая мать, к нам же – как мачеха. Они не проходили университетов столь братоубийственной гражданской войны, как наша, и не обескровливали себя коллективизацией и принудительной, с тюремными мерами индустриализацией, не загоняли сами себя в ГУЛАГ, не создавали противоправную, противонародную Систему, плодящую гениев некомпетентности, фанфаронства и чванства, по сути своей человеконенавистническую, обуявшую всех и вся страхом.

Западу, сколько ни бейся, не понять рядового, привычного факта из нашей жизни всего лишь трехлетней давности. В апреле 1989 года по программе «Взгляд» Центрального телевидения выступал известный кино- и-театральный режиссер Марк Захаров с предложением: предать тело Ленина земле. Выступил и выступил, высказав свою точку зрения. Казалось бы, что в этом особенного, тем более, что настал век долгожданной гласности? Через несколько дней узнаем об ощущениях одного известного адвоката, прошедшего фронт в авиации, работавшего следователем по особо важным делам, которому много раз грозило уголовное отребье, не бросавшее слов на ветер. И вот этот отважный человек, сильный, мужественный, слушая Марка Захарова, сидя один у телеэкрана, поймал себя на мысли: а что, если узнают, что вот он сидит и смотрит эту передачу. Да и наши родители испереживались за Марка Захарова: а ну как посадят?

Гены страха у старшего и среднего поколений бездонны. Это их беда, но не вина. Страх способствовал укоренению и другой черты характера – долготерпения. Горе-правители, застращав, помыкали терпеливыми, как заблагорассудится. Жизнь на плахе не содействовала проявлению и реализации творческих способностей, терпящий бедствие народ не мог стать богатым. А воспевание терпения было стержнем государственной политики управления социальными процессами.

На приеме в честь парада Победы Сталин произнес тост «за великий русский народ», восхвалив такие его черты, как «ясный ум, стойкий характер и терпение». Главная награда за терпение – обещания, народ уподобили ослу, который изо всех сил тянулся к охапке сена, приделанной к постромкам, и тянул нелегкий груз.