Чтение онлайн

– Вы шокированы?
– Джордж взглянул на него с любопытством.

Осипов пожал плечами.

– Не особенно, но все-таки…

– Не любите женщин?

– Да любит, любит, - вступила в разговор девица, - пялился на меня, я заметила…

– Люся!
– укоризненно произнес Джордж.
– Не надо пошлостей. Человек на работе, - ни к селу ни к городу почему-то добавил он.
– Вы кофе пьете? Так что вас ко мне привело?

– Понимаете, хочу написать очерк о неформальной фотографии.

– Интересно. Тогда вы пришли по адресу. У меня, знаете ли, две страсти: фотография и танатология.

– Что?
– не понял Осипов.

– Танатология - наука о смерти. Интересуюсь погребальной тематикой, эпитафиями, кладбищами, несанкционированными захоронениями. Благодатная тема и совершенно неразработанная. Во всяком случае, здесь. Вот о чем лучше напишите. Вокруг смерти и погребений веками складывались традиции, обряды. Да что там веками!

Осипов внимательно посмотрел на своего собеседника. Обычный мужчина средних лет, разве только рыжий. Худощав, подтянут, слегка сутул. Приятная улыбка. Глаза. Глаза действительно немножко странные. Тоже улыбаются, но не с иронией и даже не с превосходством. Что-то непростое, затаенное чувствуется в этом взгляде. Словно собеседник говорит с тобой и не видит, углубленный в себя самого.

А Джордж продолжает рассказывать:

– Понимаете, фотография очень помогает мне. Хожу по кладбищам, снимаю наиболее интересные могилы, смешные эпитафии, сейчас Москва строится, сносятся многие старые погосты. Уходит безвозвратно частичка истории. А как варварски переносятся захоронения. Вот посмотрите.
– Он подвел Осипова к полкам и отдернул занавеску.

На полированном дереве выстроились в ряд десятка два человеческих черепов.

Осипов невольно вздрогнул.

– Не пугайтесь. Все эти черепа принадлежали нашим предкам. Самый молодой датируется концом прошлого века, но большинство значительно старше. Вот эти два. Адашевы. Из семейного некрополя. Склеп разорили. Видимо, искали драгоценности. Глупые люди. Склеп скорее всего ограблен еще в революцию. Я нашел черепа среди тлена, забрал их к себе, и вот они тут. Да сколько еще подобных разграбленных усыпальниц русской знати! Или вот этот череп, - Джордж взял в руки пожелтевшую кость.
– Видите, дырочка на затылке. Послушайте, - он потряс череп. Внутри звякнул металл.
– Эта голова принадлежала известному бандиту Кошелькову, тому самому, который в девятнадцатом году остановил машину, в которой ехал Ленин, и ограбил его, даже браунинг забрал. Вы представляете?! Ограбил вождя мирового пролетариата! Так вот. В том же году его расстреляли. И вот совершенно невероятным образом я случайно познакомился с человеком, который его расстреливал. Конечно, старичок. Он любил рассказывать эту историю, видно, долго держал при себе. Я поинтересовался, где сие событие произошло. И он, этот старец, прекрасно помнил место. Надо же!
– Джордж всплеснул руками.
– Я его долго уговаривал показать мне место. Пришлось даже заплатить, и не зря. Что удивительно, могила уцелела Взяли мы двух молодцов и поехали. Раскопали. Точно - он, Кошельков. Только вот череп у меня. И у каждого, - Джордж картинно повел рукой вдоль полки, - у каждого своя история.

– А власти?
– поинтересовался Осипов.
– Как они смотрят на ваши изыскания? Ведь могут быть неприятности?

– А-а, - махнул рукой Джордж, - никому ни до чего нет дела. Впрочем, если возникнут проблемы, их несложно уладить. Люся, что там с кофе?

Девица к тому времени натянула трусы и стала как две капли воды похожа на высокого угловатого мальчишку.

– Так-то лучше, - одобрительно произнес Джордж, хлопнув ее по костлявому заду.
– Присаживайтесь, - кивнул он Осипову, - кофе отличный, настоящий "Ява". Мне один знакомый дипломат привез.

Кофе действительно оказался хорош.

– Напишите обо мне, - после некоторого молчания заявил Джордж. Он внимательно смотрел на Осипова, Держа чашку с женским кокетством, оттопырив мизинец и прихлебывая из нее мелкими глотками.
– Ваше имя на слуху, народ будет обсуждать, а это прибавит популярности и мне и вам.

– Могут не пропустить, - осторожно заметил Осипов, - тема уж больно скользкая.

– А вы напишите так, чтобы пропустили. Я ведь в долгу не останусь. Или вот что, - сказал он, заметив, что Осипов морщится.
– Можно опубликовать за рубежом. На Западе. У меня есть связи, а они на такие вещи клюют…

– Это уж совсем исключено. Меня за подобные публикации в лучшем случае выгонят с работы.

– Так ведь под псевдонимом, никто не узнает. Вы профессионал, вам и карты в руки. Как только услыхал ваше имя, подумал - это судьба. А я вам еще кое-что интересное покажу. У меня ведь не одни черепа. У меня есть вещи куда более интересные. В моей коллекции.

– Какие же?

– Сначала согласие, потом осмотр секретной части коллекции. Но учтите, если дадите слово, потом уже не отвертитесь, - глаза у рыжего фотографа стали как две льдинки. В них все явственнее проступало сумасшествие.

Докладная записка ротмистра Отдельного корпуса жандармов г. Далматова И. И.

Поступила в канцелярию 1.08.1882 г.

Имею честь почтительнейше доложить Вашему высокопревосходительству, что касательно исходившего из Вашей канцелярии циркулярного письма от 1.06.1882 г. за № 1675удалось установить следующее.

Напомню, о чем шла речь. В весну сего 1882 г. месяца мая в стойбище вогулов, кочующих между реками Пе-лым и Конда, имели место волнения и беспорядки, в результате чего несколько инородцев означенного племени подверглись физическому насилию, а двое даже были убиты. Сей факт был доложен становым приставом Ахметовым, прибывшим на место происшествия спустя неделю после произошедшего. Приставу же стало известно о случившемся от русского охотника Марте-мьянова, который случился при сем происшествии.

Учитывая Вагии указания, я лично отправился на место происшествия, взяв с собой означенных Ахмето-ва и Мартемьянова, а также проводника из крещеных вогулов Утюмова, кроме того, двух служащих корпуса.

Причиной возмущения туземцев оказалось следующее. На конец апреля обычно приходится у инородцев (вогулов) праздник, который можно истолковать как проводы зимы. Сие гуляние сопровождается камланием шаманов, игрищами и чрезмерными возлияниями. Нынешний же год подобное празднество оказалось омрачено трагическим происшествием. Надо сказать, что в ходе обрядов употребляются отдельные части медвежьего естества (туша), загодя добытого охотниками (кровь, печень, половые органы, когти). Для этого в лес снаряжаются охотники с целью добыть упомянутого зверя. На сей раз охота закончилась неудачно. Более того, два охотника (вовсе не те, что погибли позже) были уничтожены зверем. Их обезображенные тела были найдены верстах в пяти от стойбища. На основании этого факта местный шаман сделал вывод, что удачной охоте помешал злой дух. Ему удалось убедить в этом большую часть инородцев упомянутого стойбища. Более того, означенный шаман указал, что злой дух вселился якобы в одного из туземцев, и указал, в кого именно. Однако туземец, принужденный стать невольно жертвой темноты и языческих верований, не стал дожидаться самосуда со стороны своих соплеменников. В последовавшей схватке ему удалось отбиться (в результате пострадали шесть человек, двое из них скончались) и скрыться в тайге.

Означенный вогул не сыскан до сих пор. Более того, туземцы панически боятся его появления и считают, что он стал оборотнем и в него якобы вселился дух медведя. Все это удалось выяснить при тщательном опросе туземцев. Имеющаяся в циркулярном письме ссылка, указывающая на возможность организации волнений некими злоумышленниками намеренно, не подтвердилась. На мой взгляд, причиной произошедших событий стали полная невежественность и темнота инородцев, до сих пор исповедующих язычество. Здесь и кроется первоисточник происшедшей трагедии. В ходе опроса туземцев удалось выяснить, что, по их мнению, факты вселения злых духов в их соплеменников происходят довольно часто. Положение, как мне кажется, могла бы исправить христианизация вогулов, которая продвигается весьма медленно.