Черный
Шрифт:
Только бы Ларс не узнал, чем я тут занимаюсь… Пара синяков явно не рассосется даже к выходным. Ой, что будет, когда Ларс прилетит!..
Но я твердо решила отстаивать свое право на крав-мага. Могу я иметь собственные заскоки?
Оказалось, что не одна Дорис у самого ринга, Бритт тоже там. Докричаться до них невозможно, пришлось просить Тома:
– Том, мне нужно привести девушку, которая рядом с Дорис. Лукас один не справится.
Том усмехнулся:
– Сейчас я ее принесу, принцесса.
М-да… Парень и впрямь принес брыкающуюся Бритт под мышкой. Перед ними расступались и те, кто узнавал Тома, и те, кто не желал получить в нос ногой Бритт.
– Эта? – спокойно поинтересовался Том, поставив на ноги мою подругу.
Прежде чем Бритт набросилась на него с кулаками, я успела произнести, тщетно пытаясь перекричать рев толпы, приветствующей очередной бросок о пол на ринге:
– Бритт, это Том. Нам пора идти.
– Дикая кошка, – покачал головой Том. Бритт в ответ огрызнулась:
– А ты дурак!
Наш наставник с интересом присмотрелся к подруге:
– Эй, хочешь научиться защищать себя, приходи на тренировки, но ругаться не смей. Я жесткий, но вежливый, – с этими словами Том спокойно одернул футболку Бритт, которая основательно задралась, пока он тащил девушку от ринга.
– Нужен ты мне!
– Взаимно, – спокойно кивнул парень, – просто жаль энергию, которая тратится даром.
Голубоглазый красавец махнул нам рукой на прощание и исчез. Бритт, которой не удалось оставить за собой последнее слово, фыркнула:
– Вот нахал!
Но что-то подсказывало мне, что на тренировку она придет, Том явно задел какие-то струны в душе моей беспокойной подруги. Это не Курт…
Сам Том в тот же вечер позвонил мне:
– Линн, передай мои извинения своей подруге, я был груб. Но она тоже хороша, царапалась, как кошка.
– Хочешь познакомиться?
Парень рассмеялся:
– Я не против.
Бритт вопреки обыкновению никаких комментариев по поводу невежливого Тома не изрекла. Это однозначно свидетельствовало о ее глубоком интересе. Я ожидала, что Бритт, увидев Тома, снова начнет пререкаться, а хорошо владеющий собой парень просто посмеется над ней, но ничего подобного не произошло. Похоже, Тома основательно зацепила строптивая американка.
И все-таки он блестяще владел собой, узнав, что у Бритт есть парень, спокойно кивнул:
– Приводи, я научу его отбиваться от тебя.
– Что?!
– Или тебя от него.
Я поняла, что дни бурного романа Бритт с Куртом сочтены, Малунген просто не выдержит конкуренции с самоуверенным голубоглазым красавцем. Бедный Курт… но сам виноват, посягнул на ту, которая ему не по зубам.
* * *
Вангер и Фрида почти забыли о двух подругах, с маниакальным упорством разыскивавших Анну Свенссон, в то время как той наверняка давно нет в Швеции. Не самоубийца же она, чтобы оставаться в Стокгольме, прекрасно понимая, что ее ищут.
– Даг, вряд ли Свенссон остается в Стокгольме. Значит, можно пустить слух, что она поймана и лежит в палате какого-нибудь госпиталя, и посмотреть, кто отреагирует.
– Фрида, ты хочешь, чтобы на госпиталь был совершен налет с целью ее освобождения?
– Не думаю, что они попробуют брать штурмом тот же Южный госпиталь, а вот в палату постараются проникнуть. Значит, нужно поставить у палаты охрану.
– У пустой?
– Нет, там буду я.
Вангер отрицательно помотал головой:
– Тебя там не будет.
Фрида добилась своего, но, чтобы не подвергать опасности жизнь и здоровье пациентов и персонала госпиталя, устраивать ее в палате Южного не стали, выбрали небольшой частный госпиталь и дальний коридор всего с одной палатой. Во избежание утечки, Даг все сделал сам: договаривался, оплачивал, вез туда Фриду…
Девушка была недовольна:
– Посмотри, здесь каждый человек на виду, кто сюда сунется?
Но Вангер настаивал:
– Отдохни хоть пару дней…
– Разве только это…
Вангер быстро осознал, каково без Фриды, никто не угощал вкусностями, не с кем посоветоваться, не на кого поворчать.
Урсула смеялась над Дагом:
– Что ты ходишь словно потерянный? Где твоя Фрида?
– На задании.
– Привыкай, не всю же жизнь она будет тебя опекать, старый холостяк!
Вангер действительно выглядел без своей помощницы беспомощным.
Фриде не спалось, во-первых, спать не дома она вообще не могла, во-вторых, двухдневное ничегонеделанье оказалось сущим наказанием, в-третьих, из головы не шла работа, а даже просто позвонить и поговорить с Вангером нельзя, это могло привлечь ненужное внимание. Приходилось вариться в собственном соку, вернее, мучиться собственными размышлениями.
Сон не шел, после нескольких попыток заснуть, девушка достала книгу и уже потянулась, чтобы включить ночник, как вдруг замерла привлеченная шумом в коридоре. Шум был едва слышным, наверняка молодой охранник куда-то выходил и вернулся.
Но что-то не позволило Фриде заняться чтением, рука ночник так и не включила… Непонятное беспокойство заставило девушку подняться с постели и осторожно подойти к двери.
Нет, все тихо… Она постояла и уже решила вернуться в постель и все же попытаться заснуть, как вдруг почувствовала неприятный запах, это явно бензин. Откуда бензин в больнице?
И все же он был, струйка вытекала из-под двери, быстро превращаясь в ручеек… Фрида соображала считаные мгновения, потому что запах бензина быстро заполнял палату. Даже не стоило задумываться над тем, что будет дальше.
Она метнулась к окну, рванула на себя створку, но окно просто так не открывалось, только для проветривания, они с Вангером сами заблокировали замок, чтобы внутрь нельзя было попасть иначе, кроме как по коридору.
А струйка уже полыхнула, превращаясь по ту сторону двери в адское пламя. Раздался вопль охранника, но разбираться что с ним, не было времени. Девушка схватила стул и метнула его в окно, разбить-то разбила, но это лишь вызвало приток свежего воздуха и как следствие усиление пламени. Где-то кричали: