Чтение онлайн

— Крестики, — ответила Анна. — Их нарисовали ручкой. — Она ткнула пальцем в валяющийся на полу цилиндрик: — Скорее всего, как раз вон той — несмываемая, и цвет подходит.

Гунарстранна кивнул и снова показал Фрёлику труп. Франк Фрёлик обратил внимание на волосатую грудь покойника, всю в пятнах крови. Посередине, между сосками, Фрёлик увидел также написанные ручкой буквы и цифры.

Гунарстранна встал.

— Вот на что нужно будет обратить особое внимание при вскрытии.

Взгляд Фрёлика упал на деревянный глобус с неправильными очертаниями Африки. Большие участки Африканского континента оставались неподписанными.

Гунарстранна ловко лавировал между столами и креслами; Фрёлик шел за ним по пятам.

— Старье какое, — буркнул Фрёлик, показывая на красное мягкое кресло. Обернувшись к Анне, он громко спросил: — Можно его потрогать?

Она вскинула голову.

— Я тоже рада снова увидеть тебя, — негромко ответила она и скрылась за дверью кабинетика. Фрёлик не нашелся с ответом.

Гунарстранна шумно зевнул.

— Ох и устал же я! — заметил он и окликнул полицейского, охраняющего подсобное помещение: — Иттерьерде!

Иттерьерде подошел, волоча ноги.

— Давай скажи Фрёлику, к каким выводам мы пришли насчет взлома, — распорядился Гунарстранна.

Иттерьерде покачал головой:

— Сигнализация не сработала, окна не разбиты, дверные рамы не повреждены. Но самое главное другое. Судя по всему, отсюда ничего не украдено. — Он кивнул в сторону прилавка у двери, выходящей на улицу. — Бумажник в его куртке не тронули, кассу не ограбили.

Фрёлик подошел к кассовому аппарату. Он оказался старинным, с узором по металлу и целым морем кнопок и рычажков впереди.

Иттерьерде тоже подошел к кассе. Руки у него были необычайно длинные, с крупными кистями. Он принялся тыкать во все стороны толстым пальцем и пояснять:

— В магазин можно попасть с улицы и с лестницы… Та дверь, что с улицы, рядом с витриной, укреплена вполне надежно. Впереди имеется защитная решетка. Зато вторая дверь, которая выходит в жилой подъезд, когда мы приехали, стояла нараспашку.

Гунарстранна достал из кармана куртки самокрутку, сунул ее в рот, начал прикуривать. Фрёлик заметил, что самокрутка наполовину выкурена и помялась: из нее высыпался табак.

Подошедший к ним Иттерьерде промямлил:

— Совсем забыл… Труп обнаружила почтальонша, которая разносит газеты. Она спрашивает, можно ли ей уйти.

Иттерьерде указал на женскую фигуру с жесткими волосами и челкой. Женщина в круглых, как блюдца, очках неподвижно стояла у окна, глубоко засунув руки в карманы лыжного костюма.

— Запишите ее имя и адрес, — сухо распорядился Гунарстранна.

— Владелец магазина — старик, ну, то есть покойник, Рейдар Фольке-Есперсен. Он и его хозяйка… супруга… — Иттерьерде ткнул пальцем в потолок, — живут здесь же. У них квартира на втором этаже. — Он задрал голову.

Гунарстранна задумчиво кивнул.

— Священника вызвали?

— Он приехал полчаса назад; он и сейчас еще здесь, — ответил Иттерьерде.

— Его жене стало плохо… — негромко продолжал Иттерьерде. — Она прямо вся посерела. Сказала, что пойдет и ляжет в постель, но это было еще до прихода священника.

Закончив рассказ, Иттерьерде направился к свидетельнице, обнаружившей труп.

Фрёлик зевнул и пошел бродить по магазину. Он собирался разыскать Анну. Вскоре он увидел ее. Она вышла из подсобки за торговым залом.

— Ну что? — спросила она.

— Я тоже рад снова видеть тебя, — сказал Фрёлик, чувствуя себя дураком.

Анна посмотрела на него исподлобья, едва заметно улыбаясь, и спросила:

— Интересуешься местом преступления?

— Да, конечно.

— Тогда держи ушки на макушке. — Анна широко улыбнулась и поморщилась, когда из подсобки послышался крик Гунарстранны:

— Фрёлик!

— Что?

— Иди сюда! — раздраженно буркнул Гунарстранна.

Когда Фрёлик вошел, инспектор показал ему участок пола перед письменным столом. Ковер пропитался кровью. Рядом с красной лужей валялся штык с бурыми пятнами на лезвии.

Франк Фрёлик переглянулся с Анной и только потом опустил глаза на штык. Вскоре им снова помешали: в дверях показалась фигура полицейского с похоронным выражением лица. Он жестом привлек к себе внимание Гунарстранны.

— Приехал Карстен Есперсен, — пробормотал полицейский. — И требует, чтобы его впустили.

Человек, который дожидался их в подъезде, был бледен; подбородок у него то и дело дергался — наверное, у него нервный тик, подумал Фрёлик. Со стороны казалось, что Карстен Есперсен то и дело отмахивается от каких-то назойливых мушек. Фрёлик поспешил представить своего начальника:

— Инспектор Гунарстранна, отдел убийств.

Под зимним пальто на Карстене Есперсене был вельветовый костюм. Высокий, худощавый, он начинал лысеть. Узкие губы, безвольный подбородок… Когда Есперсен в очередной раз дергался, подбородок совсем исчезал в гармошке морщин и складок кожи.

— Итак, — сказал Гунарстранна, выразительно оглядев темный подъезд, — мы можем где-нибудь присесть?

Карстен Есперсен глубоко вздохнул и кивнул на дверь подсобки:

— Вон там, в кабинете.

Инспектор Гунарстранна покачал головой:

— К сожалению, на место преступления заходить нельзя.

Есперсен озадаченно посмотрел на него.

— Насколько я понимаю, ваш отец жил в этом же доме?

Карстен Есперсен окинул лестницу задумчивым взглядом.