Чтение онлайн

Мы въехали на автостоянку, большую и почти полностью заставленную. Из будки, похожей на разграбленный киоск, выскочил дедок-сторож с профессиональным шнобелем — достаточно красно-синим.

— У нас платная стоянка, — заявил он. — На час или подольше?

— Как управимся! — со смешком ответил Снегирь.

Дед увидел выходящих из машин братков, начал кое-что смекать.

— Так вы это?.. — он не закончил и завертел головой, прикидывая, куда рвануть если что.

Я протянул ему полтинник:

— Сходи купи себе бутылку. Меньше увидишь, меньше сложностей по жизни. Понял?

— Да! — радостно ответил он, позабыв о профессиональном долге.

— Где машины кавказцев стоят? — спросил его Снегирь.

— Возле будки, на самых лучших местах. Забесплатно. Только вы это… — он опять не закончил, но «это» уже имело другой смысл.

— Это, это, — произнес я. — Больше они здесь стоять не будут.

— Понятно, — сказал дед и рванул в сторону магазина.

— Снегирь, начинаешь через десять минут. Все остальные — как услышат шум в шашлычной.

Ребята у Снегиря почти все в армии служили, не то, что распиздяи Вэки и Деркача, быстро разошлись по объектам. Я пошагал к одноэтажному, давно не ремонтированному зданию, где сидел директор. Внутри пованивало тухлым мясом. Такое впечатление, что под скрипучими половицами гниет несколько трупов. Секретарша у директора была молоденькая, с глупеньким симпатичным личиком. Из нее получилась бы хорошая жена, но что за ебана деревня — никто замуж не берет?! Поэтому ляжет под начальника, родит от него и будет воспитывать в одиночку.

— Вы к директору? — спросила она.

Интересно, а к кому еще? Кабинет здесь вроде бы один.

— А ты как думаешь? — задал я встречный вопрос.

Она порозовела щечками и передвинула по столу прозрачную зеленоватую линейку. Ей бы хотелось, чтобы я пришел не только к директору.

— Он занят, — произнесла она по привычке.

— Не может быть! — улыбнулся я.

Она выбралась из-за стола.

— А кто вы?

— Начальство. Новое.

— Поэтому я вас и не знаю, — она поправила рукой челочку, похожую на гребень с длинными зубьями, и похвасталась: — Старое начальство я все знаю.

— Какая ты умница! — похвалил я и вошел в открытую ею дверь.

Секретарше осталось закрыть дверь за мной.

Директор что-то подсчитывал, шевеля тонким крысиным носиком. Хуй в рот, два в уме — сколько будет в голове? Увидев меня, долго не мог просечь, с кем предстоит разговор: ни на торговца, ни на чиновника я не тянул.

— В чем дело? — спросил он.

— Познакомиться пришел, — ответил я, садясь на старый стул, который стремно качнулся подо мной. С такими-то доходами можно было бы купить новую мебель. — Теперь вместе будем работать.

— Что это значит? — не хотел он понимать.

У шашлычной послышался бабий визг, загомонили и у параши.

Директор трусливо задергался, как крыса при виде кошки.

— Сиди, без тебя справятся, — пошутил я.

Он догнал что к чему, сразу обмяк и посмотрел на меня изучающе. Прикидывает, легко ли будет меня наебать.

— Все останется по-старому, — сказал я.

— Что именно? — попытался он кинуться шлангом.

Я рассказал, сколько ему отстегивали звери, сколько торговцы, сколько он сам отдавал проверяющим и начальству. Михалевский поработал на славу.

Чем дольше я говорил, тем бледнее становился директор. Мои сведения тянули лет на десять. Это при условии, что судье щедро капнут на жало.

В кабинет влетела секретарша и совсем по-домашнему прокричала:

— Там такое творится! Побоище! Черных бьют!

— Пусть бьют, — сказал я спокойно. — Тебя ведь не трогают?

— Нет, — ответила она. — Пусть дерутся, да?

— Да, — разрешил директор, облегченно вздохнув: значит, я не из легавки.

— Ага, — многозначительно, будто все поняла, произнесла секретарша и вышла.

Уверен, что стоит под дверью, подслушивает. А директор в этом не сомневался, поэтому крикнул:

— Катя, сходи к Грише, принеси чай и пирожки!

Пока она ходила, мы обсудили, как будем строить дальнейшие отношения. Узнав, что с ним буду работать не я, директор искренне произнес:

— Жаль!

В приемной я шлепнул секретаршу по жопе. Она захихикала, позабыв спросить, кто же теперь будет есть принесенное ею. Директор — кто же еще?! После приступов страха нападает жор.

Возле параши и шашлычной было тихо. По рыночным меркам. Кто-то оказывал медицинскую помощь зверю, валявшемуся в луже крови у женского отделения параши. Я прошелся по рядам, остановился перед азером-крестником. Выбрав самое соблазнительное яблоко, надкусил и спросил весело:

— Ну, так что — вернуть сдачу?

Он заулыбался, показав под густыми черными усами прокуренные зубы:

— Какой ты хитрый, да! Я не понял сразу. Это была первая сотня. Куда делась, да?!

Азер пиздоболил, а в уголках глаз пульсировал страх. Работа у него, конечно, блядская, позвоночник надо иметь резиновый. Что ж, за лень и трусость надо платить.

— Это твои люди, да? — кивнув на шашлычную, спросил он вкрадчиво.

— Черт его знает! Может, и мои, — ответил я и подмигнул. — Теперь на десятку меньше будешь платить.