Чтение онлайн

Нелли приподняла вуаль, подмигнула Чиките и сказала, что они направляются к Якобу Розмберку, хозяину эзотерической книжной лавки на Клинтон-стрит в Нижнем Ист-Сайде. Квартал, конечно, не из лучших — всего несколько месяцев назад она брала интервью у тамошних малолетних проституток, — но дело того стоит. По ее сведениям, Розмберк занимается не только торговлей редкими и старыми книгами, но также изучает оккультные науки, иероглифические письмена и тайные языки.

Чикита успокоилась и поблагодарила новую подругу. Хотя предпочтительнее было бы все же отложить поездку на другой день. Сегодня вечером Криниган собирался сводить ее в собор Святого Патрика. А вдруг она опоздает? Госпожа Симан пренебрежительно махнула и сказала, что собор и через неделю никуда не денется. А вот визит к книжнику откладывать нельзя.

— У меня еще одна новость, — весело продолжала она. — После нашей встречи я решила, что Нелли Блай не может и дальше сидеть сложа руки, пока за морем кубинский народ истекает кровью в борьбе за независимость. Я поговорила с Пулитцером, обрисовала ему свой план, и он тотчас его одобрил. С тех пор как Херст наступает ему на пятки, он всегда рад хорошей идее.

Она откуда-то извлекла сегодняшний номер «Уорлд» и показала длиннющую статью с портретом в три четверти страницы и огромным заголовком: «Нелли Блай, современная Жанна д’Арк, отправляется сражаться на Кубу». В статье говорилось, что мисс Блай (несмотря на замужество, для читателей она по-прежнему и навечно Нелли, бесстрашная девица) набирает добровольцев себе в полк. Она вполне способна командовать мужчинами на поле боя, отваги и решимости ей не занимать.

Знаменитая журналистка как раз сейчас объезжает самые высококлассные клубы для джентльменов, дабы заручиться поддержкой. Ей нужны средства на экипировку своих солдат и на экспедицию. А также чтобы она могла доставить домой раненых и достойно похоронить тех, кто примет геройскую смерть в сражении. Мисс Блай, — вовсе не мечтательница, — писала «Уорлд». Она всегда добивается цели, и намерение создать полк не станет исключением. Она собственноручно разработала элегантную и удобную форму для своих бойцов! Нечего сомневаться: Нелли способна привести войска к победе. Да, она не поигрывает мышцами на каждом углу, зато обладает смелостью, выносливостью, смекалкой и обаянием, достаточными, чтобы вдохновить солдат на подвиг. Осталось лишь дождаться, когда правительство Соединенных Штатов примет решение помочь кубинским повстанцам (а это может произойти со дня на день), и отважная Нелли немедленно отбудет на Кубу со своим отрядом.

— Чикита! — взревела госпожа Симан, отбирая у нее газету и швыряя в угол, — на острове мне потребуется помощник. Хотите ли вы занять эту должность и сражаться, как и ваш брат, за свободу несчастной разоренной Кубы? Обдумайте все хорошенько, сейчас отвечать не требуется.

Чикита онемела. Это ведь какой-то бред. Может, Нелли и бесстрашная репортерша, но что она смыслит в военном деле? Хотя, конечно, такая длинная статья не может быть уткой, как бы нелепо ни звучала. И уж вовсе абсурдно вовлекать ее, Чикиту: какой из нее помощник, если всякий прохожий может ненароком ее затоптать? Она никогда не сидела верхом даже на пони и явно не удержит револьвер, не говоря уже о стрельбе. Разве что специально для нее смастерят крошечное оружие!

— А вот и они, — вдруг пробормотала Элизабет и указала на экипаж, следующий за ними в некотором отдалении. — Мой ревнивец-супруг нанял детективов, чтобы следить за всеми моим перемещениями. Он полагает, у меня целый полк любовников.

Чикита незамедлительно узнала, что первый год брака вышел не слишком счастливым. Семья Роберта Симана ненавидела Нелли и обращалась с ней как с какой-то мошенницей.

— Если бы вы знали, какие унижения мне пришлось вынести! — чуть не плача, призналась Нелли. — Представьте, муж отказывает мне в деньгах на содержание моей матери, сестры и племянницы. Их всегда содержала я и теперь, замужем за миллионером, продолжаю, из собственного заработка. — Она высморкалась, глянула на Чикиту с любопытством и спросила, есть ли что-то между ней и Патриком Криниганом.

— Что вы! — заюлила Чикита. — Мистер Криниган — всего лишь добрый друг.

Элизабет недоверчиво хмыкнула и посоветовала в любом случае быть с ним осторожнее. Этот рыжий бес бывает совершенно неотразим — она имела возможность убедиться на собственном опыте.

К облегчению Чикиты, в эту минуту экипаж замедлил ход. Они прибыли на пустынную Клинтон-стрит, и кучер смог стать прямо напротив нужного им ветхого здания. На жестяной вывеске готическими буквами значилось название лавки: «Пальма Деворы». Нелли опустила вуаль, помогла подруге, и они поспешно вошли в полутемное пыльное помещение, беспорядочно заваленное сотнями книг.

— Миссис Симан? — раздался глубокий голос, и из-за горы томов выступил хозяин лавки. Не верилось, что мощный глуховатый бас исходит из такого тщедушного и мелкого тела, принадлежащего длиннобородому, опрятно одетому господину с завитками на висках.

— Добрый вечер, мистер Розмберк, — ответила журналистка и, поняв, что книжник не замечает ее подругу, указала вниз и произнесла: — Со мной пришла мисс Сенда.

Розмберк оглядел Чикиту без малейшего удивления и склонил голову в знак приветствия. Он провел посетительниц в дальнюю комнатку, где им наверняка будет удобнее. Представления об удобстве у мудреца были спорные: он просто сгреб книги с неказистого дивана и пригласил дам сесть. Сам согнал дремавшего в кресле кролика, уселся и начал показывать, какие сокровища имеются у него на продажу. Весьма ценные сочинения, такие почти невозможно найти, например «Немая книга» (полное название «Немая книга, в коей, однако, описываются все операции герметической философии»), приписываемая алхимику Сула; тайный дневник Герта Гроте, голландского богослова, который в XIV веке осмелился усомниться в том, что клирики ближе остальных к Богу, и основал тайную секту «Братство общей жизни», а также удивительный Grimorium Verum, древний сборник заклинаний для вызова бесов. Есть и не такие старинные, но не менее дорогие редкости. Скажем, весьма полезный Clavicula Salomonis, переведенный с древнееврейского на латынь равви Абогназаром, или описание суда над Еленой Опреску, бухарестской людоедкой, вдовой, приговоренной к повешению в 1870 году за то, что та убила собственную дочь, искрошила, приготовила из нее гуляш и отобедала на пару с любовником. Что именно ищут дамы? Книги, призванные утолить врожденное женское любопытство ко всему необычайному и сверхъестественному? Или особый подарок какому-нибудь придирчивому господину, увлекающемуся эзотерикой?

Не ходя вокруг да около, Нелли Блай ответила, что они явились в «Пальму Деворы» не за книгами. Они хотят услышать его мнение о знаках, выгравированных на амулете. Не мог бы он объяснить, что они значат, или хотя бы опознать язык?

Чикита передала талисман Элизабет, а та вложила его в руку книжника. Розмберк порылся в ящиках комода, нашел толстую лупу, навел на кулон и до ужаса долго всматривался в письмена.

— Ну так что? — вырвалось у Чикиты, когда ждать вердикта, сидя на вылезших диванных пружинах, стало невыносимо. — Что вы можете сказать?

Хозяин лавки лишь пробурчал: «Странно, очень странно», подергал себя за пейс и продолжал изучать иероглифы. Чикита с Нелли Блай обменялись нетерпеливыми взглядами и уже хотели потребовать талисман обратно и покинуть «Пальму Деворы», как вдруг мудрец повел мучительно медленную речь.

Слыхали ли его гостьи про Geheimsprache der kleinen Leute? Скорее всего, нет. Это один из древнейших языков Центральной Европы, и о нем мало что известно. Многие вообще ставят под сомнение его существование. Однако профессор Иоахим фон Гроберкессель, крупнейший специалист всех времен по эзотерическим языкам, придерживался иного мнения и в посмертно изданном сочинении утверждал, что тайное наречие маленьких людей — вовсе не выдумка.

Чем дольше Розмберк рассказывал про язык, которым якобы пользовались с незапамятных времен объединившиеся в братство карлики, чтобы общаться между собой и хранить определенные знания, тем больше все это казалось Чиките безумной фантазией, сродни полку Нелли Блай. Но подруга слушала очень сосредоточенно, и Чикита сочла за лучшее подражать ей.

Тут книгопродавец вынул одну книгу из кучи, сваленной на столе с грязными кружками, послюнил палец и пролистал до нужной страницы.

— «Все указывает, — прочел он вслух, — что корни Geheimsprache der kleinen Leute восходят к Древнему Риму, где спрос на слуг-карликов был таков, что многие родители сажали детей в ящики, дабы препятствовать их росту и обеспечить им место в каком-нибудь знатном семействе. Имеются свидетельства, что Конопас и Андромеда, вольноотпущенники на службе у Юлии, племянницы императора Августа, — оба вполне соразмерные и едва превышавшие два фута роста, — беседовали на этом языке, а остальные карлики из прислуги их не понимали. Снедаемый завистью Луций, любимый карлик императора, который был еще ниже упомянутых (около двадцати дюймов), устроил заговор, чтобы им отомстить. Однажды утром Конопаса и Андромеду нашли отравленными. И хотя Юлия умоляла дядю найти и наказать виновного, двойное убийство так и осталось нераскрытым».