Чтение онлайн

Дрожа, Одноглазый выступил на шаг вперед.

— Я колдун, — произнес он.

— Ловец сказал мне, — голос Меняющего был силен и глубок даже для человека его размеров. — Какие новости?

— Я выследил Зуада. Больше ничего. Меняющий опять окинул нас взглядом.

Некоторые ребята совсем сникли. Он улыбнулся в бороду.

Там, где улица поворачивала, собралась толпа зевак. В Весле никогда не видели никого из высшего окружения Леди. Сегодня городу повезло. Здесь были двое из этих бешеных.

Взгляд Меняющего прошелся по мне. Я почувствовал его холодное презрение. Меня он ни во что не ставил.

Он нашел то, что искал. Ворон. Он двинулся вперед. Мы уворачивались так же, как слабые самцы уступают в зоопарке дорогу вожаку-бабуину. Он посмотрел на Ворона пару минут, потом его громадные плечи приподнялись. Ноги посоха он поставил Ворону на ГРУДЬ.

Я раскрыл от изумления рот. Ворон менялся на глазах. Испарина исчезла с его лица. Боль, от которой все его мышцы были напряжены, начала уходить.

Тело расслабилось. Ярко-красные рубцы и шрамы от его недавних ран в считанные минуты побелели, приобретя вид давно заживших. Мы все плотнее и плотнее обступали Ворона, наблюдая за представлением с благоговейным страхом.

Шатающейся походкой к нам приближался Убогий.

— Эй, Элмо, мы все сделали. Что происходит? Увидев Меняющего, он пискнул, как пойманная мышь. Элмо собрался с мыслями.

— Где Белесый и Тихий?

— Избавляются от тела.

— Тело? — спросил Меняющий. Элмо объяснил. Меняющий хрюкнул.

— Этот Кукурузник станет основой нашего плана. Ты! — он ткнул пальцем толщиной с большую сардельку в Одноглазого. — Где эти люди?

Еще раньше Одноглазый вычислил, что они в таверне.

— Ты, — Меняющий указал на Убогого — Скажи им, чтобы они принесли тело сюда.

Лицо Убогого посерело. Было видно, что протест так и прет из него наружу. Но он кивнул, глотнул воздуха и уковылял. Никто не спорите Поверженными.

Я проверил у Ворона пульс. Нормальный. Он выглядел совершенно здоровым.

Робко, как только мог, я попросил:

— А не могли бы вы то же самое сделать и с остальными? Мы ведь все равно пока ждем.

Он посмотрел на меня таким взглядом, что кровь застыла у меня в жилах.

Но сделал, как я просил.

— Что произошло? Что ты тут делаешь? — Ворон нахмурился, глядя на меня. Потом память вернулась к нему. Он сел.

— Зуад… — он огляделся.

— Ты вырубился на два дня. Они разделали тебя, как гуся. Мы не думали, что ты выкарабкаешься. Ворон ощупал свои раны.

— Что происходит, Костоправ? Я должен был быть мертв. — Ловец Душ послал своего друга. Меняющего. Он и починил тебя. Он всех тут починил. Было трудно продолжать ужасаться, глядя на человека, который нам помогает. Ворон, покачиваясь, поднялся на ноги.

— Этот поганый Кукурузник. Он все устроил, в его руке опять появился нож. — Черт, я слаб, как котенок. А я удивлялся, почему это Кукурузник так много знал о нападавших.

— А, это не Кукурузник, Ворон. Кукурузник мертв. Это Меняющий делает вид, что он Кукурузник.

Ему, впрочем, не приходилось делать вид. Он был настолько похож, что мог обдурить и родную маму Кукурузника.

Ворон опять присел рядом со мной.

— Так что же происходит? Я ввел его в курс дела.

— Меняющий хочет проникнуть к ним, используя Кукурузника в качестве верительной грамоты. Они, наверное, уже доверяют ему.

— Я буду стоять прямо у него за спиной.

— Ему это может не понравиться.

— Меня не волнует, что ему нравится. На этот раз Зуад не уйдет. Он задолжал слишком много, — его лицо смягчилось и погрустнело. — А как Душечка? Она уже знает о Щелчке?

— Наверное, нет. В крепость никто не ходил. Элмо решил, что может здесь делать все, что захочет, пока все это не закончится и ему не придется встретиться с Капитаном.

— Хорошо. Насчет этого у меня с ним споров не будет.

— Меняющий — не единственный из Поверженных в городе, — напомнил я ему.

Меняющий говорил, что чувствует Хромого. Ворон пожал плечами. Хромой ничего для него не значил.

Изображение Кукурузника направилось к нам. Мы поднялись. Я немного дрожал, но смог заметить, что Ворон тоже слегка побледнел. Хорошо. Он не всегда остается холодным и бесчувственным, как камень. , — Ты будешь меня сопровождать, — сказал он Ворону. Затем пристально посмотрел на меня. — И ты. И сержант.

— Они знают Элмо, — возразил я. Он только криво усмехнулся.

— Вы будете выглядеть повстанцами. Только кто-нибудь из Круга смог бы заметить подлог. Ни одного из них в Весле нет. Повстанцы тоже озабочены прежде всего своей личной выгодой. Мы воспользуемся их ошибкой. Тем, что они не вызвали подмогу. Меняющий поманил Одноглазого.

— Что с полковником Зуадом?

— Еще не помер.

— Он упрям, — сказал скупой на комплименты Ворон.

— Добыли какие-нибудь имена? — спросил меня Элмо.

У меня был целый список. Элмо остался доволен.

— Пойдем-ка, — сказал Меняющий. — Пока не ударил Хромой.

Одноглазый выдал нам пароли. Напуганный и убежденный в том, что не готов к этому, я еще более был уверен, что не испытываю никакого желания войти в число тех, кого отобрал сам Меняющий. Тем не менее я устало потащился вслед за Поверженным.

Я не заметил, как это произошло. Я только поднял глаза и увидел, что меня окружают незнакомцы. Я что-то злобно пробормотал Меняющему в спину.