Чтение онлайн

Обратный путь из больницы Баруэлла в Эшдин был долгим, и первую половину пути Джейк сидел в машине притихшим. Только когда они остановились в придорожном автосервисе, Кейт спросила сына, о чем он говорил с Питером. Заказав кофе, они устроились за пустым столиком в кафе.

— По правде говоря, он очень разнервничался, — ответил Джейк. — Видела, как он возился со своим ртом, когда я вошел туда?

— У него вставные зубы, — пояснила Кейт.

— А, тогда ладно. Мне показалось, они действительно выглядели белоснежными.

Кейт улыбнулась и взяла Джейка за руку.

— Он тебя напугал?

— Нет.

— Он рассказывал тебе о чем-нибудь ужасном?

— Мам, перестань, — смущенно ответил сын, убирая руку.

С другой стороны кафе стояла хорошенькая девушка-подросток, и смотрела прямо на них. Джейк размешал кофе в кружке и посмотрел на стол.

— О чем он говорил с тобой?

— Да так, о всяком. Мы просто болтали. Он хотел знать все о моем айфоне.

— Твоем айфоне?

— Ага. Он рассказал, что когда его арестовали, у него не было с собой телефона; у него был только автомобильный телефон, а вот смартфоны пока считались новшеством…

Кейт вспомнился похожий на кирпич мобильник с антенной, которым она пользовалась в далеком 1995 году.

— Я рассказал ему об айфонах, App Store и о том, как я использую его для разных вещей. Я вернулся и спросил охранников на стойке регистрации, могу ли я забрать свой айфон и показать Питеру свои фотографии и прочее, но они не позволили…

— О чем еще говорили?

— Он спросил меня, какая музыка мне нравится, потому что во время разговора про айфоны я сказал ему, что всю свою музыку храню в iTunes. Он сказал, что мне повезло, так как раньше ему приходилось покупать виниловые пластинки для проигрывателя, а его мама ставила только те пластинки, которые ей нравились. Ему приходилось спрашивать ее разрешения каждый раз, когда он хотел купить себе пластинку, даже если у него были деньги на покупку. Он сказал, что пару раз приходил домой с пластинкой, которую Энид еще не слышала, и мать давала ему полминуты послушать, и если пластинка ей не нравилась, она ломала ее пополам.

— Жестоко, — произнесла Кейт.

— Ага. Ему понравилась идея iTunes Store. Он хочет прислать мне подарочный сертификат для iTunes на Рождество… Я сказал, что спрошу вашего с бабушкой разрешения.

Кейт кивнула, стараясь не показывать дискомфорт.

— Ему нравится Дэвид Боуи.

— Что? — встрепенулась Кейт.

— Питеру. Ему нравится Дэвид Боуи. Это парень из того фильма «Лабиринт», который мы смотрели, когда я приехал сюда. Тот, у кого глаза двух разных оттенков, прямо как у меня.

— Да, я знаю, кто такой Дэвид Боуи. И у него не разноцветные глаза. Просто зрачок в одном из глаз постоянно расширен, поэтому кажется, что он другого оттенка.

— Оу, понятно тогда.

Он казался разочарованным, что его глаза не были такими же, как у музыканта. Кейт показалось странным, что после стольких лет она не знала, что Питеру Конвею нравится Дэвид Боуи. Зато она была в курсе всех интимных подробностей его детства и нездоровых отношений с его матерью Энид. Его любимая музыка никогда не стояла на первом месте в ее списке.

— Питер посоветовал мне заценить альбом Боуи под названием «Взлёт Зигги Стардаста» или что-то в этом роде.

— Название альбома звучит полностью как «Взлёт и падение Зигги Стардаста и Пауков с Марса» [13] . Думаю, он где-то лежит у меня дома, — сказала Кейт.

Джейк уже держал в руках айфон, набирая запрос на экране.

— Вот, я уже его скачал, — ответил женщине сын.

— Ого, вот это скорость, — сказала Кейт.

Она не знала, чего ожидала от их встречи. Втайне она надеялась, что его чудовищный отец вызовет у Джейка отвращение. Она никогда не думала, что Питер начнет рекомендовать Джейку что-нибудь купить в iTunes.

— А вы о чем говорили с ним? — спросил Джейк, набирая капучино ложкой и с любопытством поглядывая на мать.

— Мой визит к нему не был развлекательного характера… Мы не обсуждали музыку. Но мы уладили возникшие разногласия и поговорили о старых добрых временах, когда мы с ним работали вместе, — сказала Кейт и тут же задалась вопросом: не облажалась ли она в том, что они так мало поговорили о Джейке с Питером. Но опять же, ей не очень-то хотелось, чтобы ее сын сближался со своим папашей-преступником.

— Я в курсе, что он сделал с тобой, мама… Я помню, как он был жесток к нам обоим.

— Он хотя бы извинился перед тобой, Джейк? Показал, что раскаивается?

— Нет. Мы это не обсуждали. Но я не забыл. Я помню, что он сделал с тобой и всеми этими женщинами… Я читал, что Тед Банди [14] , судя по всему, был неплохим отцом. Правда, у его девушки отношения с ним сложились совсем иным образом. Она увидела ту его сторону, которую никто не видел. Может, мне сегодня повезло, и я просто познакомился с адекватной частью его личности.

Кейт была приятно поражена зрелыми рассуждениями и проницательностью своего сына.

— Ты хочешь с ним еще увидеться?

Джейк пожал плечами и размешал капучино в чашке.

— Он хочет, чтобы я снова приехал. Я сказал, что, может, нам для начала стоит написать друг другу?

— Решать тебе, Джейк. Ты знаешь, что до твоего шестнадцатилетия ему запрещалось как-либо связываться с тобой, но, если ты все-таки захочешь написать ему, они могут дать Питеру твой адрес или же ты можешь открыть абонентский ящик.

Джейк кивнул.

— А что насчет его матери, Энид? Она ведь моя бабушка?

— Да. В следующем году ее должны выпустить из тюрьмы, — ответила Кейт.

Она была рада, что у них состоялся такой разумный разговор, и подавила в себе желание предостеречь сына:

«Никогда не называй эту больную суку своей бабушкой».

У Энид Конвей сложились нездоровые отношения со своим сыном. Ходили слухи о сексуальных контактах между ней и Питером. Она также участвовала в разработке плана, чтобы помочь Питеру сбежать из больницы, и за это была приговорена к трем годам тюремного заключения.