Чистильщик
Шрифт:
Внизу открылась дверь.
– Это что за на хрен?
– Дай ему рубль.
– Охренел? Где я тебе рубль возьму? У меня меньше стохи нет!
– Дай ему стоху! – Калмык попытался припереть Олежка к стенке, но тот увернулся. Что-что, а это он умел!
– Сам и дай!
– Да… Упс!
Злополучный пакет полетел Калмыку в физиономию, а ботинок Олежка грамотно вписался гонцу в пах. Сверху страшной птицей Рух пал Петренко. Второй бандюган придавленным хомячком затрепыхался на полу.
Силыч, на полпролета опередивший Валерия, косым ударом добил Калмыка. Петренко уже был в дверях, когда третий бандюган выполз в коридор:
– Что за базар? – начал он недовольно.
И умолк, увидев Петренко с вороненым «Кипарисом» в руке.
– Тс-с-с! – сказал Петренко, приложив палец к губам, аккуратно взял недовольного за горло и передал назад, в руки Силыча. Валера, временно оказавшийся не у дел, на всякий случай прикрыл спиной глазок двери напротив, проворный Олежек, подмигнув, залепил глазок жвачкой.
Петренко проскользнул в комнату и обнаружил там троих: похищенного замгендиректора, еще одного бандюгана с «пушкой» в руке и работающий телевизор.
Петренко бережно вынул пистолет из руки бандюгана (тот совершенно опешил, а пистолет так и вовсе стоял на предохранителе), выключил телевизор.
– Никто не возражает? – поинтересовался он.
Никто не возражал. Бандюган сидел с раззявленным ртом, помятое лицо клиента лучилось искренней собачьей радостью.
Эту немую сцену и пронаблюдал Васильев, войдя в комнату.
– Возьми господина директора,– сказал ему Силыч, и – отвези, куда скажет. А мы тут приберемся.
На следующий день Силыч вручил Васильеву пять тысяч долларов. Десять процентов от десяти процентов от суммы, которую требовали похитители. Вероятно, они продешевили.
Вместе с деньгами Силыч отдал Валерию еще кое-что. Гербованное удостоверение сотрудника государственной федеральной службы охраны объектов стратегического значения. В удостоверение был вложен согнутый вчетверо потертый листок: разрешение на ношение оружия. Само оружие, ПМ, как две капли воды похожий на тот, «приобретенный» Васильевым на рынке, но, разумеется, с неспиленным номером, Силыч положил на стол.
– Свой выброси,– сказал он.– Мало ли что на нем висит.
Васильев внимательно изучил удостоверение. На обложке красовался золоченый российский орел и тисненые буквы: Главное управление ФСО. Подписал его какой-то генерал-полковник и выдано оно было на имя капитана Васина Валерия Андреевича. Но «Васин» на фотографии был точь-в-точь Васильев.
Валерий прочел вслух наименование «службы».
– Что, такая действительно существует? – поинтересовался он.
– Существует,– ответил Силыч.– Но попусту документом не козыряй. Это – на крайний случай.
– И за что же мне такая роскошь? – усмехнулся Васильев.
– Не тебе – нам. Всем,– Силыч тоже усмехнулся.– Подарок от благодарного клиента.
– Это от вчерашнего замдиректора, что ли?
– Какой ты проницательный. Нет, не от него. От него ты уже получил. Наличными. С деньгами, кстати, что будешь делать?
Васильев пожал плечами:
– В кубышку положу,– сказал он.
– Советую на эту тему поговорить с Петренко,– сказал Силыч.– Он тебе подскажет.
«А ведь верно,– подумал Васильев.– Чего им лежать, сумма-то немалая».
В Валериной «кубышке» и так скопилось уже больше двенадцати тысяч.
На вопрос о капиталовложении Петренко отреагировал бодро.
– Я,– сказал,– покупаю недвижимость. Могу помочь, у меня корешки в пяти агентствах.
Через пару недель Васильев стал обладателем однокомнатной квартиры на Ленинском проспекте. Переселяться туда Валерий пока не стал. Впрочем, и в ближайшее время не собирался.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
В середине февраля у Васильева появился новый сосед. Вселился в пустующую комнату. Снял ее у хозяев. С виду новый сосед выглядел прилично. Средних лет, вежливый, по профессии врач. Хирург. Афоня тут же подкатился насчет казенного спиртику. Как подкатился, так и откатился. Но не обиделся. Зато с Васильевым сосед Аркадий бутылочку приговорил. За приятное знакомство. Действительно приятное. Собеседником Аркадий оказался славным, веселым, неистощимым на всякие забавные медицинские байки. И ненавязчивым. Выпили, познакомились и разошлись.
Наметанным глазом Васильев определил, что Аркадий отнюдь не рохля. Тело держит в тонусе, подтянут, движения точные и экономные. Не исключено, что балуется боевыми искусствами, хотя по рукам и не скажешь. Что ж, все-таки хирург, значит, должен руки беречь. И берег. Полы во время положенного квартирным распорядком дежурства мыл в резиновых перчатках.
Прожив с новым соседом месяц, Валерий ничего особо нового о нем не узнал. Зато мать Афони эксплуатировала его в полный рост, грузя рассказами о собственных болячках и испрашивая докторских рекомендаций. Аркадий относился к этим беседам на удивление терпеливо: выслушивал, разъяснял. К Валерию он относился с явной симпатией. Не то чтобы в друзья набивался, но давал понять, что они – люди одного круга, а таким и поговорить приятно, и помочь друг другу, если потребуется.
Февраль у Васильева выдался бойкий. Он поучаствовал аж в четырех акциях, не считая освобождения замгендиректора. Правда, все – небольшого масштаба. Один раз выпотрошили мастерскую по изготовлению бомб, второй: по заказу одних черных сцапали пару других с грузом «соломки». Перевозчиков слегка попинали, а груз выкинули в залив. Третий заказ оказался выездным: Валера с Монплезиром сопроводили в Москву женщину с ребенком. Без эксцессов. Четвертый вышел и вовсе забавным: ворвались во вполне приличную фирму, положили всех на пол, выждали минут десять, а затем по сигналу сорвались и уехали, разминувшись с фирмовской «крышей» ровно на полминуты. И еще на полминуты – с автобусом СОБРа.
Кроме этого, февраль ознаменовался тем, что Егорыч предложил Васильеву позаниматься с ним индивидуально. Валерий, естественно, согласился и теперь каждый день по утрам приезжал в зал, где его ждал сэнсэй. На институт Васильев забил, клей варить перестал, денег хватало. Но из лаборатории пока не увольнялся. Мало ли, пригодится…
Научные изыскания застопорились, зато бойцовское мастерство Валерия росло с невероятной быстротой. Причем не только рукопашное. Силыч пристроил их с Терминатором в какой-то частный загородный тир. А Гоша, в свою очередь, взялся наставлять Валерия в пользовании огнестрельным оружием. Снайпера он, конечно, из Васильева не сделал, зато быстро и без ошибок поражать вертячие мишени научил. Причем из разных видов оружия. Но рукопашка Васильеву все равно нравилась больше.