Чтение онлайн

— Матвей, я недавно стал обеспеченным человеком…

— Дед был прав, — опять перебил меня Матвей, — все вы там, на Земле, ненормальные. Если родич нуждается, помоги, если беден сам, прими помощь без смущения. На этом жизнь здесь строится. Иначе нельзя. Все, иди спать богач.

Действительно. Спать. Закончился четвертый день моего пребывания в Белгоре.

Через несколько дней после этих событий. Где, неизвестно. Маленькая комната под самой крышей, стол с кувшином и двумя кубками, двое мужчин в креслах.

— Отец Эстор я надеюсь, что причина, по которой я вынужден был встретиться здесь с Вами, достаточно серьезна, — недовольно говорит представительный мужчина в серой мантии.

— Конечно Ваше С….

— Оставьте имена и титулы Эстор. Если уж решили поиграть в эти игры, то зовите меня отец Нир.

— Хорошо отец Нир, — наклоняет голову отец Эстор.

— Надо же, — продолжает брюзжать мужчина, — вызываю к себе для выяснения подробностей и выказывания своего неудовольствия, а мне предлагают проехать в …

Молчание.

— Ваш доклад очень интересен отец Эстор, — успокоившись, сказал представительный мужчина в мантии, — но все же, почему Вы так уверенны в правильности Вашего решения. Люди, выдавленные своим миром, чужие для него, встречаются очень редко, а, судя по Вашему отчету, ко всему прочему он обладает еще и уникальными способностями, правда полностью заблокированными. Если в результате Вашей, уж простите, авантюры мы его потеряем, то следующий появится через нескольких десятилетий, и это в лучшем случае. Объясните мне свою позицию, только подробно, пару Ваших сухих строчек официального отчета я уже читал.

— Как скажете, отец Нир, — наклонил голову в сторону человека в мантии отец Эстор, — в принятии именно такого решения я руководствовался следующим. Действительно такие люди появляются очень редко. За все время прошедшее после Смуты из порталов между мирами, которые мы контролируем, появилось всего семнадцать человек. Церковь брала их под свое крыло и выпускала в мир, когда считала их полностью готовыми к предстоящим им испытаниям. Среди них были паладины, маги и даже один пророк. И все они не оправдали возложенных на них надежд. Все погибли, кто случайным образом, кто от рук созданий и слуг Разрушителя. Один из моих предшественников на этом посту после очередной неудачи выдвинул теорию о том, что наш мир также считает их чужаками. Чужак, не воспринимаемый Арландом, не сможет в нем существовать и, тем более, выполнить возложенную на него миссию.

— Я хорошо помню эту теорию, — улыбнулся человек в мантии. — Ваш предшественник на этом посту, насколько мне известно, был нашим учителем, не так ли Эс, — подмигнул он собеседнику.

Негромкий смех заполнил комнату.

Отсмеявшись, отец Эстор продолжил, — Память еще не сильно изменяет тебе Нир. Это удивительно. На твоем месте я бы давно повесился.

— Поэтому ты и не на нем, — буркнул представительный мужчина. — Если бы ты знал, как мне иногда хочется изменить имя, все бросить и удалится в скит, как это сделал учитель. Как я теперь его понимаю.

— Нельзя, — мгновенно стал серьезным отец Эстор. — Нельзя отец Нир. Это Ваш камень и Вам его нести. Я продолжу доклад. Исходя из этой теории, впрочем, довольно спорной и не подтвержденной практикой, я решил ограничить до минимума влияние церкви на вновь поступившего чужака. Не дав никаких инструкций, сведений об окружающем мире, не расставив ему приоритеты, в том числе и втайне и от него самого, не дав вообще ничего, кроме знания Общего языка, я отправил его во внешний мир. В одно из самых сложных для выживания мест, в город Белгор. Неминуемую смерть чужака, в течении нескольких часов, отсрочили два фактора. Первый, после вздоха твари по неизвестной причине не появляются в окрестностях печатей Падшего. Второй, я отдал его под опеку сэру Матвею эл Тори, больше известному как Матвей Кожа, бывшему главе гильдии охотников Белгора.

— Матвей был не против?

— Наоборот, он настаивал на этом. Гильдия старается не упускать из виду все события, происходящие вокруг погани и это им удается. За последние тридцать лет, с тех пор как на должность главы был избран сэр эл Тори, никому не удавалось провернуть любую операцию так, чтобы о ней не стало известно охотникам. Ни нам, ни светским властям. Исключения составляют слуги Падшего. Но, по понятным причинам, на территории, контролируемой гильдией, они стараются не появляться.

— Вы не считаете, отец Эстор, что подобное может нанести вред интересам церкви?

— Нет, отец Нир. У церкви и гильдии общая цель, а мелкие тактические разногласия не должны испортить отношения между союзниками.

— Отец Эстор, Вы отвыкли от политики. Интересы и действия союзника не всегда приносят благо, поэтому не стоит так доверять гильдии.

— Отец Нир, на севере я привык дышать легко, там все проще и понятнее, чем в других местах, заполненных лицемерами и подлецами, ищущими во всем свою выгоду. Там такие люди долго не задерживаются, а если попытаются, то с ними всегда может произойти несчастный случай.

Молчание.

— Как я завидую главе гильдии, — наконец мечтательно произнес человек в мантии, — если какая-то мразь станет ему сильно досаждать, достаточно пары слов и в погани появится очередной зомби. Впрочем, продолжайте отец Эстор.

— Так вот, Матвей взял его под свою опеку, объявил своим родственником. Я думаю, кроме интереса гильдии здесь еще присутствует и личный интерес, какой я не знаю и не стремлюсь узнать любой ценой. Первые же события, произошедшие вокруг чужака, не находящегося под опекой церкви, при детальном анализе, скорее всего, подтвердят правильность, хотя бы частичную, теории отторжения Арландом чужих существ.

— Даже так? — оживился мужчина в мантии.

— Да. С ним начали происходить события, которые с другими могут не случаться за всю их жизнь. За три дня он умудрился счастливо выкрутится из довольно жестокой шутки охотниц, получить драка, избить группу высокородных, избежать казни, принять амулет ученика охотника. Чужак сумел расправиться с теми же высокородными на поединке, спуститься в погань и выжить. Умудрился убить там же известного Вам темного магистра Рува, с острова Бароса и спасти рейнджера, и мага, которых слуги Падшего готовили к жертвоприношению.