Черное дело
Шрифт:
– Ванин!
– хлопнул себя по лбу Илья, отчего на секунду выпустил руль и чуть не врезался в шедшую рядом "Скорую помощь".
– Точно, Ванин! Именно к нему и надо идти за адресом этого пресловутого оборотня!
– Но он же, по-моему, убит?
– Да, конечно. Но коли он преследовал этого человека или кого уж там не один десяток лет, то наверняка родные, жена, скажем, в курсе дела. Хоть что-нибудь же он ей рассказывал. Итак, если мы не застанем генеральшу, тут же отправляемся к Ванину. Адрес у меня есть.
В огромном парадном на стульчике у лифта сидела сухопарая пожилая женщина и вязала. Она вскинула на вошедших острые глазки, поинтересовалась:
– Вы к кому, товарищи?
– К Сокольской.
– А по какому делу?
– А тебе какая разница, старая грымза?
– сердито спросил Безменов, нажимая кнопку лифта.
– Вы что это себе позволяете?!
– завопила сухопарая.
– А ну пошел отсюда, хулиган, а то сейчас милицию вызову!
– Старший следователь уголовного розыска, - насупившись, бросил ей в лицо Безменов и сунул под нос удостоверение,
– Аи, батюшки, не признала, - залебезила бабка, - что-то не похожи вы на милиционеров.
– Поговорите у меня!
– заорал Безменов.
– Вижу, вижу - свои, - совсем стушевалась сухопарая, - только нет ее дома, второй день нет.
– А где она?
– Укатила в Сочи.
– В Сочи?
– Так она сказала. Меня, говорит, не будет дней десять, уезжаю на юг. Мужчина при ней какой-то имелся.
– Как он выглядел?
– Да невидный такой. Мелковат. В кожаной куртке, штаны еще американские…
– Возраст?
– Лет тридцать пять. Она с ним сначала поднялась наверх. Потом через часок спустилась. Вся какая-то взъерошенная…
– Довольная?
– Да не то что вы думаете… Скорее напуганная.
– Бывают у нее мужчины? Вы этого, в кожаной куртке, раньше видели?
– Нет, первый раз с ней пришел. К ней обычно заходят такие вальяжные. Все один артист ходил… Прямо барин. Ну, брат еще ее бывает, иной раз заскакивает.
– У нее есть брат?
– Как же, на "Мосфильме" большой начальник, говорят, ну и мальчишечки разные наподобие покойного сыночка бывали. Но те больше к Валентину ходили. Последнее время их не видать.
– А как фамилия ее брата?
– Чего не знаю, того не знаю. Только помню, величают ею Сергеем Васильевичем.
– Когда она уехала?
– Позавчера, часа в три. Я еще удивилась: на юг едет, а без вещей. Хотя для них, богатых, все уже на месте припасено. Не чета нам, серости.
– Вот черт, еще какой-то брат появился!
– в сердцах произнес Илья, заводя машину.
– Она, несомненно, уехала с Осиповым, все сходится: кожаная куртка, джинсы, сам плюгавый… Но вот куда они подались? Ладно, едем к Ванину.
Они колесили по Москве не меньше часа. Покойный литконсультант проживал аж в Теплом Стане. Долго не открывали, и наконец из-за двери послышался ломкий голос:
– Кто там?
– Из милиции, - сказал Илья, - открывайте.
Дверь отворилась, придерживаемая цепочкой, в образовавшейся щели показалось лицо подростка лет пятнадцати.
– Документы покажите!
Он долго разглядывал удостоверение, потом, видимо, успокоившись, звякнул цепочкой и пропустил визитеров в квартиру.
– Приходили же от вас!
– произнес он с хмурым недоумением.
– Приходили, да не те, - стараясь не напугать маль-. читку, весело сказал Илья.
– А мать где?
– На работе, где ж еще.
– Тебя как зовут?
– Фома.
– Редкое имя. Это в честь деда, что ли?
– Да вы проходите, - не вдаваясь в подробности относительно своего имени, пригласил мальчик. Илья и Хо-хотва вошли в комнату, видимо, парадную, и уселись на диван-кровать. "Довольно скромно, - отметил про себя
Илья, оглядывая обстановку, - а теперь им придется жить еще скромнее. Конечно, литконсультант не ахти какая птица, но все же кормилец". Он взглянул на худого высокого мальчишку и неожиданно для себя проникся к нему жалостью.
– Так почему тебя Фомой назвали?
– поддерживая шутливый тон, продолжил он.
– Далось вам мое имя. Каждому приходится объяснять, зачем да почему… Назвал отец так, и все.
– Ты не сердись, - неожиданно сказал Хохотва, - я понимаю, редкое имя иногда кажется непривычным для уха, вызывает шутки… Я по себе это знаю.
– А вас как зовут?
– спросил мальчик.
– Марком, но не в имени дело. Фамилия у меня смешная: Хохотва. Натерпелся в детстве. Да и сейчас иногда подначивают. Если, говорят, ты Хохотва, то почему никогда не смеешься? Потому и не смеюсь.
Мальчик слабо улыбнулся.
– Мы пришли по делу, - переменил тему Илья.
– Убийцы твоего отца пока не найдены, а найти их нужно обязательно. И похоже, мы вышли на след. Ждать твою мать у нас нет времени, может быть, ты нам можешь помочь? Мы разговаривали с Ионой Фомичом незадолго до его неожиданной смерти. И он нам рассказал, что… - Илья запнулся, не зная, как объяснить мальчику, чем занимался его отец.
– Проще говоря, - спросил Хохотва, - были у твоего отца враги?
– Враги?
– парень приоткрыл рот и уставился в потолок.
– Даже не знаю. Наверное, были.
– А фамилий он не называл?
– Лучше у мамы спросите.
– Нам некогда ждать маму. Дело в том, что в опасности находится другой человек, и его может постигнуть участь твоего отца.
– Я ничего не знаю. Отец был очень скрытный, в свои дела меня не посвящал. Даже если к нему приезжали родственники из Югорска, он обычно отсылал из дома и меня и маму.
– А часто приезжали из Югорска?
– поинтересовался Безменов.
– Да нет, раз в год, а то и реже. Последний их приезд, по-моему, случился в июне, отец, помню, долго ходил мрачный.