Чтение онлайн

– Молодец, врубился, наконец! Новые контакты, новые связи! Это же трамплин! Заяви о себе!

Директор вытащил из пакета небольшой конверт.

–Вот, билеты. Отдельное купе. Поезд отходит сегодня ночью, командировку я уже подписал. Успеешь?

–Конечно.

–И вот еще,– директор достал из кармана пиджака очередной конверт, более пухлый, чем предыдущий,– держи, на текущие расходы и представительство. Расписываться не надо, это из моего личного фонда. Ты должен представлять наш банк достойно. А теперь иди, собирайся.

Директор запихал буклет и конверты в пакет, сунул его в руки Игоря и едва не вытолкал его из кабинета. Игорь и «спасибо» не успел сказать.

Он шел к себе, голова его кружилась и в ней отчего-то начала крутиться старая песенка, которую в детстве ему любила напевать мама: «Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло».

А вот у водителя банковского инкассаторского броневика Юрия Захаровича в голове крутилось лишь слово. И никак он не мог это слово поймать за хвост. А без этого слова так хорошо пошедший кроссворд-гигант безнадежно застревал на полпути.

К этим кроссвордам и прочим всяким судоку его приучила дражайшая супруга. После того, как много лет назад он, знаменитый в ту пору раллист, вылетел на повороте с трассы. И летел бы долго, если бы не столб на пути. Затем был год в больнице, нейрохирургия и прочие сопутствующие прелести. Вот тогда-то кто-то и сообщил дражайшей супруге, что для восстановления и развития памяти очень помогает изучение иностранных языков и разгадывание кроссвордов. Учить английский на склоне лет Юрий Захарович отказался категорически. А вот с кроссвордами – побрыкался-побрыкался, да и приохотился. Оказалось, они неплохо скрашивают бывшему гонщику его теперешнюю скучную шоферскую жизнь. Впрочем, грех жаловаться. Если бы не дражайшая супруга, фиг бы кто допустил его до руля после той аварии. Но супруга была из той породы женщин, для которых не существует слова «нет». Мало того, пристроила его в банк, в котором сама работает. Чтоб под присмотром был. Да, уж, не зря ее на работе кличут Леопардовной.

Хлопнула дверь гаража, Захарыч с надеждой посмотрел на вошедшего. Но это был охранник Николай. И надежда угасла. Коля, как твердо знал водитель, с умными словами был не в ладах. Николай подошел к броневику Захарыча и грубо пнул ногой колесо.

–Ну, что, старик, драндулет в порядке? Не встанем посреди дороги, как в прошлый раз?

Захарыч почувствовал себя виноватым.

– Все вроде проверили. Не должен.

– Ну, смотри у меня! Давай ключи.

– Что так?

– Реквизирую на пару дней. Директор велел. Сам поведу. А тебе два отгула. Сходи в библиотеку.

– Зачем?

– Новые слова для своих кроссвордов узнаешь.

– Что, опять плитку на дачу повезете?– не сдержал ехидства Захарыч

– Не твое дело.

Шофер далее дискуссию продолжать счел неразумным, потому что быстро сложил в уме два отгула и грядущие выходные. И выходил ответ, что можно смотаться на рыбалку. А если не мешкать, так и сегодня успеть на нужную электричку. Потому без лишних слов отдал ключи и покинул гараж.

Подходя к двери бухгалтерии Игорь уже придумал несколько вариантов деликатных ответов на неизбежные, как ему казалось, вопросы о том, зачем его вызывал директор и что это за желтый конверт у него в руках. Но, как выяснилось, ни один из вариантов не пригодился. Игорь был в этот момент вообще никому не интересен. Потому что к ним пришла «коробейница», как называл про себя он тощую пожилую даму, появлявшуюся у них раз в две недели и приносившую кучу интересных для игоревых коллег вещиц. Коллектив во главе с Леопардовной собрался у стола Яны в трескучую кучу. В воздухе мелькали пестрые тряпочки.

Игорь, никем не замеченный, без всяких помех добрался до своего стола. И остановился в некотором ошарашении. Папка с отчетом, что так торжественно была вручена ему Леопардовной, была полностью погребена под горой трусиков и бюстгальтеров в ярких упаковках. Стерпеть такое было нельзя.

–И это все – мне?– громко, с легкой ноткой трагизма, произнес он,– И, взяв в руки пакетик со стрингами, сделал вид, что внимательно его рассматривает.

– С этим надо поработать? Неплохо. Размерчик, правда, великоват…

Игоря, наконец, заметили.

– Чего раскричался-то?– отозвалась Тамара, что доказывало: безобразие на столе Игоря – ее рук дело,– Подумаешь, трусы ему на стол положили. Они в упаковке. Тебя, ж не было. Сейчас уберем.

Тамара начала быстро сгребать со стола белье, и это привлекло внимание Леопардовны, которая до сей поры внимательно рассматривала шелковую блузку.

– Ой, да перестань, Тома, не суетись. Это практически взрослый мужчина. Его дамскими трусами не смутишь.

И, затем, уже снова к «коробейнице»,– Нет, этот блузончик я должна примерить! По-моему, идеально подходит к юбке, что я привезла из Чехии.

Леопардовна завела руку за спину и начала расстегивать молнию платья. Игорь понял, что сейчас случится непоправимое.

– Эльвира Леонардовна!– Игорь старался придать голосу максимум возмущения, хотя на самом деле едва сдерживался, чтобы не расхохотаться,– Это уж перебор. Подождите хоть, я выйду!

– Ой, Игорек! Не берите в голову! Уверяю вас, ничего нового для себя вы не увидите,– Хаднокровно ответствовала начальница, продолжая возиться с молнией.

– То-то и оно! Я боюсь увидеть для себя старое.

Но смутить Леопардовну не дано было никому.

– А вот хамить не надо! Ну а если вы такой трепетный, то окажите даме любезность, принесите кофе. Вы помните, я люблю с корицей.

Кто бы сомневался, что Люба упустит шанс подсуетиться.

– А мне капучино!

Яна: « А мне с молоком, латте называется»

Оля: «Мне большой американо, без сахара»

Игорю оставалось лишь покорно собирать заказы. Дошла очередь и до Аси.

– А вы, сударыня, чего изволите?– обратился он к девушке в элегантном, как ему показалось, полупоклоне. Но впечатления не произвел.

– Ничего. Не люблю кофе.

Оставалось только выйти и побрести в буфет.

За время совместной работы Игорь научился ценить в своих коллегах умение удивлять. Изобретательность дам и девушек, казалось, не имела границ и почти равнялась их непосредственности.

Вот и сейчас, когда, спустя полчаса стояния в буфетной очереди, Игорь едва протиснулся в дверь бухгалтерии с подносом, уставленным кофейными стаканчиками, ему оставалось только замереть и открыть рот. В комнате не было никого. За исключением Леопардовны, которая мрачно бродила промеж столов, словно полководец разбитой армии. Игорю она обрадовалась. По- своему, конечно.